Катя: Хранительница семейных уз Шэнмо

Воздух в священном зале жриц был тяжёлым от напряжения и запаха благовоний. Старая жрица, чьё лицо напоминало печёное яблоко, занесла руку над плачущей Бай Линсюань.
— Этот ребёнок — осквернение! В Бай Юэ течёт кровь демона, она не должна жить! — проскрипела старуха.

Бай Линсюань прижимала к себе крохотный свёрток, её глаза были полны отчаяния. Но прежде чем жрицы успели сделать шаг, пространство в центре зала пошло рябью, и из ниоткуда вывалилась Катя. Она приземлилась на ноги, мгновенно оценив ситуацию.

— А ну отвалите от неё! — рявкнула Катя, и её голос эхом разнёсся по храму. — Только дёрнитесь, и я вам все кости переломаю, а потом отправлю в такой полёт, что даже птицы позавидуют вашему ускорению!

Жрицы застыли. Но тут тени в зале сгустились, и из них соткалась фигура невероятной мощи. Остин Гриффин, Бог Разрушения, смотрел на всех свысока. Его девять голов в призрачном мареве скалились, а взгляд был полон надменности.
— Жалкие букашки... — начал он, остановив взор на Кате. — Ты, смертная, как смеешь мешать великому хаосу?

— Ты чё вылупился, придурок несчастный?! — Катя упёрла руки в бока, ни капли не испугавшись. — Глаза лишние? Или голов слишком много, соображать мешают?

— Я — Бог Разрушения! Я уничтожу тебя и весь этот континент! — взревел Остин, но договорить не успел.

Катя сорвалась с места. Её кулак встретился с челюстью бога быстрее, чем тот успел моргнуть.
— Я тебе сейчас устрою разрушение! — кричала Катя, нанося серию ударов. — Я тебя кастрирую, лишу «мужского достоинства», а из твоих девяти голов сделаю отличный коврик для прихожей! Буду по тебе в грязных кроссовках ходить, понял?!

Остин Гриффин, который никогда в жизни не сталкивался с такой прямолинейной агрессией, в ужасе отпрянул.
— Сумасшедшая! Да ну вас всех нафиг! — провизжал он. — Я ухожу и дорогу сюда забуду! С такими связываться — себе дороже!

Бог исчез в чёрной вспышке, оставив после себя лишь запах озона и тишину. В воздухе появился Творец, мягко улыбаясь.
— Поздравляю, Катя. Ты остановила моего брата... весьма необычным способом.

— Ну, кто ещё хочет почувствовать на себе мои кулаки? — Катя обернулась к жрицам, которые уже начали медленно отползать к выходу.

В этот момент двери храма распахнулись. В зал ворвался Фэн Сю, а за ним — Агарес и Вассаго. Император Демонов бросился к Бай Линсюань, игнорируя всех вокруг.
— Линсюань! Ты в порядке? — он нежно обнял её, а затем повернулся к Кате. — Кто ты, странная девушка?

Катя довольно ухмыльнулась, понимая, что попала в самое начало истории.
— Я та, кто проследит, чтобы у Лун Хаочэня и Цайэр было нормальное детство, а не вот это вот всё!

Фэн Сю замер, глядя на Катю. Его величественная аура, от которой обычно падали ниц целые армии, на девушку не действовала совершенно. Рядом с ним Агарес с любопытством потирал подбородок, а Вассаго испуганно сверялся со своим хрустальным шаром, который почему-то начал показывать помехи при виде Кати.

— Ты... спасла мою Линсюань и нашу внучку? — голос Императора Демонов дрогнул от непривычных эмоций. — Я, Фэн Сю, в долгу перед тобой. Проси чего хочешь: золото, земли, головы этих жриц?

— Слышь, Ваше Величество, — Катя бесцеремонно перебила его, — головы оставь себе, мне коврик из Остина нужнее был, но он улетел. Давай сразу к делу. Ты любишь Линсюань? Любишь. Сделал предложение? Сделал. Так какого лешего твои родственники и эти святоши в мантиях тут устривают геноцид младенцев?!

