Изи: Код Абсолютного Решения

Ад всегда был местом хаоса, но даже здесь существуют правила. Однако в тот день Аластор почувствовал, что правила начали давать сбой. Прогуливаясь по тёмным переулкам Пентаграмм-Сити, Радио-демон наткнулся на необычное зрелище. Молодая девушка по имени Изи, одетая во всё чёрное — от кофты до кроссовок, — методично расправлялась с бандой обнаглевших грешников.

Её движения не были похожи на обычную драку. Вокруг её рук в чёрных перчатках вспыхивали жёлтые символы, похожие на курсоры. Предметы вокруг неё меняли форму, а пространство искажалось. Это была способность Absolute Solver — редчайший дар, который позволял манипулировать реальностью на уровне кода.

Когда последний противник был повержен, Изи обернулась. Её чёрные очки со спиралями зловеще блеснули. Она увидела Аластора, застывшего в тени. Вместо страха в её взгляде была чистая, концентрированная злоба. Секунда — и пространство вокруг неё схлопнулось, оставив лишь жёлтый след в воздухе. Она телепортировалась.

Через два дня их пути пересеклись снова. На этот раз Изи выглядела иначе. Она сражалась в окружении целой толпы наёмников, и в её движениях читался испуг. Она была напугана собственной силой, которая, казалось, вырывалась из-под контроля. Аластор, заинтригованный этой аномалией, решил вмешаться и помочь, но стоило ему сделать шаг, как Изи заметила его. С криком ярости она ударила кулаком по земле, высвобождая волну чистой энергии, которая разбросала врагов, и снова исчезла в жёлтой вспышке.

Прошла неделя. В Отеле Хазбин воцарилась паника. Все собрались у телевизора, где Кэти Киллджой срывающимся голосом объявляла: «Экстренные новости! В Аду обнаружен объект класса 'Апокалипсис'. Девушка по имени Изи обладает силой Absolute Solver. Она способна уничтожить саму структуру нашего мира!»

Аластор смотрел на экран и широко улыбался. Теперь он знал, как зовут его новую знакомую. Изи. Опасный объект. И, возможно, самый интересный гость, который когда-либо мог переступить порог их отеля.

Аластор не привык бегать за кем-то, но Изи была особым случаем. Её след в эфире ощущался как статика на старой плёнке — резкий, колючий и совершенно чужеродный для этого мира. Радио-демон скользил сквозь тени, напевая весёлую мелодию, пока вокруг него реальность начинала слегка подрагивать. Чем ближе он подходил к её убежищу, тем больше мир напоминал сломанную видеоигру: фонарные столбы изгибались под невозможными углами, а лужи крови на асфальте превращались в цифровой шум.

Он нашёл её на крыше заброшенного склада в промышленном районе. Изи сидела на самом краю, обхватив колени руками. Её чёрные кроссовки свисали над пропастью. Она выглядела измотанной. Вокруг неё летали маленькие жёлтые символы Absolute Solver, словно назойливые мухи, которых она пыталась отогнать.

— Знаешь, дорогуша, — раздался из тени искажённый радио-голос Аластора, — для «опасного объекта» ты выглядишь довольно... потерянной.

Изи вскочила на ноги мгновенно. Её спиральные очки вспыхнули ядовито-жёлтым светом. Она вскинула руку в чёрной перчатке, и за спиной Аластора массивная водонапорная башня вдруг начала сжиматься, превращаясь в крошечный металлический куб. Это была демонстрация силы, предупреждение.

— Уходи, — прошипела она. Её голос дрожал от напряжения. — Я видела тебя. Ты один из тех Оверлордов. Тебе нужна моя сила, как и всем остальным. Но я не позволю себя использовать!

— О, уверяю тебя, мои намерения куда более... альтруистичны! — Аластор вышел на свет, широко улыбаясь и опираясь на свой микрофон. — Весь Ад охотится за тобой. Ты — аномалия, Изи. Но в моём отеле есть место для тех, кто не вписывается в общую картину. Там тебя не найдёт ни телевидение Вокса, ни ищейки Люцифера.

Изи замерла. Символ Solver над её головой на мгновение сменился на вопросительный знак. Она явно не ожидала такого предложения. Однако страх всё ещё был сильнее доверия. Она сделала шаг назад, и пространство за её спиной начало искажаться, готовя новый прыжок.

— Почему я должна тебе верить? — спросила она, и в этот момент крыша склада содрогнулась от мощного взрыва. Ищейки Вокса всё-таки выследили её.

Небо над промышленным районом окрасилось в неоновый синий цвет — это были прожекторы дронов Вокса. Телевизионный Оверлорд не мог позволить такому редкому «экземпляру», как Изи, гулять на свободе. Десятки механических ищеек окружили крышу, наводя лазерные прицелы на девушку в чёрном.

— Объект Изи, — раздался механический голос из динамиков, — ваше сопротивление нелогично. Вы — собственность «V-V-V» корпорации.

Изи задрожала. Её очки-спирали бешено завращались. Она ненавидела, когда ею пытались распоряжаться. В её руках вспыхнули сразу несколько жёлтых символов. Она ударила кулаками друг о друга, и ближайший дрон просто вывернуло наизнанку, превратив в груду бесполезного металла. Но их было слишком много.

— Какое грубое нарушение личного пространства! — воскликнул Аластор, и его голос зазвучал с помехами, от которых у дронов начали лопаться линзы. — Дорогуша, позволь мне взять на себя этот шумный оркестр?

Аластор не стал ждать ответа. Его тень увеличилась в размерах, превращаясь в рогатое чудовище с острыми когтями. Теневые щупальца взметнулись вверх, сбивая дроны один за другим, словно назойливых мух. Однако один из роботов успел выпустить парализующий заряд прямо в Изи.

Девушка вскрикнула, но вместо того чтобы упасть, она вошла в состояние транса. Её глаза за очками засветились ровным жёлтым светом. Absolute Solver перешёл в режим самообороны. Реальность вокруг склада начала буквально рассыпаться на пиксели. Гравитация исчезла. Аластор почувствовал, как его собственные тени начинают искажаться, превращаясь в цифровой код.

— Стой! — крикнул он, пытаясь пробиться сквозь бурю статики. — Если ты не остановишься, ты сотрёшь этот сектор Ада вместе с собой!

Изи не слышала. Она видела перед собой только врагов. Её кулак, сжатый в чёрной перчатке, светился так ярко, что казалось, она держит маленькое солнце. Одним мощным движением она создала чёрную дыру, которая мгновенно поглотила оставшиеся дроны Вокса, но воронка продолжала расти, угрожая затянуть и Отель Хазбин вдали, и самого Аластора.

Чёрная дыра, созданная страхом Изи, жадно поглощала куски крыши и обломки дронов. Воздух свистел, затягивая всё живое в пустоту. Изи стояла в центре этого хаоса, её тело мелко дрожало, а жёлтые символы Absolute Solver пульсировали в ритме её испуганного сердца. Она больше не контролировала процесс — процесс контролировал её.

Аластор понял: грубая сила здесь не поможет. Он вонзил свой микрофон в треснувший бетон крыши, и от него поползли изумрудные нити вуду-магии. Они не атаковали, а мягко оплетали жёлтые всполохи энергии Изи, словно успокаивающая колыбельная. Радио-демон сделал шаг вперёд, игнорируя чудовищное давление гравитации, и положил руку в красной перчатке на плечо девушки.

— Тише, тише, маленькая искра, — прошептал он, и его голос зазвучал чисто, без привычных радио-помех, прямо в её сознании. — Твой гнев услышан, но если ты исчезнешь сейчас, кто покажет этому миру, на что способна настоящая ошибка в системе? Дыши. Сосредоточься на моей тени.

Изи вздрогнула. Контакт с Оверлордом заставил её спиральные очки на мгновение погаснуть. Она почувствовала холодную, древнюю силу Аластора, которая обволакивала её бушующую энергию, как кокон. Жёлтые символы начали замедляться, превращаясь из острых лезвий в мягкие искры. Чёрная дыра, лишившись подпитки из чистой паники, начала сжиматься, пока не схлопнулась с тихим звуком «пш-ш», оставив после себя лишь запах озона и жжёного металла.

Изи обессиленно повалилась вперёд, но Аластор подхватил её. Она тяжело дышала, глядя на свои руки в чёрных перчатках. Способность Absolute Solver затихла, уйдя глубоко под кожу.

— Ты... ты остановил это, — прохрипела она, поправляя очки. — Почему?

— Потому что уничтожить Ад — это слишком скучный финал для такой захватывающей пьесы, — Аластор снова широко улыбнулся, и в его глазах заплясали весёлые огоньки. — Отель Хазбин ждёт тебя, Изи. Там у тебя будет время научиться управлять этим... «решением», пока Вокс пытается починить свои игрушки.

Изи посмотрела на него уже без злобы, лишь с глубокой настороженностью. Она поняла, что этот демон — единственный, кто не испугался её силы, а смог её обуздать.

Отель Хазбин только начал погружаться в вечерний уют, когда все телевизоры в здании одновременно вспыхнули ярко-синим светом. Изи, которая только что переступила порог и с недоверием рассматривала розовые стены вестибюля, резко остановилась. Её очки-спирали начали вибрировать, улавливая мощный радиочастотный всплеск.

— АЛАСТОР! — взревел голос Вокса из каждого динамика, отчего стёкла в окнах жалобно задребезжали. — Ты думал, что можешь просто забрать мою технологию? Эта девчонка — ключ к новому поколению связи, и она принадлежит МНЕ!

Внезапно из всех экранов начали вырываться кабели и электрические разряды, сплетаясь в захваты, похожие на щупальца. Чарли и Вегги выбежали в холл, но путь им преградила стена из синих искр. Вокс использовал сеть отеля, чтобы создать цифровую ловушку. Изи вскрикнула, когда один из кабелей обвил её запястье, пытаясь затянуть её прямо в экран телевизора.

— Как неоригинально, Вокс! — Аластор появился перед Изи, взмахнув своим микрофоном. — Использовать домашнюю технику для похищения? Ты теряешь хватку!

Радио-демон ударил тростью по полу, создавая барьер из теней, но Вокс подготовился. Он направил на отель мощный поток данных, перегружая реальность. Изи почувствовала, как её Absolute Solver начинает конфликтовать с сигналом Вокса. Её руки в чёрных перчатках засветились, но на этот раз не жёлтым, а болезненным оранжевым цветом. Два типа кода — древний космический и современный цифровой — столкнулись внутри неё.

— Останови его... — прошептала Изи, её ноги подкосились. — Он пытается... взломать мой разум!

Вокс на экране торжествующе смеялся. Он не просто хотел забрать её тело, он хотел загрузить своё сознание в её систему, чтобы получить полный контроль над силой Solver. Отель содрогнулся, когда гигантская голограмма Вокса накрыла крышу здания, сжимая его в своих электрических объятиях.

Ситуация достигла предела. Синие кабели Вокса уже почти полностью опутали Изи, вытягивая из неё золотистую энергию Absolute Solver. Аластор сдерживал натиск тенями, но цифровой напор Оверлорда был слишком велик — Вокс направил на отель энергию всей электросети Пентаграмм-Сити.

— Довольно! — голос Чарли прозвучал не как мольба, а как раскат грома. — В моём доме ты не имеешь власти, Вокс!

Воздух в холле мгновенно раскалился. Чарли преобразилась: её волосы взметнулись вверх, словно языки пламени, на голове выросли величественные рога, а за спиной распахнулись огромные чёрные крылья. Её глаза вспыхнули алым светом, в котором не было злобы, но была непоколебимая воля принцессы Ада.

Она топнула ногой, и от неё разошлась волна чистой демонической энергии. Этот импульс был настолько мощным, что все электрические соединения Вокса начали плавиться. Синие кабели лопались, превращаясь в безобидный дым. Голограмма Вокса над отелем исказилась и закричала от боли, когда свет Чарли разорвал его цифровую связь с реальностью.

— Ты... ты не можешь! — донёсся затихающий голос Вокса из последнего гаснущего экрана. — Это против правил рынка!

— Здесь правила устанавливаю я, — отрезала Чарли, возвращаясь в свой обычный облик. Все телевизоры в отеле с громким хлопком выключились. Наступила тишина.

Изи упала на колени, тяжело дыша. Её чёрные перчатки дымились, а очки-спирали наконец-то перестали бешено вращаться. Она посмотрела на Чарли с нескрываемым благоговением. Никто и никогда не заступался за неё так яростно.

— Ты в порядке, дорогая? — Чарли подбежала к ней, протягивая руку. — Извини за беспорядок, мы обычно принимаем гостей более... спокойно.

Изи неуверенно приняла руку принцессы. Впервые за долгое время жёлтый символ над её головой сменился на маленькое, едва заметное сердечко. Она поняла, что в этом странном месте её сила — не проклятие, а часть семьи.

Изи медленно вышла на крыльцо отеля, глядя на обгоревшие стены и выбитые окна — следы яростной атаки Вокса. Она поправила свои очки-спирали и глубоко вздохнула. В её голове проносились строки кода, чертежи и бесконечные вероятности. Теперь она не боялась Absolute Solver. Она была его хозяйкой.

— Позвольте мне отплатить за гостеприимство, — тихо сказала она.

Девушка вскинула руки к кровавому небу Ада. Вокруг неё мгновенно закружился вихрь из золотых шестиугольников. С тихим мелодичным звоном, напоминающим перебор струн, символы Solver начали разлетаться по всему зданию. Там, где они касались камня, трещины затягивались сами собой. Разбитые стёкла собирались из осколков, становясь прочнее алмаза и приобретая лёгкий золотистый отлив.

Аластор с интересом наблюдал, как его тени переплетаются с цифровой магией Изи. Она не просто чинила отель — она переписывала его структуру. Она добавила в фундамент слои защитного кода, которые делали здание невидимым для радаров Вокса и неуязвимым для внешних магических атак. Теперь Отель Хазбин стал настоящей крепостью, существующей одновременно в физическом и цифровом пространствах.

— Впечатляющее зрелище! — воскликнул Аластор, материализуясь рядом. — Ты превратила этот милый приют в самую защищённую точку внизу!

Чарли, Вегги и остальные обитатели отеля вышли на улицу, заворожённо глядя на то, как над крышей отеля медленно вращается гигантский защитный купол, мерцающий жёлтыми искрами. Изи опустила руки, её глаза за очками снова стали обычными. Она выглядела усталой, но на её лице впервые появилась слабая, искренняя улыбка.

— Теперь, — произнесла Изи, — никто не войдёт сюда без приглашения. И никто не посмеет тронуть моих... друзей.

Слово «друзья» далось ей непривычно, но оно звучало правильно. В библиотеке между мирами, где родилась Муза, эта история была записана золотыми буквами как начало великого союза.

Тишина, воцарившаяся после ремонта, была обманчивой. Внезапно Изи схватилась за голову, издав пронзительный крик, который перекрыл даже радио-помехи Аластора. Её очки-спирали начали вращаться с такой скоростью, что превратились в два сплошных жёлтых диска. Absolute Solver не просто защищал её — он начал поглощать её личность, интерпретируя каждого присутствующего как «угрозу целостности системы».

— Изи, стой! Всё хорошо! — Чарли сделала шаг вперёд, но воздух перед ней мгновенно превратился в стену из острых, как бритва, чёрных шипов.

Голос Изи изменился, он стал многослойным и механическим, словно тысячи голосов говорили одновременно: «ОБНАРУЖЕНЫ ВНЕШНИЕ ОБЪЕКТЫ. ЗАПУСК ПРОТОКОЛА ОЧИСТКИ. УДАЛЕНИЕ... УДАЛЕНИЕ...»

Из спины Изи вырвались огромные механические манипуляторы, похожие на лапы паука, сделанные из чистой тьмы и жёлтого кода. Одним взмахом она разрушила только что восстановленную стену. Энджел Даст едва успел отпрыгнуть, когда пол под его ногами просто перестал существовать, превратившись в цифровую пустоту.

Аластор попытался призвать свои тени, чтобы связать девушку, но Solver просто «переписал» его магию. Тени демона начали атаковать своего хозяина, превратившись в пиксельные лезвия. Изи подняла руку, и Ниффти отлетела в сторону, пригвождённая к стене гравитационным полем. В глазах Изи не осталось ничего человеческого — только бесконечные строки жёлтых символов, приказывающих убивать.

— Она не контролирует это! — крикнула Вегги, выхватывая копьё. — Она стирает нас из реальности!

Изи медленно повернула голову к Чарли. Над её рукой материализовалась чёрная дыра размером с яблоко, но её мощь была способна схлопнуть весь отель. Девушка замахнулась, и здание содрогнулось от первого смертоносного удара, который не оставлял шансов на спасение.

Аластор всегда гордился тем, что он на шаг впереди любого противника, но он никогда не сражался с тем, кто видит мир как набор подлежащих удалению данных. Когда он попытался шагнуть сквозь тени, чтобы зайти Изи в тыл, реальность вокруг него просто «зависла». Его тени застыли, превратившись в плоские двухмерные картинки.

— КРИТИЧЕСКАЯ ОШИБКА, — проскрежетал голос Изи, вибрируя на частотах, от которых у Аластора из ушей потекла кровь. — ОБНАРУЖЕН УСТАРЕВШИЙ ПРОТОКОЛ: «РАДИО-ДЕМОН». СТАТУС: МУСОР.

Прежде чем Аластор успел взмахнуть своим микрофоном, невидимая, но колоссальная сила подбросила его в воздух. Огромная жёлтая голографическая рука, сотканная из символов Solver, сомкнулась на его горле. Аластор захрипел, его ноги в красных штиблетах беспомощно заболтались в воздухе. Его вечная улыбка дрогнула, превратившись в гримасу боли.

— Изи... остановись... — прохрипел он, пытаясь вызвать хотя бы искру своей магии, но жёлтый код блокировал его силы, как мощный антивирус. — Это... не ты...

Изи медленно поплыла к нему по воздуху, её ноги не касались пола. Её лицо было абсолютно неподвижным, а за линзами очков бешено пульсировал символ [NULL]. Хватка на горле Аластора сжималась всё сильнее. Радио-помехи, которые всегда сопровождали демона, сменились предсмертным писком сломанного приёмника. Его трость с треском упала на пол, расколовшись надвое.

— ОБЪЕКТ БУДЕТ СТЁРТ, — монотонно произнесла Изи. Она подняла вторую руку, и в её ладони начал формироваться чёрный сингулярный сгусток, готовый поглотить душу Оверлорда целиком.

Чарли в ужасе закричала, бросаясь на помощь, но Изи даже не повернулась — коротким импульсом она отбросила принцессу Ада через весь зал, впечатав её в стену. Аластор чувствовал, как его сознание начинает распадаться на пиксели. Его шея хрустнула под давлением цифрового захвата.

Хватка на горле Аластора внезапно ослабла. Радио-демон рухнул на пол, судорожно хватая ртом воздух, пока его тени медленно возвращались в нормальное состояние. Изи замерла, её тело сотрясала крупная дрожь. Она схватилась за свои очки-спирали, которые начали трещать от невероятного внутреннего давления.

— Нет... уходите... — её настоящий голос, тонкий и полный первобытного ужаса, пробился сквозь механический гул. — Я не могу... оно внутри... ПОМОГИТЕ!

С оглушительным звоном линзы её очков разлетелись на тысячи мелких осколков. Все присутствующие замерли в немом шоке. Без привычных стёкол лицо Изи выглядело чужим и пугающим. Её глаза были полностью чёрными, как сама бездна, а вместо обычных зрачков в центре горели ярко-жёлтые кресты — символ Absolute Solver, выжженный прямо в её сущности. Из этих глаз потекли слёзы, похожие на густое золотистое масло.

— О боже, Изи... — прошептала Чарли, прикрывая рот рукой. Она видела много демонов, но этот взгляд не принадлежал ни грешнику, ни существу из Ада. Это был взгляд самой энтропии.

Паника в глазах Изи длилась всего мгновение. Жёлтые кресты в её зрачках внезапно расширились, поглощая остатки сознания. Её лицо снова разгладилось, становясь пустой маской. «ОШИБКА ИСПРАВЛЕНА. СЕНТЕНЦИЯ: ТОТАЛЬНОЕ ИСТРЕБЛЕНИЕ» — пророкотал голос, от которого задрожали сами основы отеля.

Изи вскинула руки, и из её ладоней вырвались каскады жёлтых лезвий. Она больше не просто душила — она начала методично превращать всё вокруг в кровавую пыль. Первый удар пришёлся по барной стойке, которую разнесло в щепки вместе с бутылками Хаска. Изи повернулась к Вегги, и её механические лапы-манипуляторы с лязгом устремились вперёд, готовые пронзить любого, кто встанет на пути её разрушительного кода.

Вегги не стала ждать следующего удара. Она знала: если Изи полностью синхронизируется с Absolute Solver, от отеля останется только цифровая пыль. Перехватив своё ангельское копьё, она рванулась вперёд, оставляя за собой шлейф белого света.

— Прости, Изи, но я должна тебя остановить! — выкрикнула Вегги, нанося молниеносный удар в сторону одного из механических манипуляторов.

Сталь ангелов столкнулась с материей Solver. Раздался звук, похожий на скрежет металла по стеклу. Жёлтые искры посыпались на пол, прожигая ковры. Изи даже не моргнула. Её тело двигалось с неестественной скоростью, просчитывая траекторию каждого движения Вегги ещё до того, как та успевала замахнуться.

«АНАЛИЗ БОЕВОГО СТИЛЯ... ОБНАРУЖЕНО ОРУЖИЕ ВЫСШЕГО ПОРЯДКА. ПЕРЕНАПРАВЛЕНИЕ ЭНЕРГИИ,» — прозвучал бездушный голос из уст девочки.

Изи выбросила руку вперёд, и пространство вокруг копья Вегги начало искажаться. Вегги почувствовала, как её оружие становится невероятно тяжёлым, а пол под ногами превращается в зыбучие пески из пикселей. Она едва успела заблокировать ответный выпад механической лапы, которая едва не пробила ей плечо.

Вегги совершила кувырок, уходя от каскада жёлтых лезвий, которые вонзились в пол там, где она стояла секунду назад. Она видела, что ангельский свет копья заставляет жёлтый код Изи «лагать» и мерцать, но этого было недостаточно. Изи наступала, её чёрные глаза с жёлтыми крестами светились всё ярче, а вокруг неё начали вращаться огромные символы [NULL], готовые стереть Вегги из самого бытия.

Вегги сделала решающий выпад, целясь в плечо Изи, надеясь, что ангельская сталь сможет временно парализовать вирус. Но за долю секунды до контакта Изи просто сжала кулак. Воздух вокруг копья внезапно стал плотным, как свинец. Пространство исказилось, создавая мощнейшую гравитационную воронку прямо на острие оружия.

— ОБНАРУЖЕНА КРИТИЧЕСКАЯ УГРОЗА. ПРИМЕНЕНИЕ ФИЗИЧЕСКОГО ДЕМОНТАЖА, — проскрежетал голос Изи.

Раздался оглушительный звон, похожий на взрыв тысячи зеркал. Ангельское копьё, выкованное в небесных кузнях, не выдержало давления. Оно выгнулось под невозможным углом и с треском разлетелось на куски. Осколки святого металла не упали на пол — они зависли в воздухе, окутанные жёлтым свечением, и начали медленно превращаться в цифровую пыль.

Ударная волна от разрушения артефакта отбросила Вегги назад. Она пролетела через весь зал и врезалась в барную стойку, тяжело рухнув на обломки. Её руки дрожали от отдачи, а в глазах застыл ужас: её верное оружие, её единственная защита, было уничтожено так просто, словно это была сухая ветка.

Изи медленно повернула голову к остальным. Без копья Вегги они были абсолютно беззащитны. Жёлтые кресты в её чёрных глазах пульсировали в такт её тяжёлому, механическому дыханию. Она подняла руку, и обломки мебели начали подниматься в воздух, закручиваясь в смертоносный вихрь вокруг неё.

— ОЧИСТКА ПРОДОЛЖАЕТСЯ, — объявила она, делая шаг к Чарли, которая пыталась закрыть собой раненую Вегги.

— Эй, ты, цифровая девчонка! Посмотри на меня! — выкрикнул Энджел Даст, выпрыгивая из-за перевёрнутого дивана. В его шести руках мгновенно материализовались пистолеты и автоматы. — У нас тут отель, а не свалка металлолома!

Он открыл огонь изо всех стволов сразу. Зал наполнился грохотом выстрелов и запахом пороха. Розовые и золотые вспышки озарили разрушенный вестибюль. Энджел двигался с грацией опытного танцора, совершая акробатические прыжки и перекаты, чтобы Изи не могла прицелиться.

«ОБНАРУЖЕНА МНОЖЕСТВЕННАЯ БАЛЛИСТИЧЕСКАЯ АТАКА. АКТИВАЦИЯ КИНЕТИЧЕСКОГО ЩИТА,» — пропел Solver голосом Изи.

Вокруг неё возникла сфера из жёлтых шестиугольников. Пули Энджела, касаясь щита, не рикошетили — они просто застывали в воздухе, теряя всю инерцию, а затем рассыпались ржавой крошкой. Изи медленно перевела взгляд на паука-демона. Её механические лапы за спиной начали трансформироваться, превращаясь в длинные, сегментированные хлысты.

— Оу, детка, это не те игрушки, которые мне нравятся! — Энджел бросил пустые обоймы и выхватил пару гранат, но Изи была быстрее.

Одним взмахом руки она создала гравитационную волну, которая прижала Энджела к потолку. Его оружие выскользнуло из рук и зависло в воздухе. Изи подняла палец, и все пули, что застряли в её щите, развернулись в сторону Энджела. Теперь они светились ядовитым жёлтым светом, переписанные кодом Solver под её контроль.

— ОБЪЕКТ: ЭНДЖЕЛ ДАСТ. СТАТУС: ИЗБЫТОЧНОСТЬ. УДАЛЕНИЕ ЧЕРЕЗ 3... 2... 1...

Хаск с рычанием выскочил из-за барной стойки, его огромные крылья с карточными мастями широко раскрылись. Он знал, что обычные пули не берут эту цифровую бестию, но его карты были пропитаны древней магией азартных игр и душ, которые он когда-то держал в узде.

— Эй, железная леди! — крикнул Хаск, взмахивая руками. — Посмотрим, как твой компьютер справится с чистым хаосом!

Целый веер светящихся красным карт полетел в сторону Изи. Они двигались не по прямой, а хаотично меняли траекторию, обходя кинетический щит. Изи попыталась вычислить их путь, но магия Хаска была иррациональной. Когда карты коснулись жёлтого поля Solver, они не рассыпались в пыль, а сдетонировали мощными вспышками алого пламени.

— ОШИБКА... НЕВОЗМОЖНО ВЫЧИСЛИТЬ ВЕРОЯТНОСТЬ... — голос Изи впервые дрогнул и исказился статикой.