Фэн Сю нахмурился, его глаза вспыхнули фиолетовым пламенем.
— Законы крови суровы... — начал он.

— Законы — фигня, если они мешают счастью! — отрезала Катя. — Значит так. Сейчас мы идём к Лун Тяньиню. Да-да, к твоему будущему свату. И ты, великий и ужасный, будешь вести себя прилично. Никаких «я уничтожу человечество». Только «здравствуйте, я пришёл просить руки вашей дочери для своего сына»... Ой, подожди, это же ты на Линсюань женишься! Короче, строим нормальную семью, а не поле боя!

Агарес не выдержал и прыснул со смеху.
— Брат, кажется, ты нашёл достойного противника. Она прямолинейнее, чем твой меч!

— А ты чего ржёшь, остроухий? — Катя перевела взгляд на Агареса. — Хочешь, проверю, насколько далеко летают Боги Лунных Демонов? У меня нога так и чешется отправить кого-нибудь на орбиту за лицемерие!

Агарес мгновенно посерьёзнел и спрятался за спину Вассаго. Тем временем Бай Линсюань подошла к Кате и тихо взяла её за руку.
— Спасибо тебе... Как тебя зовут?
— Катя. И я здесь, чтобы проследить, чтобы Лун Хаочэнь родился в любви, а не в изгнании. И чтобы Цайэр не мучили в этой жуткой пещере её деды-фанатики!

В этот момент в зал вбежал молодой и ещё не такой суровый Лун Тяньинь. Увидев Императора Демонов, он выхватил меч.
— Фэн Сю! Отпусти мою дочь!

— Ой, началось... — Катя закатила глаза. — Тяньинь, убери зубочистку, пока я её тебе в одно место не засунула. Мы тут свадьбу планируем, а не поножовщину!

Обстановка в саду Бай Линсюань была... специфической. За небольшим резным столиком сидели двое самых могущественных мужчин континента, и от их взглядов вяли цветы в радиусе десяти метров. Лун Тяньинь сверлил Фэн Сю глазами, полными праведного гнева, а Император Демонов сохранял ледяное спокойствие, хотя кончики его пальцев подрагивали от желания вызвать Божественный Трон.

— Значит так, мальчики, — Катя с грохотом поставила на стол огромный чайник. — Если я услышу хоть одно слово про «честь храма» или «величие расы демонов», я лично познакомлю ваши лица с этим столом. Понятно объясняю?

— Катя, он — демон! — выдохнул Тяньинь, указывая на Фэн Сю. — Он соблазнил мою дочь и...
— И любит её больше, чем ты свою гордость! — отрезала Катя. — Посмотри на Линсюань. Она светится от счастья, когда он рядом. А ты хочешь её в монастырь запереть или ребёнка убить? Ты дед или палач, я не пойму?

Тяньинь поперхнулся чаем. Прямолинейность Кати била точнее любого меча.
— Но как же пророчество? — подал голос Вассаго, нервно теребя край мантии. — Звёзды говорят о великой битве...

— Звёзды твои врут, потому что я здесь! — Катя повернулась к пророку. — Я — переменная, которую ваш космос не учёл. Никакой битвы не будет, если мы сейчас договоримся. Фэн Сю, ты готов признать Бай Юэ своей наследницей и защищать её, даже если демоны будут против?

— Я уничтожу любого, кто посмотрит на неё косо, — холодно ответил Фэн Сю, и в его голосе прозвучала такая мощь, что даже птицы в саду замолчали. — И я готов заключить пакт о ненападении на земли Храмов, пока Линсюань и моя дочь в безопасности.