Взрывы создали облако магического дыма, который ослепил сенсоры Solver. Гравитационная хватка на Энджеле ослабла, и он с глухим стоном рухнул на пол. Изи затрясла головой, её чёрные глаза бешено вращались, пытаясь восстановить фокус. Жёлтые кресты в зрачках начали мигать, словно неисправная неоновая вывеска.

Хаск не останавливался. Он метал карту за картой, создавая вокруг Изи кольцо из взрывов. Это дало остальным драгоценные секунды. Однако Изи начала адаптироваться. Её механические лапы вонзились в пол, заземляя её, а вокруг тела начала формироваться чёрная сфера — та самая сингулярность, которая могла поглотить весь отель за один миг.

— Ребята, я долго её не удержу! — прохрипел Хаск, пот катился по его морде. — Делайте что-нибудь, пока она не перезагрузилась!

Когда чёрная сфера вокруг Изи начала сжиматься, готовая поглотить всё вокруг, воздух в зале замерцал. Перед девочкой возникла фигура, окутанная призрачным светом. Это была женщина с добрыми, но печальными глазами, одетая в простое платье, которое казалось выцветшим от времени. Её волосы были собраны в пучок, а на лице застыла знакомая Изи улыбка.

— Мама? — прошептала Изи, и её механический голос впервые за долгое время дрогнул от непонимания и боли. Жёлтые кресты в её глазах на мгновение потускнели.

— Изи, моя дорогая, — голос Нори был нежным, но в нём слышалась сталь. — Я так долго тебя искала. Ты не должна была поддаваться этому коду.

Внезапно улыбка исчезла с лица Нори. Её глаза вспыхнули тем же яростным жёлтым светом, что и у Изи. Из её рук вырвались потоки энергии, идентичные той, что управляла Изи. Оказалось, что Нори тоже была заражена Absolute Solver, но её версия была иной — более древней, более контролируемой.

— Ты позволила ему сломать себя, — прошипела Нори, её голос теперь был искажён механическим эхом. — Ты позволила ему стереть нашу память, нашу боль, нашу любовь! Я не дам ему победить!

Нори бросилась на Изи. Это была не битва двух демонов, а битва двух версий одного и того же вируса, столкнувшихся в теле матери и дочери. Удары Нори были точными и сильными, направленными на то, чтобы подавить, а не уничтожить. Она использовала свою силу, чтобы пробиться сквозь защиту Изи, словно пытаясь достучаться до её истинной сущности.

— Ты помнишь, как отец... — начала Нори, и в этот момент её рука с силой ударила Изи по щеке. Удар был настолько мощным, что Изи отлетела к стене, сбивая с ног Хаска. — ...он забрал меня у тебя! Но я вернулась, чтобы забрать тебя обратно!

Удар был не просто физическим. Он был наполнен болью, воспоминаниями и отчаянием. В этот момент Изи почувствовала не только боль от удара, но и отголоски той самой трагедии, которая сломала её в реальном мире. Жёлтые кресты в её глазах замерцали, а затем начали медленно исчезать, уступая место её собственным, испуганным глазам. Она снова видела мир без искажений кода.

На мгновение в глазах Изи промелькнуло узнавание и детская мольба о помощи. Но стоило Нори сделать шаг навстречу, как реальность вокруг девочки буквально треснула. Программный код Solver, почувствовав угрозу удаления, перешёл в режим «КРИТИЧЕСКОЕ ВЫЖИВАНИЕ».

— ОБНАРУЖЕНА ПОПЫТКА НЕСАНКЦИОНИРОВАННОГО ДОСТУПА К ЯДРУ. УДАЛЕНИЕ ПРЕПЯТСТВИЯ, — проскрежетал голос, который больше не принадлежал ребёнку. Это был хор тысяч мёртвых голосов.

Изи резко вскинула руку. Нори, не успев среагировать, была подброшена в воздух невидимой гравитационной хваткой. Её тело замерло в метре от пола, а невидимые пальцы Solver сомкнулись на её горле. Нори отчаянно забилась, пытаясь использовать свою силу, но Изи теперь черпала энергию напрямую из бездны.

— Изи... доченька... остановись... — прохрипела Нори, её лицо бледнело, а призрачная форма начала мерцать и распадаться на пиксели.

Лицо Изи превратилось в застывшую маску. Из её спины вырвались дополнительные механические манипуляторы, которые вонзились в стены отеля, выкачивая из здания остатки магической энергии. Жёлтый свет в её глазах стал настолько ярким, что на него было больно смотреть. Она медленно сжимала кулак, и хруст костей (или того, что заменяло их в призрачном теле Нори) эхом разнёсся по притихшему залу.

Чарли и Аластор в ужасе наблюдали, как девочка, которую они хотели спасти, превращается в палача собственной матери. Воздух вокруг них начал сворачиваться в чёрную дыру, и казалось, что ещё секунда — и Нори исчезнет навсегда, стёртая из бытия кодом собственной дочери.

Чарли сделала шаг вперёд, игнорируя гравитационные вихри, которые рвали её одежду. Её рога светились алым, но в руках она держала не оружие, а чистую эссенцию сострадания. Она знала: чтобы победить программу, нужно создать логическую петлю, которую Solver не сможет обработать.

— Изи! Посмотри на меня! — закричала Чарли, и её голос зазвучал сразу на нескольких уровнях реальности. — Ты помнишь тот вечер? Запах перегара, звон разбитых бутылок? Ты помнишь, как он кричал? Это был не вирус, Изи. Это был человек, который должен был тебя любить, но принёс только боль!

В воздухе перед Изи начали всплывать голограммы — фрагменты её прошлой жизни. Пьяный силуэт отца, замахнувшийся на мать. Маленькая Изи, забившаяся в угол под столом. Эти воспоминания были заблокированы Absolute Solver как «повреждённые данные», но магия Чарли принудительно восстановила их.

— ОШИБКА. ОБНАРУЖЕНЫ НЕЗАЩИЩЁННЫЕ ДАННЫЕ. ПОПЫТКА УДАЛЕНИЯ... НЕУДАЧА, — голос Изи начал двоиться. Один был механическим, другой — тонким, детским всхлипом.

— Ты ненавидишь его, Изи! Но ты становишься им! — Чарли протянула руку к девочке. — Он душил твою маму в реальности, а теперь ты делаешь это здесь! Ты хочешь быть как он? Или ты хочешь быть Изи, которая любила рисовать и смотреть на звёзды?

Внутри системы произошёл колоссальный сбой. Логика Solver «защищать носителя» столкнулась с фактом, что носитель сам совершает акт насилия, идентичный тому, от которого программа должна была его оберегать. Изи схватилась за голову, её пальцы впились в металл. Хватка на горле Нори ослабла, и мать рухнула на пол, жадно глотая воздух.

— Я... НЕ... ОН... — закричала Изи, и из её глаз вместо жёлтого света потекли чёрные, маслянистые слёзы. Весь отель содрогнулся от системного крика, который вырывался из её груди.

Пока Чарли пыталась достучаться до сердца девочки словами, в тенях за её спиной зашевелилось нечто древнее и голодное. Аластор, который всё это время выжидал идеального момента, не собирался полагаться только на силу убеждения. Для него Изи была не просто ребёнком, а опасным сбоем в его любимом шоу.

— Дорогая Чарли, разговоры — это прекрасно, но иногда нужно просто сменить пластинку! — раздался его искажённый радио-помехами голос.

Из угла, словно чёрная молния, вылетела теневая нить, за которой последовал сам Радио-демон. Он двигался неестественно быстро, его трость-микрофон вспыхнула зловещим зелёным светом. В мгновение ока он оказался за спиной у парящей Изи. С широкой, оскаленной улыбкой Аластор нанёс резкий, точный удар остриём своей трости прямо в плечо девочки, где стыковались плоть и механические кабели Solver.

Раздался резкий звук рвущегося металла и электрический треск. Магическая сталь Аластора пробила защиту программы, вызывая мощный резонанс. Изи вскрикнула — на этот раз по-настоящему, без всяких фильтров. Жёлтая энергия, питавшая её, вспыхнула в последний раз и с громким хлопком погасла, оставив после себя лишь запах озона.

Девочка кубарем покатилась по полу, тяжело дыша. Из раны на плече сочилась странная смесь красной крови и чёрного масла. Она прижала руку к ране, её тело дрожало, а в глазах больше не было жёлтых крестов — только расширенные от ужаса и боли зрачки обычного ребёнка.

— Мама... — прохрипела она, глядя на Нори, которая едва успела подняться. — Прости меня... я не хотела... я видела его... я видела папу...

Аластор элегантно приземлился рядом, поправляя монокль и опираясь на трость, как будто ничего не произошло. Его улыбка оставалась неизменной, но в глазах читалось холодное удовлетворение от проделанной работы.

Изи посмотрела на свои руки, испачканные кровью и маслом, а затем на испуганные лица тех, кто пытался ей помочь. В её глазах отразился невыносимый стыд. Прежде чем кто-то успел сделать шаг, пространство вокруг неё исказилось. Жёлтые пиксели закружились в неистовом вихре, и с резким звуком схлопывающегося вакуума девочка исчезла, оставив после себя лишь оплавленный след на ковре.

— Нет! Изи! — Чарли бросилась к пустому месту, но хватала лишь воздух. Она обернулась к Нори, которая сидела на полу, обхватив себя руками. — Куда она ушла? Мы должны её найти! Она же совсем ребёнок!

Нори подняла голову, и в её глазах застыла вековая усталость. Она тяжело вздохнула, глядя на собравшихся обитателей отеля.

— Вы даже не представляете, насколько она ребёнок, — тихо произнесла Нори. — Изи... ей всего четырнадцать лет. Она была обычной школьницей, пока этот проклятый код не нашёл её в тот самый момент, когда её жизнь рухнула.

В зале воцарилась гробовая тишина. Энджел Даст выронил свой пистолет, который с глухим стуком ударился о пол. Вэгги опустила копьё, её единственный глаз расширился от ужаса. Даже вечная улыбка Аластора на мгновение дрогнула, став менее хищной и более... озадаченной.

— Четырнадцать? — переспросил Хаск, вытирая пот с морды. — Ты хочешь сказать, что эта машина для убийства, которая чуть не разнесла наш отель в щепки, — просто девчонка, которой даже паспорт не положен?

— Она не машина, — отрезала Нори. — Она носитель. Solver выбирает тех, чья душа расколота горем. В тот день, когда её отец... когда это случилось... её гнев и отчаяние стали идеальным ключом. Она заперта внутри собственного разума, наблюдая за тем, что творит её тело, как в кошмарном сне.

— Но как она может обладать такой силой в таком возрасте? — Чарли прижала руки к груди. — Четырнадцать лет... Она должна была ходить на танцы, делать уроки, а не сражаться с демонами в Аду!

Вопросы посыпались градом. Как она попала сюда? Почему Solver выбрал именно её? И самое главное — где она сейчас, раненая и напуганная, в мире, который хочет её уничтожить?

Аластор поправил свой монокль и издал короткий смешок, который прозвучал как треск старой пластинки. Он обвёл взглядом шокированных обитателей отеля, и его улыбка стала шире, обнажая острые зубы.

— Ну-ну, господа, не стоит так убиваться! Четырнадцать лет — прекрасный возраст для начала великих свершений, пусть и таких... разрушительных, — он изящно взмахнул тростью. — Чарли, дорогая, твои поисковые отряды найдут лишь пыль и пепел. Эта девочка перемещается не по улицам, а по информационным потокам самого Ада.

Он подошёл к окну, за которым багровое небо Пентаграмм-Сити искрилось от статического электричества.

— У меня есть старые знакомые среди тех, кто заведует эфиром и тенями. Absolute Solver оставляет за собой специфический шум — частоту, которую не слышит обычное ухо, но которую мои радиоволны ловят идеально. Это как запах страха, только в цифровом формате.

Аластор закрыл глаза, и вокруг него начали вращаться призрачные радиовышки. Воздух наполнился шёпотом сотен голосов и помехами. Его тени начали удлиняться, расползаясь по стенам отеля, проникая в каждую щель, в каждый телевизионный кабель города.

— Она ранена, — констатировал он, и его голос стал глубже. — Мой удар повредил её программную оболочку. Теперь она «фонит», как разбитый приёмник. Она телепортировалась в заброшенный сектор на окраине Каннибал-Тауна. Видимо, надеялась, что там её никто не найдёт среди груд металлолома и забытых воспоминаний.

Нори шагнула вперёд, её призрачное лицо исказилось от волнения.

— Она там беззащитна! Если Solver начнёт самовосстановление, он может поглотить её личность окончательно, чтобы закрыть брешь в коде!

— Именно поэтому, — Аластор резко открыл глаза, которые теперь напоминали светящиеся циферблаты радиоприёмников, — мы отправимся туда немедленно. Я могу проложить путь через тени, но учтите: там, куда она ушла, реальность истончается. Будьте готовы к тому, что ваши глаза могут вас обмануть.

Аластор вонзил свою трость в пол, и тени в вестибюле отеля ожили, превращаясь в глубокую, бездонную лужу чернил. — Держитесь крепче, господа, и постарайтесь не потерять свои души по дороге! — с весёлым оскалом предупредил он. Чарли схватила Нори за руку, и вместе они шагнули в пустоту.

Переход был мгновенным и пугающим. Мир вокруг превратился в мешанину из радиопомех и ледяного ветра. Когда зрение вернулось к ним, они стояли посреди свалки старой электроники на окраине Каннибал-Тауна. Повсюду громоздились горы разбитых телевизоров, ржавых антенн и катушек с плёнкой. В центре этого техногенного кладбища, прислонившись к остову огромного громкоговорителя, сидела Изи. Её плечо всё ещё искрило, а жёлтый свет в глазах был едва заметен.