— Вот! — Катя хлопнула в ладоши. — Тяньинь, слышал? Мир во всём мире в обмен на одну свадьбу. И не смей мне говорить «нет», а то я вспомню, что ты в будущем будешь ворчливым дедом, и начну профилактику прямо сейчас!

В этот момент к ним подошла Бай Юэ, держа на руках крохотную девочку.
— Папа, — обратилась она к Тяньиню, — посмотри на неё. Она ведь твоя внучка. Разве в ней есть зло?

Тяньинь посмотрел на младенца, и его суровое лицо дрогнуло. Катя довольно хмыкнула.
— Так, с этим разобрались. Теперь у нас вторая проблема. Шэн Юэ и его методы воспитания. Мы не можем допустить, чтобы Цайэр превратили в безэмоциональную машину для убийств. Собирайтесь, мы идём в Храм Убийц!

— Прямо сейчас? — удивился Агарес.
— А чего тянуть? — Катя уже подхватила свою сумку. — У меня ещё план по канону: свести Лун Синьюя и Бай Юэ так, чтобы Хаочэнь родился вовремя. Фэн Сю, ты будешь тестем-террористом, но только в шутку, понял? Если доведёшь зятя до слёз — получишь от меня лично!

Храм Убийц всегда был местом тишины и теней. Здесь даже пылинки падали бесшумно, а адепты передвигались быстрее мысли. Но сегодня тишина была разорвана в клочья. Двери главного зала вылетели с петель от мощного пинка кроссовка 38-го размера.

— Эй, дед-затворник! Выходи на честный бой или хотя бы на честный разговор! — голос Кати разнёсся по сводам, заставляя тени испуганно шарахаться по углам.

Из темноты, словно призрак, соткался Шэн Юэ. Его лицо было скрыто маской, а в руках тускло поблёскивал кинжал.
— Кто посмел осквернить святилище теней своим криком? — прошипел он, но осёкся, увидев за спиной Кати... Императора Демонов Фэн Сю, который невозмутимо рассматривал свои ногти, и бледного Лун Тяньиня.

— Я посмела! — Катя шагнула вперёд, ткнув пальцем в грудь великого убийцы. — Ты что творишь, старый пень? Я знаю твой план! Ты хочешь забрать маленькую Цайэр и засунуть её в пещеру, чтобы она там ослепла, оглохла и превратилась в бездушную куклу ради «высшего блага»? Ты в своём уме вообще?!

Шэн Юэ замер. Откуда эта девчонка знала о секретных техниках пробуждения Дочери Смерти?
— Это единственный путь к силе... — начал он оправдываться.

— Путь к силе через страдания ребёнка — это путь в никуда! — Катя сорвалась на крик. — Ты хоть представляешь, как ей будет больно? Как она будет одинока? Если ты сейчас же не пообещаешь мне, что Цайэр будет расти в любви, с игрушками и нормальным детством, я тебе этот кинжал... ну, ты понял, куда я его тебе засуну! И Фэн Сю мне поможет, правда, Ваше Величество?

Фэн Сю лениво кивнул.
— Если Катя сказала, что это плохо, значит, это плохо. Я не хочу, чтобы будущая невеста моего внука была закомплексованной убийцей. Мне нужны здоровые наследники.

— Внука? — Шэн Юэ и Тяньинь хором уставились на Императора.

— Да! — Катя довольно потёрла руки. — Хаочэнь и Цайэр — это канон! И я не позволю вам его испортить своими дурацкими традициями. Шэн Юэ, слушай сюда: либо ты становишься нормальным прадедушкой, который балует внучку конфетами, либо я сейчас превращу твой Храм в филиал цирка, где ты будешь главным клоуном. Выбирай быстро, у меня ещё Лун Синьюй не пристроен!

Шэн Юэ посмотрел на кулак Кати, потом на скучающего Бога Демонов, и медленно убрал кинжал.
— Кажется... нам стоит обсудить альтернативные методы обучения, — выдавил он из себя.