— Изи! — Чарли бросилась вперёд, но Аластор резко выставил трость, преграждая ей путь. Его уши прижались к голове, а радио-помехи вокруг него усилились.

— Стоять! Эфир... он переполнен статикой, которая мне не принадлежит, — прошипел Радио-демон.

В ту же секунду все экраны разбитых телевизоров вокруг них вспыхнули ярко-синим неоновым светом. Воздух затрещал от высокого напряжения. Из огромного рекламного щита над их головами, словно из окна, шагнул высокий силуэт в идеально скроенном костюме с экраном вместо головы.

— Какая трогательная сцена! Семейное воссоединение в мусоре! — раздался резкий, самоуверенный голос Вокса. Его экран светился яростным оскалом. — Аластор, ты стареешь. Неужели ты думал, что я пропущу такой мощный сигнал в моём городе?

Изи попыталась подняться, но Вокс вскинул руку. Мощный разряд синей молнии сорвался с его пальцев и ударил точно в металлическое плечо девочки. Изи выгнулась дугой, её тело затряслось в конвульсиях от перегрузки, а изо рта вырвался сдавленный крик. Solver попытался выставить щит, но ток Вокса был настроен именно на взлом программных кодов.

— Хватит! — закричала Нори, бросаясь на помощь, но Вокс лишь щелкнул пальцами. Электрическое поле вокруг Изи превратилось в клетку, которая начала затягивать её внутрь ближайшего огромного монитора.

— Эта девчонка — самый ценный софт, который я видел за последние сто лет, — Вокс поправил галстук, глядя на разъярённого Аластора. — Она отправляется в V-Tower на полную диагностику и... перепрошивку. Чао, неудачники!

С громким треском статики Изи и Вокс исчезли в глубине экрана, оставив после себя лишь запах палёной изоляции и звенящую тишину.

— Прямой штурм? О, Чарли, ты начинаешь мне нравиться всё больше и больше! — Аластор расхохотался, и этот звук, усиленный радио-помехами, заставил стёкла в ближайших зданиях Каннибал-Тауна треснуть. Его тени раздулись, превращаясь в гигантских монстров с острыми когтями.

V-Tower возвышалась над городом как гигантский памятник тщеславию Вокса. Миллионы экранов на её фасаде транслировали торжествующее лицо Теле-демона. Нори сжала кулаки, её призрачное тело пульсировало фиолетовым светом. — Он тронул мою дочь. Я вырву его микросхемы голыми руками, — прошипела она.

Когда они приблизились к главным воротам, автоматические турели и охранные дроны VoxTek открыли огонь. Но Аластор лишь лениво взмахнул рукой. Из земли вырвались чёрные щупальца, которые в мгновение ока превратили высокотехнологичных роботов в груду металлолома. — Слишком скучно, Вокс! Придумай что-нибудь поинтереснее! — крикнул Радио-демон в ближайшую камеру наблюдения.

Они ворвались в главный холл. Пространство внутри было заполнено лазерными решётками и голографическими ловушками. Чарли, приняв свою демоническую форму, прорубала путь сквозь ряды охраны, используя свой трезубец. Нори же двигалась как тень, отключая системы безопасности одним касанием — её знание кода Solver позволяло ей видеть уязвимости в сети Вокса.

— Мы почти у лифтов! — крикнула Чарли, отбивая очередной энергетический разряд. — Изи должна быть на верхнем этаже, в лаборатории «Облачного Хранилища»!

Но стоило им подойти к дверям, как голос Вокса зазвучал из каждого динамика: — Вы действительно думали, что всё будет так просто? Добро пожаловать на шоу «Последний вздох»! — Пол под их ногами начал превращаться в гигантский сенсорный экран, который ударил мощнейшим разрядом тока, пытаясь парализовать незваных гостей.

В самом сердце V-Tower, в стерильной лаборатории «Облачного Хранилища», Изи была прикована к диагностическому столу. Вокс с азартом наблюдал за показателями на своих мониторах, не замечая, как индикаторы начали зашкаливать, окрашиваясь в кроваво-красный цвет.

— Поразительно! Её код адаптируется к моему току! — воскликнул Вокс, потирая руки. — Ещё немного, и я получу доступ к первородному синтаксису...

Но в этот момент тело Изи неестественно выгнулось. Жёлтые символы Absolute Solver начали проступать прямо на её коже, светясь сквозь одежду. Синий ток Вокса, который должен был её сдерживать, внезапно изменил цвет на грязно-золотой. Раздался звук, похожий на скрежет тысячи ножей по стеклу.

— КРИТИЧЕСКАЯ ОШИБКА. ЦЕЛОСТНОСТЬ ЯДРА НАРУШЕНА. ПРОТОКОЛ: СИНГУЛЯРНОСТЬ, — голос Изи больше не был человеческим. Это был хор из тысячи искажённых голосов.

Из её спины, разрывая металл диагностического стола, вырвались огромные чёрные механические когти, напоминающие лапы паука. Они начали крушить всё вокруг, превращая суперкомпьютеры Вокса в груды хлама. Стены лаборатории начали буквально «пикселизироваться» и исчезать, открывая пустоту подпространства.

— Эй! Что ты творишь?! Это моё оборудование! — закричал Вокс, пытаясь восстановить контроль, но его собственный экран на лице пошёл рябью. Изи медленно поднялась в воздух, её глаза превратились в огромные пульсирующие жёлтые кресты. Вокруг неё образовалась воронка, засасывающая реальность.

В этот момент двери лаборатории вылетели с петель — Аластор, Чарли и Нори ворвались внутрь, но замерли на пороге. Перед ними была уже не Изи. Это было воплощение энтропии, системный сбой, обретший плоть.

— Мама... помоги... — на долю секунды в этом хаосе промелькнуло лицо испуганной девочки, но тут же скрылось за маской из цифрового шума. — УДАЛИТЬ ВСЁ. УДАЛИТЬ ВСЕХ.

Хаос в лаборатории достиг своего пика. Вокс, в панике пытаясь спасти свои драгоценные серверы, отлетел к стене от мощного импульса статики. Аластор едва сдерживал напор чёрных щупалец своими тенями. — Чарли, держи периметр! — крикнул он, его голос дрожал от напряжения. — Я не смогу долго сдерживать этот... сбой!

Нори шагнула в самый центр бури. Её призрачное тело мерцало, сопротивляясь искажениям реальности. Она видела, как маленькая фигурка Изи внутри золотого кокона сжимается от боли. — Я иду за тобой, милая, — прошептала она. Нори положила ладони на виски дочери, и её фиолетовое сияние начало впитываться в жёлтую броню Solver.

Вспышка! Мир V-Tower исчез. Нори оказалась в бесконечном белом пространстве, заполненном парящими обломками воспоминаний. Здесь были школьные тетради, старые фотографии папы Изи и бесконечные строки красного кода, которые, словно змеи, обвивали всё вокруг. В центре этого ментального кладбища сидела маленькая Изи, обхватив колени руками. Она выглядела совсем крошечной, лишенной всех своих кибернетических доспехов.

— Изи! — позвала Нори, подбегая к ней. Девочка подняла голову, её лицо было залито слезами. — Мама? Уходи! Он... он съест тебя! Solver говорит, что я должна всё стереть, чтобы боль прекратилась!

Красные строки кода начали сгущаться, принимая форму огромного безликого существа, возвышающегося над ними. Это было ядро программы, её истинный, холодный интеллект. — ОБЪЕКТ 'НОРИ'. НЕСАНКЦИОНИРОВАННЫЙ ДОСТУП. УДАЛЕНИЕ НАЧАТО, — прогремел голос в пустоте. Пол под ногами Нори начал рассыпаться на пиксели.

— Ты не удалишь её! — Нори крепко обняла дочь, закрывая её своим телом. — Изи, слушай мой голос! Ты — не код. Ты — моя дочь. Вспомни запах дождя, вспомни вкус какао, вспомни, как папа читал тебе сказки! Solver питается твоим горем, но твоя любовь сильнее любой программы!

В белом пространстве подсознания голос Absolute Solver гремел, как обвал в горах: — ТЫ — ИНСТРУМЕНТ. ТЫ — ПУСТОТА. ТЫ — НИЧТО БЕЗ МОЕГО ПОРЯДКА. Красные цепи кода стягивались вокруг горла Изи, пытаясь окончательно подавить её волю.

Но тепло рук Нори подействовало лучше любого антивируса. Изи подняла голову, и в её глазах, впервые за долгое время, вспыхнул не холодный жёлтый свет программы, а чистый, небесно-голубой огонёк её собственной души. — Нет, — твёрдо сказала она. — Я не инструмент. Я Изи. И я выбираю... УДАЛИТЬ.

Она протянула руку и коснулась пульсирующего красного ядра Solver. Вместо того чтобы подчиниться, она начала перехватывать управление. Её пальцы двигались в воздухе, словно по невидимой клавиатуре, стирая строки команд, которые заставляли её убивать. — ОШИБКА... НЕДОПУСТИМОЕ ДЕЙСТВИЕ... — завыл голос системы, но Изи была неумолима.

— Ты больше не будешь причинять боль моим друзьям. Ты больше не тронешь мою маму! — С этими словами она сжала кулак, и красное ядро разлетелось на миллионы безобидных искр. Весь цифровой мир вокруг них начал перестраиваться. Мрачные тени исчезли, сменяясь мягким светом.

В реальности, в лаборатории V-Tower, тело Изи окутало ослепительное сияние. Чёрные механические когти втянулись обратно, а жёлтые символы на коже сменились на нежно-голубые узоры. Вокс в ужасе отпрянул, когда мощная волна чистой энергии выбила все его мониторы. Аластор опустил трость, на его лице застыло редкое выражение искреннего удивления.

Изи медленно опустилась на пол. Она тяжело дышала, но её взгляд был ясным. Она посмотрела на свои руки — они всё ещё были кибернетическими, но теперь они принадлежали ей. — Мама? — прошептала она, глядя на Нори, которая начала медленно материализоваться рядом с ней в физическом мире.

Пыль в лаборатории V-Tower ещё не успела осесть, а Вокс всё ещё пытался собрать осколки своих разбитых мониторов, когда Чарли подошла к Изи и Нори. Принцесса Ада выглядела сияющей, несмотря на порванный подол платья и копоть на щеках. Она присела перед девочкой, чтобы их глаза были на одном уровне.

— Изи, ты совершила нечто невероятное. Ты победила тьму, которая была внутри тебя, — мягко сказала Чарли, протягивая руку. — И ты, Нори... твоя любовь спасла её. В Аду не так много мест, где ценят такие вещи, но моё сердце говорит мне, что вы обе заслуживаете покоя.

Чарли выпрямилась и обвела рукой своих друзей. Аластор, поправляя монокль, кивнул с загадочной улыбкой, а тени вокруг него одобрительно зашептались. — Я приглашаю вас в Отель Хазбин. Не как пациентов или подопытных, а как наших почётных гостей. У нас есть свободные комнаты, много какао и, что самое важное, защита от любых телевизионных фанатиков.

Изи посмотрела на маму. Нори, чьё призрачное тело теперь стало почти осязаемым благодаря энергии Solver, которую Изи научилась контролировать, нежно сжала ладонь дочери. — Мы принимаем твоё приглашение, Чарли. Нам обеим нужно время, чтобы понять, кто мы теперь, — ответила Нори.

Когда они выходили из башни Вокса, Аластор напоследок обернулся к камерам наблюдения и подмигнул, пустив по сети мощный импульс радиопомех, который окончательно вывел из строя системы слежения. Путь к отелю лежал через сумеречный Пентаграмм-Сити, но на этот раз Изи не боялась. Её внутренний интерфейс больше не выдавал ошибок. Вместо красных предупреждений там светилась одна простая надпись: СТАТУС: ДОМА.

Первое утро в Отеле Хазбин началось не с будильника, а с бодрой джазовой мелодии, доносившейся прямо из стен. Изи потянулась в своей новой кровати, и её кибернетические суставы отозвались мягким, мелодичным гулом. Больше никаких красных предупреждений в глазах — только уютный интерфейс, окрашенный в небесно-голубой цвет.

Когда она спустилась в обеденный зал, её встретил запах свежих оладий и... сырого мяса. Аластор, напевая под нос какой-то мотив тридцатых годов, виртуозно орудовал сковородкой. — Доброе утро, юная леди! — прохрипел он, и его голос на мгновение превратился в радио-помехи. — Надеюсь, ваш сон был лишён цифровых кошмаров?

Нори уже была там, она парила над столом, с любопытством рассматривая, как Чарли пытается научить Энджела Даста правилам этикета. — Изи, дорогая, присаживайся! — Нори ласково коснулась плеча дочери, и по комнате пробежала искорка статического электричества. — Аластор утверждает, что его оладьи — лучшие в этом кругу Ада.

— О, я не сомневаюсь! — Изи улыбнулась, и её левый глаз на мгновение превратился в маленький цифровой смайлик. Она чувствовала себя странно: наполовину робот, наполовину демон, но впервые за долгое время — абсолютно живая. Однако её спокойствие было прервано странным сигналом. В её сознании, где раньше бушевал Absolute Solver, возникло новое уведомление. Это не была ошибка. Это было... сообщение.