После того как Шэн Юэ торжественно поклялся (под угрозой превращения его любимого кинжала в штопор), что Цайэр будет расти в любви и с куклами, Катя переключила внимание на следующую цель.
— Так, народ, — скомандовала она, упирая руки в бока. — Где сейчас бродит этот пафосный рыцарь Лун Синьюй? Мне нужно, чтобы он встретил Бай Юэ прямо сейчас, а не через десять лет страданий и недопониманий!

Лун Тяньинь, который уже смирился с тем, что его жизнь превратилась в балаган, вздохнул:
— Мой сын сейчас на границе, патрулирует окрестности Одина. Он слишком серьёзен и думает только о долге перед Храмом.

— Серьёзность лечится хорошим подзатыльником и правильной женщиной! — Катя схватила Фэн Сю за рукав его роскошного одеяния. — Ваше Величество, подбрось нас на своём драконьем экспрессе до Одина. Нам нужно устроить «случайную» встречу.

Через мгновение, благодаря пространственной магии Императора Демонов, они оказались на живописном холме. Внизу, у реки, молодой Лун Синьюй в сияющих доспехах хмуро вглядывался в горизонт.
— Слишком скучно, — прошептала Катя. — Фэн Сю, наколдуй какую-нибудь неопасную, но очень страшную на вид тень, которая «нападёт» на Бай Юэ. А ты, Тяньинь, толкни дочь в ту сторону. Только нежно!

План сработал идеально. Когда Бай Юэ «случайно» оказалась в опасности, Синьюй, как истинный рыцарь, бросился на помощь. Его меч вспыхнул священным светом, и он эффектно разогнал иллюзию.
— Вы не ранены, прекрасная леди? — произнёс он, и его суровый взгляд смягчился, когда он увидел глаза Бай Юэ.

— Ой, мамочки, какой он милый, когда не ворчит! — Катя наблюдала за ними из кустов, жуя яблоко, отобранное у Агареса. — Смотрите, искра пробежала! Сейчас они влюбятся, поженятся, и Хаочэнь родится в полной семье с дедушкой-демоном и дедушкой-рыцарем, которые будут спорить, кто лучше научит его махать мечом.

Фэн Сю стоял рядом, скрестив руки.
— Ты действительно изменила судьбу этого мира, Катя. Без тебя здесь была бы только кровь и пепел.

— Да ладно тебе, — Катя хлопнула Императора по плечу так, что тот пошатнулся. — Просто я ненавижу драмы на пустом месте. Жизнь коротка, надо радоваться! А теперь... — она хитро прищурилась. — Пора готовить свадебный пир. И если кто-то из демонов или людей попробует подраться за столом — я исполню своё обещание насчёт полётов без крыльев!

Такого мир Шэнмо ещё не видел. Главная площадь Одина была украшена золотыми лентами Рыцарского Храма и магическими фиолетовыми фонариками Империи Демонов. В центре стояли Лун Синьюй и Бай Юэ, обмениваясь клятвами верности под присмотром самого Творца, который решил лично заглянуть на огонёк.

— Так, — Катя расхаживала между столами с огромным половником в руках, который она использовала вместо жезла власти. — Если я увижу, что кто-то из рыцарей косо смотрит на демона луны, или если какой-то бес решит стащить кусок мяса у паладина — пеняйте на себя! Сегодня мы празднуем любовь, а не выясняем, у кого меч длиннее!

Фэн Сю, одетый в парадное кимоно, сидел во главе стола рядом с Лун Тяньинем. Они оба выглядели крайне напряжённо, пока Катя не подошла к ним и не хлопнула обоих по спинам.
— Ну-ка, деды, улыбочку! — скомандовала она. — Тяньинь, налей свату вина. Фэн Сю, расскажи ему анекдот про Остина Гриффина. Живо!

Под тяжёлым взглядом Кати, Император Демонов нехотя поднял кубок.
— За... за процветание наших семей, — выдавил он.
— И за то, чтобы внуки были талантливыми, — добавил Тяньинь, чокаясь с ним. Напряжение начало таять, как весенний снег.