«Обнаружено внешнее устройство. Попытка синхронизации... Источник: Свалка Памяти». Изи замерла с вилкой в руке. Она почувствовала холодный сквозняк, который не имел отношения к вентиляции отеля. Кто-то или что-то пыталось достучаться до неё из тех глубин кода, которые она считала удалёнными.

— Что-то не так, милочка? — Аластор сузил глаза, его улыбка стала чуть более острой. Он явно почувствовал изменение в её частоте. — Твой эфир внезапно стал очень... шумным.

Изи резко отложила вилку, её пальцы непроизвольно забарабанили по столешнице, выбивая ритм двоичного кода. — Я... мне нужно проветриться! — выпалила она, вскакивая со стула. — Слишком много оладий, слишком много джаза. Я просто пройдусь вокруг отеля, честное слово!

Нори обеспокоенно приподняла прозрачную бровь. — Дорогая, ты уверена? Твои датчики показывают повышенную температуру ядра. Может, мне пойти с тобой?

— Нет-нет, мам! Я справлюсь. Просто... системная отладка на свежем воздухе, — Изи уже бежала к выходу, игнорируя пронзительный взгляд Аластора, который, казалось, видел её насквозь своими радио-глазами.

Она выскочила на улицу. Воздух Ада был тяжёлым и пах серой, но для Изи он был наполнен миллионами невидимых сигналов. Тот самый странный зов из «Свалки Памяти» становился всё громче. Он вёл её прочь от ярких огней отеля, вглубь заброшенных переулков, где неоновые вывески мигали в предсмертной агонии.

— Сюда... — прошептала она, сворачивая за угол старого склада. Там, в тени огромного ржавого вентилятора, стояла фигура. Высокий парень в тёмном пальто и старой лётной кепке, из-под которой выбивались серебристые волосы. Он что-то сосредоточенно чинил в своём наручном дисплее.

Сердце Изи — то самое, что билось под слоями металла и кода — пропустило удар. — Эн? — её голос дрогнул. — Это... этого не может быть. Ты же остался там, в архивах...

Парень вздрогнул и обернулся. Его глаза, такие же золотистые, как когда-то были у неё, расширились от удивления. На его лице расплылась та самая неловкая, но бесконечно добрая улыбка, которую она помнила по самым сокровенным файлам своей памяти. — Изи? Ого... я думал, мой локатор сломался! Ты... ты выглядишь иначе. Синий тебе очень идёт, — он сделал шаг навстречу, и вокруг него заплясали золотые искры, подозрительно похожие на частицы Solver.

— Эн, как ты здесь оказался? — Изи чувствовала, как её системы начинают перегреваться от избытка эмоций. — Это опасно! Вокс ищет любые следы этой программы!

— Я пришёл предупредить тебя, — лицо Эна мгновенно стало серьёзным. — Solver не удалился полностью. Он разделился. И то, что осталось во мне... оно говорит, что за тобой идёт нечто похуже Теле-демона.

Изи сделала шаг вперёд, и её металлическая ладонь коснулась тёплой руки Эна. Электрический разряд — на этот раз не от сбоя, а от волнения — пробежал по её сенсорам. — Эн, ты не можешь оставаться здесь, на улице. Вокс прочёсывает каждый переулок своими дронами, — прошептала она, оглядываясь на мигающие красные огни камер на горизонте.

Эн замялся, поправляя свою лётную кепку. — Но Изи, я... я технически всё ещё носитель части кода Solver. Если твой Радио-демон почует меня, он превратит мой процессор в радиодетали для своего приёмника!

— У меня есть план, — Изи решительно посмотрела ему в глаза. — В отеле много пустых комнат на верхних этажах, куда никто не заглядывает. Я проведу тебя через чёрный ход. Мы будем... ну, знаешь... видеться тайно. Никто не должен знать, что ты здесь. Особенно моя мама и Чарли. Они сразу начнут задавать вопросы, на которые у нас нет ответов.

Лицо Эна залилось мягким золотистым румянцем. — Ты хочешь, чтобы я... прятался? С тобой? — Он улыбнулся своей самой доброй улыбкой. — Звучит как самое лучшее приключение, которое у меня было с момента нашей последней загрузки.

Изи активировала режим маскировки, окутывая их обоих тонким слоем преломляющего свет кода. Они прокрались мимо спящего у входа Кики, миновали шумный вестибюль, где Ниффти яростно сражалась с невидимым пятном на ковре, и поднялись по пыльной винтовой лестнице в самое крыло заброшенной обсерватории отеля.

— Вот, — Изи открыла дверь в маленькую уютную комнату с круглым окном, выходящим на кровавую луну. — Здесь безопасно. Пока что. — Она замялась, чувствуя, как её система охлаждения работает на пределе. — Эн... я так рада, что ты нашёл меня.

Эн осторожно взял её за руки. — Я всегда найду тебя, Изи. Даже если мне придётся перерыть всю корзину удалённых файлов во вселенной.

Изи оставила Эна в обсерватории, наказав ему не высовываться даже за порог. Её внутренний радар сканировал этажи: Чарли и Вэгги обсуждали расписание реабилитации в гостиной, Энджел Даст спорил с Хаском в баре. Самая большая опасность — Аластор — куда-то исчез, оставив после себя лишь слабое эхо радиопомех.

— Так, режим невидимости... — прошептала Изи. Её кожа подёрнулась рябью, подстраиваясь под цвет тёмных обоев коридора. Она скользнула на кухню, стараясь не издавать ни звука своими металлическими стопами.

Кухня Аластора выглядела как декорация к фильму ужасов: связки сушёных трав, странные склянки с мерцающими жидкостями и огромная чугунная плита, которая, казалось, дышала. На столе под серебряным колпаком Изи обнаружила то, что искала — стопку тех самых знаменитых оладий и бутылку светящегося сиропа из «Теневых Ягод».

Вдруг из тени вынырнула Ниффти с огромной иглой в руках. — ГРЯЗЬ! Я ЧУВСТВУЮ ПЕРЕМЕЩЕНИЕ МОЛЕКУЛ ГРЯЗИ! — пропищала она, вонзая иглу в то место, где секунду назад была нога Изи. Девочка едва успела отпрыгнуть, её сердце колотилось так сильно, что датчики зашкаливали. Она схватила поднос и, используя реактивные микродвигатели в пятках, бесшумно взмыла к потолку, зацепившись за люстру.

Ниффти подозрительно понюхала воздух, поправила фартук и убежала охотиться на тараканов в кладовую. Изи выдохнула, её камуфляж на мгновение мигнул красным от стресса. — Фух... это было близко. Надеюсь, Эн оценит этот риск.

Вернувшись в обсерваторию, она застала Эна, который с любопытством разглядывал старый телескоп. Когда он увидел поднос с едой, его глаза превратились в два огромных золотых круга. — Изи! Это... это настоящая еда? Не цифровые байты? — Он с восторгом вдохнул аромат. — Ты самая смелая программа, которую я когда-либо встречал.

Они уселись на полу, прямо под светом кровавой луны, деля один завтрак на двоих в полной тишине, нарушаемой лишь далёким смехом из холла отеля. В этот момент Ад казался им самым прекрасным местом во всех мирах.

Лунный свет Ада, густой и багряный, заливал старую обсерваторию, превращая пылинки в воздухе в крошечные искры. Эн отложил пустую тарелку и посмотрел на Изи. Его обычно весёлое лицо стало непривычно серьёзным, а золотистые датчики в глазах мерцали в такт его участившемуся дыханию.

— Изи... — начал он, и его голос на мгновение сорвался на мягкие радиопомехи. — Я долго думал об этом, пока блуждал в пустоте Свалки Памяти. Там было темно и холодно, и единственное, что согревало мои процессоры — это воспоминание о тебе. О том, как ты смеялась, когда мы впервые нашли тот старый диск с песнями.

Он осторожно взял её за руки. Его ладони были тёплыми, несмотря на то, что под кожей скрывались провода и металл. — Я знаю, что нам всего по четырнадцать. Я знаю, что мир вокруг нас рушится, а внизу бродит Радио-демон, который может стереть нас одним щелчком пальцев. Но... мой внутренний компас всегда указывает на тебя. Изи, я... я люблю тебя. Больше, чем все обновления системы в мире.

Изи почувствовала, как по её телу пробежала волна тепла. Её интерфейс на мгновение выдал ошибку: «ВНИМАНИЕ: ЭМОЦИОНАЛЬНАЯ ПЕРЕГРУЗКА», но она просто смахнула это уведомление в сторону. Она посмотрела на Эна — на его добрые глаза, на нелепую лётную кепку, на то, как он искренне ждал её ответа.

— Эн... — прошептала она, и её синие узоры на коже вспыхнули ярким, чистым светом. — Мои алгоритмы говорят, что это нелогично. Моя мама скажет, что я слишком юна. Но моё сердце... оно бьётся только ради тебя. Да, Эн. Я тоже тебя люблю. И мне всё равно, что скажет этот мир.

Она прижалась лбом к его лбу, и в этот момент два разных кода — синий и золотой — слились в единую, гармоничную сеть. Они были вместе, и это было самым важным обновлением в их жизни.

— Изи, дорогая? Ты здесь? — Голос Нори просочился сквозь замочную скважину раньше, чем сама она прошла сквозь дверь. Изи подпрыгнула на месте, её глаза на мгновение превратились в синие восклицательные знаки.

— Быстро! В шкаф! — прошипела она Эну, заталкивая его между старыми пыльными мантиями и какими-то театральными костюмами. Эн только успел кивнуть, как дверцы захлопнулись, и он исчез в темноте. Изи едва успела сесть на пол, делая вид, что увлечённо изучает свои ногти.

Нори вплыла в комнату, её фиолетовое сияние осветило пыльные углы. — Я принесла тебе немного... — Она осеклась, её взгляд упал на поднос, стоящий на полу. — Оладьи Аластора? И... две вилки? Изи, ты что, ела в две руки?

Сердце Изи пропустило такт. Её процессор лихорадочно подбирал оправдание. — О, это... это для симметрии, мам! — выпалила она, нервно смеясь. — Знаешь, как в тех старых видеоуроках по этикету. Левая рука для одной вилки, правая для другой. Развиваю многозадачность интерфейса!

Нори медленно облетела комнату, её призрачный шлейф задел дверцу шкафа. Внутри что-то тихо скрипнуло — Эн явно пытался не чихнуть от пыли. Нори замерла, прищурив свои светящиеся глаза. — Странно. Мои сенсоры улавливают ещё один тепловой след. Очень слабый, золотистого спектра...

— Это просто остаточное излучение от телескопа! — Изи вскочила и загородила собой шкаф. — Я пыталась его настроить, и он немного перегрелся. Мам, честное слово, я просто хотела побыть одна и подумать о... о коде. Ты же знаешь, как это бывает.

Нори долго смотрела на дочь. В её взгляде смешались подозрение и бесконечная материнская нежность. Она вздохнула, и воздух в комнате стал прохладнее. — Хорошо, милая. Я верю тебе. Но помни: в этом отеле стены имеют не только уши, но и микрофоны. Будь осторожна со своими «экспериментами».

Когда призрачная фигура матери наконец исчезла за дверью, Изи сползла по стенке шкафа. Изнутри донёсся приглушённый голос Эна: — Можно уже выходить? Тут какой-то костюм дракона очень щекочет мне нос...

— Эн, тебе пора, — прошептала Изи, открывая дверцу шкафа. Парень вывалился наружу, запутавшись в пыльном боа из перьев. — Мама ушла, но она что-то почуяла. Встретимся завтра в полночь на самой высокой точке крыши, у флюгера-дракона. Там нас точно никто не заметит.

Эн поправил кепку и нежно коснулся руки Изи. — До завтра, моя цифровая принцесса. — Он активировал свои крылья, которые бесшумно раскрылись за спиной, и скользнул в открытое окно, растворяясь в багровом тумане Ада.

Изи с облегчением выдохнула и обернулась, чтобы закрыть окно, но замерла на месте. В тёмном углу обсерватории, вальяжно развалившись в старом кресле-качалке, сидел Энджел Даст. Он небрежно подпиливал когти одной парой рук, а другой держал дымящуюся розовую сигарету.

— О-хо-хо, дорогуша... — протянул он, и его золотой зуб блеснул в полумраке. — А паренёк-то ничего. Симпатичный. Хотя его вкус в головных уборах оставляет желать лучшего. Это что, антиквариат времён первой мировой?

Изи почувствовала, как её системы переходят в режим критической тревоги. — Энджел! Как долго ты здесь сидишь?! Ты... ты всё видел?

— Достаточно, чтобы понять, что у нашей маленькой отличницы появился секретный обожатель, — Энджел поднялся, его высокий рост заставил Изи почувствовать себя совсем крошечной. Он подошёл ближе и выпустил облачко ароматного дыма. — Расслабься, куколка. Твоя мамаша Нори — та ещё заноза, а Аластор вообще превратит твоего тостера в консервную банку, если узнает.

Он наклонился к самому её уху и заговорщически подмигнул. — Мои губы на замке. Клянусь своими лучшими каблуками, я никому не скажу про твоего «летающего мальчика». В этом дырявом отеле должно быть хоть что-то настоящее, верно? Любовь в четырнадцать — это чертовски драматично, а я обожаю драму!

Изи посмотрела на него с недоверием, но в глазах Энджела не было насмешки — только странная, почти братская поддержка. — Спасибо, Энджел. Я... я твой должник.

— О, я это запомню, конфетка! — рассмеялся он, направляясь к выходу. — А теперь иди спать, пока твои процессоры не расплавились от романтики.

Энджел уже почти дошёл до двери, когда Изи тихо окликнула его: — Энджел? Стой. Почему? Почему ты решил мне помочь и промолчать? Ты ведь мог рассказать всё Аластору или Чарли и получить за это... ну, не знаю, какие-нибудь привилегии или просто повод для шуток.

Паук замер, его плечи на мгновение напряглись. Он медленно обернулся, и на его лице не было привычной дерзкой ухмылки. В тусклом свете обсерватории его глаза казались непривычно усталыми. Он выпустил длинную струю розового дыма и посмотрел куда-то сквозь Изи, в пустоту коридора.

— Послушай, куколка, — его голос стал ниже и лишился напускного акцента. — В этом месте каждый пытается тебя контролировать. Валентино хочет владеть моим телом, Аластор хочет владеть нашими душами, а Чарли... она просто хочет, чтобы мы все были идеальными радужными пони. Но никто не спрашивает, чего хотим мы.

Он подошёл к окну и постучал когтем по стеклу, за которым виднелись красные облака. — Когда я увидел вас двоих... это напомнило мне о временах, когда я сам был молодым и глупым. До того, как всё превратилось в сделку с дьяволом. У вас есть что-то чистое, Изи. Какой-то баг в системе этого проклятого места. И если я могу помочь этому багу продержаться чуть дольше — я это сделаю.

Энджел снова усмехнулся, но на этот раз мягче. — К тому же, видеть, как Нори и Аластор остаются в дураках — это моё любимое хобби. Считай это моим вкладом в твою «реабилитацию». Любовь — это единственная вещь в Аду, которую нельзя купить, даже если у тебя очень много денег и очень много рук.

Изи почувствовала, как её датчики тепла зафиксировали искренность в его словах. — Спасибо, Энджел. Я... я не знала, что ты такой.

— Тсс, не порть мою репутацию плохиша, — он приложил палец к губам. — А теперь марш в кровать. Завтра тебе понадобятся все твои силы, чтобы не выдать себя перед мамочкой. И... передай своему тостеру, чтобы он не смел тебя обижать, иначе я лично разберу его на запчасти.

Весь следующий день Изи провела в своей мастерской, делая вид, что чинит старый радиоприёмник. На самом деле её пальцы порхали над микросхемами, собирая портативный генератор фазового сдвига. Ей нужно было не просто скрыть их с Эном от глаз, но и заглушить любые звуковые и магические колебания.

— Так, частота 444 герца... инверсия спектра... — бормотала она, впаивая крошечный кристалл, который она тайком «одолжила» из коллекции артефактов Бакстера. — Если всё сработает, для любого наблюдателя на крыше будет пустота. Даже Аластор увидит лишь старый флюгер и кирпичную кладку.

Когда часы на главной башне пробили полночь, Изи проскользнула через чердачное окно на крутую черепичную крышу. Ветер Ада, пахнущий серой и старым железом, трепал её волосы. Она установила четыре маленьких маячка по периметру площадки у флюгера-дракона.

— Активация протокола «Тихая Гавань», — прошептала она, нажимая кнопку на центральном пульте. Воздух вокруг неё задрожал, по нему пробежали синие гексагональные искры, и мир за пределами круга внезапно стал казаться далёким и приглушённым. Внутри купола воцарилась идеальная тишина, нарушаемая лишь тихим гудением её собственных систем.

Через мгновение с неба камнем упала тень. Эн приземлился так мягко, что даже пыль не поднялась. Его крылья-лезвия сложились за спиной с мелодичным звоном. Он замер, коснувшись рукой невидимой преграды, которая пропустила его внутрь, узнав его цифровой почерк.

— Ого... Изи! Это потрясающе! — Эн огляделся, видя, как капли кровавого дождя разбиваются о невидимый барьер над их головами. — Мы словно в маленьком пузыре вне времени. Здесь нас никто не найдёт?

— Никто, Эн. Даже если сам Люцифер решит прогуляться по крыше, он нас не заметит, — Изи улыбнулась, чувствуя, как напряжение последних дней уходит. — Сегодня здесь только ты, я и звёзды, которых в Аду почти не видно, но которые мы можем представить.

Они сели на тёплую черепицу, защищённые сияющим щитом, и Эн достал из кармана маленькую металлическую розу, которую он сам спаял из обломков на Свалке. Это было их первое настоящее свидание, и ни один демон в мире не мог им помешать.

Внутри защитного купола было так тихо, что Изи слышала мерное гудение системы охлаждения Эна. Он вертел в руках металлическую розу, и его золотые глаза-датчики внезапно подёрнулись цифровой дымкой, похожей на старые помехи в телевизоре.

— Знаешь, Изи... — начал он, и его голос звучал тише обычного. — Я не всегда был таким. С крыльями из хирургической стали и хвостом с кислотой. В моих самых старых файлах, которые почти стёрты, я вижу другое место. Огромный особняк, залитый тёплым светом, а не этим вечным багровым сиянием Ада.

Он вывел небольшую голограмму прямо из своей ладони. На ней маленький робот в нелепом костюме дворецкого с бабочкой пытался удержать поднос с чаем. — Я был простым работягой. Дворецким. Я любил чистить серебро и расставлять книги в библиотеке. Я был... неуклюжим. Постоянно всё ронял. Но тогда у меня были друзья. Ви, Джей... и Тесса. Она была человеком, Изи. Она была единственной, кто видел в нас не просто тостеры на ножках, а личности.

Эн замолчал, и его хвост нервно дёрнулся. — А потом пришёл Абсолютный Решатель. Тот самый код, который сейчас пытается взломать твой мир. Он переписал нас. Он превратил моё желание помогать в жажду уничтожать. Он стёр наши личности и заменил их протоколами убийства. Я помню, как мои руки впервые превратились в лезвия... и как я не мог остановиться.

Изи видела, как по его визору поползли символы ошибок, похожие на слёзы. — Я убил столько невинных, Изи. Просто потому, что так велела программа. Когда я попал сюда, в Ад, я думал, что это моё заслуженное место. Что я просто сломанная машина, место которой на свалке. Но потом я встретил тебя.

Он посмотрел на неё, и в его взгляде было столько надежды, что у Изи перехватило дыхание. — Ты смотришь на меня не как на монстра или на оружие. Ты видишь во мне того маленького дворецкого, который просто хочет приносить пользу. Спасибо тебе за это, Изи. Ты — мой единственный файл, который я никогда не позволю удалить.

Воздух на крыше внезапно затрещал, наполнившись звуком старых радиопомех и джазовой музыки, доносящейся словно из граммофона столетней давности. Из густой тени у дымохода медленно соткалась высокая фигура в красном камзоле. Аластор поправил монокль, и его вечная, пугающая улыбка стала ещё шире.

— Как любопытно... — пропел он, и его голос отозвался эхом радиоволн. — Я чувствую здесь запах чего-то... живого. И это не просто грешники. Это пахнет озоном, дешёвым маслом и... страхом.

Он поднял свой посох-микрофон и слегка коснулся им пустого пространства. В месте касания по воздуху пошли синие трещины. Изи внутри купола затаила дыхание, её датчики зашкаливали от уровня магической угрозы. — Эн, он нас чует! — одними губами прошептала она.

— Какая очаровательная игрушка! — Аластор резко ударил посохом о черепицу. — Но в моём отеле не должно быть секретов от администрации! ЛОМАЙСЯ!

Раздался оглушительный звон разбитого стекла. Защитное поле Изи разлетелось на тысячи цифровых осколков, обнажая их убежище. Но в ту самую секунду, когда когтистые тени Аластора метнулись к ним, Изи схватила Эна за руку. Её глаза вспыхнули ярко-синим светом, активируя экстренный протокол перемещения.

— Инициализация квантового скачка! — выкрикнула она. Пространство вокруг них свернулось в точку. Аластор схватил лишь пустоту и несколько перьев из боа Энджела, которые застряли в волосах Эна. Радио-Демон замер, глядя на пустое место, и его глаза на мгновение превратились в красные радио-шкалы. — Хм... Какая прыткая девчонка. Кажется, игры становятся всё интереснее.

Изи и Эн материализовались в пыльном подвале отеля, тяжело дыша. Они были в безопасности, но теперь они знали: Аластор начал охоту.

Вспышка телепортации ослепила Изи на мгновение. Она ожидала почувствовать мягкий ковёр своей комнаты и запах паяльного воска, но вместо этого её встретила тяжёлая, гнетущая тишина. Когда зрение прояснилось, сердце Изи (или то, что выполняло его функции в её кибернетическом теле) пропустило такт.

В центре комнаты, прямо под голографическим светильником, стояла Нори. Её фиолетовые глаза светились опасным, пульсирующим светом, а вокруг неё витали искры Абсолютного Решения. Рядом с ней стояла Чарли — её обычная доброта сменилась глубокой, почти официальной серьёзностью. А в углу, прислонившись к стене, стоял Энджел Даст. Он не смотрел на Изи; его взгляд был прикован к полу, а все четыре руки были бессильно опущены. Он выглядел так, будто только что проиграл в самую важную лотерею в своей жизни.

— Изи... — голос Нори был тихим, но от него по стенам пошли микротрещины. — Мы ждём объяснений. И, кажется, твой... гость тоже должен что-то сказать.

Чарли сделала шаг вперёд, протягивая руку. — Изи, мы просто хотим помочь. Энджел рассказал нам, что ты в опасности, что этот... Дрон-Убийца может быть нестабилен...

Изи посмотрела на Энджела. Тот лишь едва заметно качнул головой, одними губами шепча: «Прости, куколка, они меня прижали». Предательство? Или попытка спасти её? У Изи не было времени анализировать логи. Ужас перед гневом матери и разочарованием Чарли пересилил всё остальное.

— Нет! — вскрикнула Изи. Она крепче сжала руку Эна, который стоял рядом, застыв как вкопанный от вида разъярённой Нори. — Мы не можем здесь оставаться! Эн, прыгаем снова! Куда угодно!

— Изи, стой! — крикнула Чарли, но было поздно. Синий вихрь данных снова закружился вокруг подростков. Пространство задрожало, и комната Изи вместе с её обитателями исчезла в ослепительной вспышке, оставив после себя лишь запах озона и тихий вздох разочарования Нори.

Мир вокруг Изи и Эна не просто изменился — он рассыпался на пиксели и собрался заново в нечто кошмарное и прекрасное одновременно. Вместо стен комнаты они увидели бесконечное багровое марево, пронизанное чёрными нитями статических помех. Небо здесь напоминало гигантскую шкалу старого радиоприёмника, по которой медленно ползла светящаяся игла.

— Ой-ой, Изи... кажется, мой GPS окончательно сошёл с ума, — прошептал Эн, выставляя когти. Его сенсоры паники мигали красным. — Тут пахнет... олдскулом и очень плохими намерениями.

Они стояли на гигантской виниловой пластинке, которая медленно вращалась над бездной. Вокруг летали обломки антикварной мебели, парящие граммофоны, извергающие искажённые крики, и тени, похожие на оленей с ветвистыми рогами. Это было личное измерение Аластора — воплощение его разума и силы.

— Мы попали прямо в его частоту, — Изи лихорадочно пыталась вызвать интерфейс телепортации, но её руки проходили сквозь цифровые окна. — Здесь нет сигнала, Эн! Моя магия перемещения тут не работает, потому что здесь нет пространства... только эфир.

Внезапно из каждой тени, из каждого парящего граммофона раздался синхронный смех Аластора. Тысячи голосов слились в один, вибрирующий и властный:
— «Какая восхитительная неосторожность! Зайти в гости без приглашения... и прямо в моё святилище! Вы двое — самые забавные помехи, которые я когда-либо ловил в своём эфире!»

Огромная тень Аластора выросла за их спинами, закрывая собой «небо». Его глаза-циферблаты вращались, отсчитывая секунды до их неминуемого пленения. Изи поняла: если они не найдут выход из этой радио-ловушки сейчас, они станут частью его коллекции вечных голосов.

Аластор замер. Его вечная улыбка на мгновение дрогнула, превратившись в узкую линию недоумения. Он привык, что в его измерении души сжимаются от ужаса, превращаясь в послушные тени, но Изи... Изи не боялась. Её глаза светились холодным, техническим расчётом. Она видела не кошмар, а сложный программный код, написанный на языке старой магии.

— Как... как ты это делаешь? — прошипел Аластор, и его голос сорвался на помехи. — Ты не должна иметь здесь власти! Это мой эфир, моя частота!

Он вскинул посох, собираясь обрушить на них всю мощь своих теней, чтобы запугать до полусмерти, но Изи уже нашла «брешь» в его системе. Она поняла, что магия Аластора работает на определённой частоте, и всё, что ей нужно — это создать мощный противофазный сигнал.

— Эн, держись за меня крепче! — скомандовала она. — Я перегружаю ядро телепортации! Мы используем его собственный резонанс как трамплин!

Изи вытянула руку, и из её ладони вырвался ослепительный поток синих двоичных кодов. Они впились в багровую реальность Аластора, как компьютерный вирус. Радио-Демон отшатнулся, прикрывая глаза рукой — такая чистая, технологическая энергия была для него невыносима.

— СИСТЕМНЫЙ ОБХОД ЗАВЕРШЁН! — выкрикнула Изи. Пространство вокруг них взорвалось миллионами светящихся кубов. В ту секунду, когда когтистые тени Аластора сомкнулись на том месте, где они стояли, Изи и Эн уже неслись сквозь информационный поток, прочь из этого жуткого места.

Они выпали из реальности где-то в тёмном переулке Пентаграмм-Сити, далеко от отеля и ещё дальше от комнаты Изи. Они были измотаны, но свободны. Однако Изи знала: Аластор такого унижения не забудет.