Тем временем на танцполе происходило нечто невообразимое. Агарес кружил в вальсе жрицу из Храма Души, а Вассаго пытался предсказать по звёздам, кто следующим пойдёт за тортом. Шэн Юэ, всё ещё в маске, сидел в углу и пытался незаметно кормить маленькую Цайэр сладостями, как и обещала Катя.

— Вот это я понимаю — канон здорового человека! — Катя довольно уселась на край стола, наблюдая за счастливыми Синьюем и Бай Юэ. — Никаких изгнаний, никакой потери памяти, никакой войны на тысячу лет. Просто семья.

Вдруг к ней подошёл Фэн Сю.
— Катя, ты ведь не из нашего мира, верно? Твоя сила... она не в магии, а в чём-то другом.
— Моя сила в том, что я не терплю идиотов и лицемеров, — честно ответила Катя, подмигнув ему. — И в том, что я знаю: даже самые страшные демоны хотят простого человеческого счастья. Ну, и коврик из Остина мне всё ещё нужен!

Праздник продолжался до самого утра. В эту ночь на континенте Шэнмо не было пролито ни капли крови — только вино и слёзы радости. Катя знала, что теперь Лун Хаочэнь родится в мире, где его будут ждать два любящих дедушки, а Цайэр никогда не узнает одиночества пещеры.

Прошло пять лет. Мир Шэнмо изменился до неузнаваемости. Вместо бесконечных сражений на границах теперь процветали торговые пути, а в школах магии и рыцарства ввели новый предмет — «Основы дипломатии по-катински».

Катя обосновалась в уютном домике прямо на границе между землями людей и демонов. Её дом стал нейтральной территорией, где Фэн Сю и Лун Тяньинь могли спорить о воспитании внука, не опасаясь разрушить пару-тройку городов своими аурами.

— Хаочэнь, спину ровнее! — крикнула Катя, наблюдая, как маленький мальчик с золотистыми волосами старательно машет деревянным мечом. — Если будешь сутулиться, Цайэр над тобой смеяться будет, когда в гости придёт!

Маленький Лун Хаочэнь тут же выпрямился, покраснев. Он обожал свою крёстную. Она рассказывала ему удивительные истории о других мирах, учила, что сила нужна для защиты, а не для гордыни, и всегда прятала в карманах самые вкусные конфеты, которых не было даже в сокровищнице Императора Демонов.

— Крёстная Катя, а дедушка Фэн Сю сказал, что я должен учиться магии тьмы, а дедушка Тяньинь говорит, что только свет спасёт мир... — Хаочэнь вздохнул, глядя на двух величественных мужчин, которые снова начали искрить глазами друг на друга в тени беседки.

Катя встала, поправила своё волшебное перо за ухом и подошла к ним.
— Так, дедули, опять за старое? — она выразительно постучала половником по ладони. — Хаочэнь будет изучать и то, и другое. Он — дитя баланса. И если вы сейчас же не перестанете мерить свои уровни духовной энергии, я заставлю вас обоих переписывать устав Храма сто раз каллиграфическим почерком!

Фэн Сю мгновенно кашлянул и начал изучать куст роз, а Тяньинь внезапно увлёкся чисткой своих доспехов. Катя была единственным человеком, способным усмирить их одним взглядом.

— Вот так-то, — улыбнулась она, обнимая Хаочэня. — Помни, малыш: твоя судьба в твоих руках, а я всегда буду рядом, чтобы подсказать дорогу. И чтобы дать пинка любому пророчеству, которое посмеет встать у тебя на пути.

Над миром Шэнмо сияло мирное солнце. Катя знала, что её история здесь только начинается, ведь впереди было ещё столько приключений, свадеб и, конечно же, весёлых семейных обедов, где демоны и люди сидели за одним столом.