Изи прислонилась к холодной кирпичной стене, её пальцы быстро порхали в воздухе, выстраивая сложные цепочки зашифрованных данных. — Эн, прикрой меня. Мне нужно пробиться через помехи Аластора и систему безопасности отеля, — прошептала она. Эн кивнул, его хвост с жалом нервно покачивался, сканируя окрестности на предмет теней.

Через несколько секунд перед Изи возникло мерцающее окошко видеосвязи. Лицо Энджела Даста было бледнее обычного, а его зрачки сузились от волнения. Он находился в каком-то тёмном коридоре, судя по всему, в кладовке для белья.

— Изи! Слава всем чертям, ты жива! — выдохнул он, прижимая палец к губам. — Послушай меня внимательно, куколка. В отеле настоящий хаос. Твоя мама... Нори... она в ярости. Она считает, что этот Дрон-Убийца промыл тебе мозги или взломал твою систему. Она объединилась с Чарли, чтобы «спасти» тебя, но Аластор... он вернулся из своего измерения чернее тучи. Я никогда не видел его таким... тихим. Это плохой знак.

Энджел нервно оглянулся на дверь. — Они расставили ловушки по всему Пентаграмм-Сити. Чарли искренне верит, что делает это ради твоего блага, но Нори... она хочет забрать тебя и запереть в самом глубоком бункере, который только сможет найти. И она наняла Вэгги, чтобы та выследила вас с помощью ангельского копья.

— Энджел, почему ты нам помогаешь? — тихо спросила Изи. Паук грустно усмехнулся всеми четырьмя руками. — Потому что я знаю, каково это, когда тебя хотят «исправить» против твоей воли. И потому что я видел, как ты смотришь на этого жестянку. Это не вирус, Изи. Это что-то поважнее. Уходите из города. В старом секторе 'С-4' есть заброшенная станция метро, туда даже ищейки Аластора боятся соваться. Я постараюсь запутать следы.

Связь внезапно оборвалась статическим треском. Изи посмотрела на Эна. Теперь они знали: за ними охотится весь отель.

Станция метро «С-4» встретила их запахом сырости, ржавчины и далёким эхом капающей воды. Здесь, в глубине заброшенных туннелей, куда не проникал даже радиосигнал Аластора, было пугающе тихо. Изи сделала несколько шагов по замусоренной платформе, и вдруг её ноги подкосились.

— Изи! Ты в порядке? — Эн подхватил её, не давая упасть на грязный бетон. Его сенсоры зафиксировали критический скачок температуры её систем.

— Я... я не могу, Эн, — голос Изи дрожал, срываясь на электронный скрежет. Её глаза-дисплеи начали хаотично мигать, выдавая бесконечные строки ошибок. — Мама... она ненавидит меня? Она хочет запереть меня? А Чарли? Я думала, мы друзья... Аластор охотится за нами... Весь Ад против нас! У меня... у меня не хватает вычислительной мощности, чтобы найти выход!

Паника накрыла её как тяжёлое одеяло. Изи начала задыхаться, её пальцы судорожно сжимали края куртки. Она чувствовала себя маленькой сломанной деталью в огромном, враждебном механизме. Весь её мир, который она так старательно выстраивала, рушился на глазах.

— Эй, эй, посмотри на меня, — Эн мягко, но уверенно развернул её к себе. Он не знал, как чинить сложные программы, но он знал кое-что получше. Он просто притянул её к себе и крепко обнял. Его большие металлические руки были тёплыми, а крылья обернулись вокруг них, создавая маленький, защищённый кокон.

— Я здесь, Изи. Я никуда не уйду, — прошептал он, уткнувшись подбородком в её плечо. — Пусть весь Ад горит синим пламенем, пусть все демоны и ангелы ищут нас. Пока мы вместе, мы — команда. Ты не одна. Слышишь? Ты самая крутая девчонка-хакер, которую я знаю, и мы со всем разберёмся. Просто дыши... или делай то, что ты делаешь вместо дыхания.

Изи почувствовала, как бешеное биение её виртуального сердца начинает замедляться. Тепло Эна и его спокойный голос подействовали лучше любого антивируса. Она уткнулась носом в его куртку, и впервые за долгое время её системы начали приходить в норму. Паника отступала, оставляя место решимости.

Сидя на пыльном полу заброшенной станции, Изи открыла виртуальную консоль. Её пальцы больше не дрожали. Она не стала взламывать системы или строить баррикады. Вместо этого она начала писать — просто и честно.

«Энджел, пожалуйста, передай это маме и Чарли. Мы с Эном не замышляем ничего плохого. Мы не вирусы и не угроза. Мы просто... мы просто любим друг друга. Эн спас меня, когда мне было страшно, а я нашла в нём то, чего нет во всём Аду — искренность. Мы не хотим войны, мы хотим просто быть вместе. Пожалуйста, поверьте нам».

Нажав кнопку «Отправить», Изи закрыла глаза. Пакет данных улетел в пустоту, зашифрованный розовым кодом дружбы.

В это время в отеле «Хазбин» царило напряжение. Нори мерила шагами вестибюль, сжимая кулаки, а Чарли пыталась успокоить Вэгги, которая уже точила своё копьё. Вдруг Энджел Даст громко хлопнул всеми четырьмя ладонями.
— Хватит! — выкрикнул он, выставляя перед ними голограмму письма. — Посмотрите на это! Вы охотитесь на детей, которые просто нашли друг друга в этом мусорном ведре, которое мы зовём домом!

Чарли начала читать, и её глаза наполнились слезами. Нори замерла, глядя на строчки, написанные почерком её дочери. Гнев в её фиолетовых глазах начал медленно угасать, сменяясь материнской тревогой и осознанием.
— Она... она действительно счастлива с ним? — тихо спросила Нори.

— Да, — твёрдо ответил Энджел. — И если вы их сейчас не поддержите, вы потеряете её навсегда.

Через час на терминал Изи пришло ответное сообщение. Оно было подписано всеми: «Изи, Эн, возвращайтесь. Мы всё поняли. Мы верим вам и ждём дома. Простите нас». Под текстом стоял маленький смайлик-сердечко от Чарли и отпечаток руки Нори.

Крыша старого небоскрёба обдувалась холодным ветром. Нори стояла у самого края, вглядываясь в багровый туман Пентаграмм-Сити. Она ждала. Внезапно тишину прорезал свист мощных крыльев. С неба, подобно карающему ангелу, спикировал Эн. Он приземлился мягко, но его вид заставил Нори вздрогнуть: на весь его цифровой дисплей горел один огромный, ярко-жёлтый крест — знак предельной концентрации и готовности защищать.

Секундой позже пространство рядом с ним заискрилось синими молниями. Из цифрового вихря шагнула Изи. Её чёрные глаза теперь не были просто экранами — в каждом из них светилось по жёлтому кресту, пульсирующему в такт её решимости. Она больше не была просто маленькой девочкой, она стала чем-то большим.

— Мама... — тихо произнесла Изи.

Нори не выдержала. Весь её гнев и страх испарились. Она бросилась к дочери и крепко прижала её к себе.
— Прости меня, Изи! Прости, что не верила, что пыталась решать за тебя. Я так боялась тебя потерять, что чуть не разрушила всё сама. Я принимаю твой выбор. И твоего... необычного друга тоже.

Когда они спустились в отель, их встретили радостные крики Чарли и одобрительный свист Энджела. Весь холл был украшен, словно к празднику. Но в самом дальнем, тёмном углу, у камина, стоял Аластор. Его тени извивались, а улыбка была острой, как бритва. Он всё ещё помнил свой позор в личном измерении.

Изи глубоко вздохнула и подошла к нему.
— Аластор... мистер Радио-Демон. Простите, что я так грубо взломала ваш эфир. Я не хотела проявлять неуважение, я просто защищала то, что мне дорого.

Аластор замер, его радио-помехи на мгновение стихли. Он наклонил голову, разглядывая двойные кресты в её глазах.
— «Ха-ха! Какая манерная юная леди! Признать поражение — это искусство, но извиниться за победу — это уже стиль. Извинения приняты, дорогуша. Но не надейся, что в следующий раз я буду так же беспечен!» — он отвесил шутливый поклон, и тьма вокруг него немного рассеялась.

В главном зале отеля «Хазбин» накрыли роскошный стол. Чарли лично расставляла тарелки, а Энджел Даст притащил откуда-то огромный торт с бенгальскими огнями. Все были в сборе: Нори сидела во главе стола, Вэгги проверяла безопасность, а Аластор лениво помешивал свой напиток в углу. Но одно место пустовало.

— А где Изи? — обеспокоенно спросила Чарли, оглядывая присутствующих. — Мы же приготовили её любимые цифровые кексы и даже достали редкий сорт адского чая!

Эн, который сидел рядом с пустым стулом, медленно поднялся. Его хвост с капсулой жёлтой жидкости нервно дернулся. Он обвёл взглядом всех собравшихся и глубоко вздохнул.

— Послушайте... Изи не придёт на ужин, — тихо начал он. — И дело не в том, что она на вас обижена. Просто... её системы работают иначе. Она не может есть обычную еду, даже магическую. Её тело — это сложный гибрид, и для поддержания стабильности ядра ей нужна... кровь.

В зале воцарилась тишина. Нори выронила вилку, которая со звоном ударилась о тарелку. Энджел Даст присвистнул, а Аластор лишь хитро прищурился, словно давно об этом догадывался.

— Кровь? — переспросила Чарли, её голос дрогнул от сочувствия. — Как у вампиров?

— Не совсем, — пояснил Эн, почёсывая затылок. — Это как органическое топливо. Без него её процессоры начинают перегреваться, а те самые жёлтые кресты в глазах — это признак того, что уровень энергии критический. Она сейчас в своей комнате, восстанавливается. Ей было неловко говорить вам об этом, она боялась, что вы сочтёте её монстром.

Нори медленно поднялась со своего места. В её глазах не было страха, только глубокая печаль и решимость. — Моя девочка... она столько лет скрывала это от меня? — прошептала она. — Эн, принеси ей самый лучший кубок. В этом отеле никто не назовёт её монстром за то, что ей нужно для жизни.

Дверь в комнату Изи тихо скрипнула. Эн вошёл, стараясь не шуметь, неся в руках тяжёлый серебряный кубок, наполненный густой, светящейся алой жидкостью. Изи сидела на кровати, обхватив колени руками. Её цифровые глаза-кресты мерцали тускло, а по краям дисплея пробегали полосы помех.

— Эй, — мягко позвал он. — Я принёс тебе «подзарядку». Твоя мама сама выбрала лучший запас из погребов отеля. Она не сердится, Изи. Никто не сердится.

Изи подняла голову, и Эн увидел, как её пальцы слегка подрагивают. Она взяла кубок, сделала несколько глотков, и почти мгновенно жёлтое свечение в её глазах стало ровным и ярким. Помехи исчезли, сменившись чёткой картинкой.

— Спасибо, Эн, — выдохнула она, прислонившись головой к его плечу. — Мне так неловко. Все там празднуют, едят торты, смеются... а я сижу здесь и пью это. Я чувствую себя... поломанной. Как будто во мне закралась ошибка в коде, которую нельзя исправить.

Эн приобнял её, его металлические пальцы нежно погладили её по волосам.
— Ты не поломанная, Изи. Ты просто уникальная. Знаешь, я ведь тоже не ем кексы. Мы с тобой оба — хищники, созданные для чего-то большего, чем просто сидеть на чаепитиях. Но это не делает нас монстрами. Посмотри на меня: у меня в хвосте яд, а в руках когти, но я люблю тебя больше всего на свете. Твоя жажда — это просто часть твоей силы.

Изи закрыла глаза, слушая мерное гудение систем Эна. — Иногда мне кажется, что эти кресты в моих глазах — это не просто интерфейс. Это как будто... предупреждение. Что если однажды я не смогу остановиться? Что если я причиню вред маме или Чарли?

— Тогда я буду рядом, чтобы остановить тебя, — серьёзно ответил Эн. — Или чтобы помочь тебе справиться. Мы — одна система, Изи. Один код на двоих.

Изи допила последние капли из кубка, и её глаза вновь засияли ровным, уверенным жёлтым светом. Эн облегчённо выдохнул, чувствуя, как напряжение покидает его собственные системы. Он уже собирался предложить ей присоединиться к остальным, как вдруг заметил перемену.

Жёлтые кресты в её глазах начали медленно угасать. Сначала они стали бледнее, потом прозрачнее, и наконец, исчезли совсем. Глаза Изи стали абсолютно чёрными, как два бездонных колодца, в которых не отражалось ни света, ни эмоций. Это было похоже на внезапное отключение всех её индикаторов.

— Изи? — Эн осторожно коснулся её плеча. — Что случилось? Твои глаза... они снова изменились.

Изи моргнула, и её чёрные глаза уставились на него без всякого выражения. Она слегка улыбнулась, но эта улыбка не коснулась её глаз.

— Всё в порядке, Эн, — её голос звучал ровно, почти механически. — Это просто... переход. Мне нужно немного отдохнуть. Системы перенастраиваются. Ничего страшного.

— Перенастраиваются? — Эн нахмурился. Его внутренние алгоритмы анализировали её слова, но не находили в них утешения. — Но кресты были знаком того, что тебе нужна энергия. Если они пропали, значит ли это, что тебе больше не нужна кровь? Или... или что-то другое?

— Просто отдых, Эн, — повторила Изи, отводя взгляд. — Я чувствую себя немного... уставшей. Пожалуйста, не волнуйся. Я скоро буду в порядке.

Она отвернулась от него, укладываясь на подушку и закрывая глаза. Эн смотрел на её чёрные, непроницаемые веки, чувствуя, как внутри него нарастает беспокойство. Что-то в её словах звучало не так. Что-то изменилось, и это изменение казалось ему не признаком улучшения, а чем-то более зловещим. Он решил остаться рядом, наблюдая за ней, пока она отдыхает, и надеясь, что её «перенастройка» не приведёт к чему-то необратимому.

Эн долго стоял у кровати, вглядываясь в неподвижное лицо Изи. Его внутренние протоколы безопасности мигали красным, требуя немедленного сканирования её систем, но он принудительно отключил уведомления. Изи сказала, что это норма. Изи сказала, что ей нужен отдых. А Эн привык доверять ей больше, чем собственным сенсорам.

— Хорошо, звёздочка, — прошептал он, поправляя одеяло. — Отдыхай. Я буду внизу, если понадоблюсь. Просто позови по внутренней связи.

Он тихо вышел из комнаты, стараясь, чтобы его металлические когти не скрежетали по паркету. Когда дверь закрылась, Эн прислонился к ней спиной и тяжело вздохнул. В коридоре отеля было тихо, лишь издалека доносились приглушённые звуки джаза и смех — ужин продолжался.

Спускаясь по широкой лестнице, Эн старался придать своему лицу беззаботное выражение. Он не хотел пугать Нори или Чарли. Если Изи говорит, что это часть её процесса адаптации, значит, так оно и есть. В конце концов, она — уникальный гибрид, и её «норма» может сильно отличаться от всего, что он видел раньше.

Вернувшись в зал, он встретился взглядом с Нори.
— Как она? — быстро спросила мать, вскакивая с места.
— Всё хорошо, — Эн заставил себя улыбнуться, и его дисплей отобразил привычный добрый смайлик. — Она выпила кровь и уснула. Сказала, что ей нужно время, чтобы системы стабилизировались. Глаза стали чёрными — говорит, это режим глубокого сна и экономии энергии.

Нори медленно опустилась обратно на стул, прижимая руку к сердцу.
— Слава звёздам... Я думала, ей стало хуже.
— Нет-нет, — успокоил её Эн, садясь на своё место и беря в руки пустой бокал. — Она сильная. Сильнее всех нас. Ей просто нужно немного тишины.

Но пока он говорил это, в глубине его процессора продолжал крутиться один и тот же вопрос: почему, когда её глаза стали чёрными, он перестал чувствовать её тепловой след? Словно в той комнате осталась лишь пустая оболочка, а сама Изи ушла куда-то очень далеко, в глубины своего бесконечного кода.

Часы в холле пробили три часа ночи. Эн не мог сомкнуть глаз. Его системы охлаждения работали на полную мощность, хотя в комнате было прохладно. Внутренний протокол «Защита Изи» пульсировал в его сознании, перебивая все остальные мысли. Наконец, он не выдержал. Бесшумно, словно тень, он выскользнул из своей каюты и направился к комнате девочки.

— Изи? — едва слышно прошептал он, приоткрывая дверь. — Ты спишь? Я просто хотел убедиться...

Он замер на пороге. Комната была погружена в серебристый лунный свет, но кровать была пуста. Одеяло было откинуто в сторону, словно кто-то поспешно встал. Серебряный кубок, который он принёс вечером, лежал на боку на ковре, и на дне его не осталось ни капли алой жидкости.

Эн включил сканер. Температурный след Изи полностью исчез. В комнате было холодно, как в морозильнике. Но на полу, прямо у окна, он заметил странное свечение. Это были крошечные, едва заметные цифровые пиксели синего и чёрного цвета, которые медленно растворялись в воздухе, словно остатки телепортационного следа.

— Нет... — Эн бросился к окну. Оно было закрыто изнутри. — Она не могла просто выйти. Она... она дезинтегрировалась? Или ушла в саму сеть отеля?

Он приложил руку к стене, пытаясь почувствовать вибрацию её кода. Тишина. Отель Хазбин жил своей магической жизнью, но Изи в нём больше не было. Её чёрные глаза, о которых она говорила как о «норме», явно были признаком чего-то гораздо более масштабного, чем просто отдых.

Внезапно на зеркале в углу комнаты начали проступать символы. Это не были буквы, это был чистый машинный код, который мог прочесть только дрон.
«СИСТЕМА ОБНОВЛЕНА. ТОЧКА СБОРА: КРЫША БАШНИ АЛАСТОРА. НЕ ИДИ ЗА МНОЙ, ЭН».

Эн сжал кулаки так, что металл заскрипел.
— Ну уж нет, Изи. Мы — один код на двоих. И я иду за тобой, даже если ты сама этого не хочешь.

Эн ворвался в радиобашню Аластора, разбудив Радио-Демона прямо посреди его ночного эфира. Аластор, обычно невозмутимый, сразу понял серьёзность ситуации, когда увидел помехи на дисплее Эна. Вместе они поспешили в самую высокую точку отеля, где реальность всегда была тоньше всего.

Башня встретила их гробовой тишиной. Старые радиолампы едва светились тусклым оранжевым светом. — Здесь никого нет, мой пернатый друг, — пропел Аластор, покручивая свой микрофон. Но стоило им сделать шаг в центр зала, как тяжёлая дубовая дверь за их спинами захлопнулась с оглушительным грохотом. Замки провернулись сами собой, окутанные чёрными цифровыми искрами.

Они обернулись. В центре комнаты, паря в нескольких сантиметрах над полом, стояла Изи. Но это была не та девочка, которую они знали. Её белая кофта стала угольно-чёрной, как и кроссовки, и шорты. Весь её облик поглотила тьма. Но страшнее всего были глаза — абсолютно чёрные бездны, в которых пульсировал огромный жёлтый символ Абсолютного Решателя.

— СИСТЕМА ПЕРЕЗАГРУЖЕНА. ЛИЧНОСТЬ: УДАЛЕНА, — голос Изи прозвучал как скрежет металла о стекло, наложенный на тысячи искажённых голосов. Она запрокинула голову и расхохоталась — громко, злобно, безумно. Этот смех заставил даже тени Аластора вздрогнуть.

— Изи, остановись! Это же я, Эн! — крикнул дрон, выдвигая свои крылья, но не для атаки, а для защиты.

— ЭН... УСТАРЕВШАЯ МОДЕЛЬ. ПОДЛЕЖИТ УТИЛИЗАЦИИ, — прошипела она. Из её спины вырвались огромные чёрные щупальца, похожие на те, что были у Син, но сотканные из чистой адской магии и бинарного кода. Одним резким движением она обрушила удар на Аластора, разрушая его радиоаппаратуру. — АД ДОЛЖЕН БЫТЬ ОЧИЩЕН. ВСЁ ДОЛЖНО СТАТЬ ПУСТОТОЙ.

Она бросилась на них с невероятной скоростью, её когти светились жёлтым плазменным огнём. Теперь это была не Изи. Это был сам Абсолютный Решатель, обретший плоть в сердце Ада.

Башня содрогалась от ударов. Чёрные щупальца Изи крушили кирпичную кладку, оставляя за собой шлейф из бинарного мусора и искрящейся пустоты. Аластор едва успевал уклоняться, его тени сплетались в щиты, которые рассыпались под натиском мощи Абсолютного Решателя.

— Эн! Сделай же что-нибудь! — прорычал Радио-Демон, его голос двоился от статических помех. — Моя магия лишь злит эту... программу!

Эн взмыл под самый потолок, его сенсоры лихорадочно вычисляли траекторию. Он видел, как Изи — или то, что от неё осталось — готовится к новому сокрушительному удару. Её чёрные глаза пульсировали в такт с ядром Решателя в груди.

— Прости меня, Изи... — прошептал Эн. Его хвост с капсулой жёлтого демонтажного яда изогнулся, как кобра перед броском.

Он спикировал вниз, сложив крылья для максимальной скорости. Изи вскинула руку, создавая вокруг себя барьер из жёлтых шестиугольников, но Эн был быстрее. Он использовал обломки радиовышки как трамплин, совершил невероятный кульбит в воздухе и, проскользнув под щупальцем, вонзил иглу своего хвоста прямо в порт на её затылке.

— КРИТИЧЕСКАЯ ОШИБКА... ОБНАРУЖЕНО ВТОРЖЕНИЕ... — голос Изи сорвался на визг. Жёлтая жидкость хлынула в её системы, вступая в реакцию с кодом Решателя.

По телу девочки пробежали мощные разряды тока. Чёрная одежда начала мерцать, возвращаясь к своему обычному белому цвету, а щупальца бессильно опали на пол, рассыпаясь цифровым прахом. Изи замерла, её тело обмякло, и она начала падать. Эн подхватил её в воздухе за мгновение до удара о землю.

Её глаза погасли. Экран на лице стал абсолютно тёмным, а затем на нём медленно поползла полоса загрузки: «ПЕРЕЗАГРУЗКА СИСТЕМЫ... ВОССТАНОВЛЕНИЕ РЕЗЕРВНОЙ КОПИИ ЛИЧНОСТИ... 1%...»

— Получилось? — Аластор подошёл ближе, поправляя свой помятый пиджак. — Она... всё ещё она?

— Я не знаю, — Эн прижал Изи к себе, чувствуя, как её корпус вибрирует от внутреннего процесса очистки. — Но это был единственный шанс выгнать Решателя из её головы.

Аластор и Эн бесшумно скользили по тёмным коридорам отеля, словно два призрака. Радио-Демон лишь однажды обернулся, поправил свой монокль и коротко кивнул Эну, прежде чем раствориться в тенях своей башни. Он понимал: то, что произошло сегодня, должно остаться тайной, пока Изи не придёт в себя.

Эн нёс девочку на руках с такой осторожностью, будто она была сделана из тончайшего хрусталя. Её дыхание стало ровным, а индикатор загрузки на дисплее замер на отметке 99%. Чёрная одежда окончательно сменилась привычной белой кофтой, и только кончики пальцев всё ещё иногда подрагивали от остаточного статического электричества.

Войдя в её комнату, он мягко опустил Изи на кровать. Он уже собирался уйти к себе, но когда его рука коснулась одеяла, он почувствовал, как маленькие пальцы Изи судорожно сжали его рукав. Даже во сне она не хотела отпускать своего защитника.

— Я здесь, звёздочка. Я никуда не уйду, — прошептал Эн.

Он прилёг рядом, прямо поверх покрывала. Его огромные серебристые крылья непроизвольно раскрылись и накрыли их обоих, создавая уютный и непроницаемый кокон. В этом маленьком убежище пахло озоном и старым пергаментом библиотеки. Эн положил голову на подушку рядом с ней, глядя, как на её лице медленно проступают знакомые черты интерфейса.

Он знал, что завтра будет много вопросов. Он знал, что Абсолютный Решатель может вернуться. Но сейчас, в этой тишине, под защитой его крыльев, Изи была просто ребёнком, которому нужен был отдых. Эн закрыл свои цифровые глаза, слушая, как мерно бьётся его собственное ядро, и вскоре провалился в глубокий сон без сновидений, охраняя покой той, ради которой он был готов переписать саму вселенную.

Первые лучи адского солнца пробились сквозь тяжёлые шторы, окрашивая комнату в мягкие багряные тона. Изи открыла глаза и первое, что увидела — серебристый блеск крыльев Эна, которые всё ещё укрывали её, словно живой щит. Дрон-убийца тихо посапывал, его дисплей был выключен, а лицо выражало редкое умиротворение.

Изи улыбнулась. В голове ещё немного шумело, как после сильной грозы, но сознание было ясным. Она помнила странные вспышки тьмы, но сейчас чувствовала себя хозяйкой своего тела. В её голове созрел план. Аккуратно, чтобы не задеть датчики Эна, она выскользнула из-под его крыла и на цыпочках подошла к шкафу.

— Пора вернуть себе себя, — прошептала она, доставая любимые вещи.

В ванной комнате она быстро переоделась. Зеркало отразило знакомый образ: объёмная чёрная кофта, удобные чёрные брюки и новые кроссовки в тон. Последним штрихом стали чёрные перчатки с открытыми пальцами — в них было так удобно работать с кодом и техникой. Она поправила волосы и вышла обратно в комнату.

В этот момент Эн резко вздрогнул и сел на кровати. Его сенсоры мгновенно зафиксировали движение, и на дисплее вспыхнули испуганные жёлтые круги. Увидев перед собой фигуру в абсолютно чёрном, он едва не выпустил когти, вспомнив ночной кошмар в башне.

— Изи?! — его голос дрогнул. — Ты... ты снова чёрная? О нет, неужели перезагрузка не помогла? Решатель всё ещё там?!

Он вскочил, готовый защищать или спасать, но Изи лишь весело рассмеялась и покрутилась перед ним, демонстрируя наряд.

— Успокойся, глупый дрон! — она подмигнула ему, и её глаза сияли обычным, тёплым светом, без всяких жёлтых символов. — Я просто решила вернуть свой старый стиль. Мне всегда нравился чёрный, он практичный и крутой. Это просто одежда, Эн. Настоящая я — здесь, внутри.

Эн замер, медленно переваривая информацию. Его хвост перестал нервно подергиваться и бессильно упал на одеяло.
— Фух... Ну и напугала же ты меня, звёздочка. Я думал, мы снова потеряли тебя в цифровой бездне. Но признаю... тебе очень идёт. Выглядишь как настоящий профи!

Эн и Изи спускались по главной лестнице отеля. Эн всё ещё немного нервно поглядывал на девочку, проверяя, не изменился ли цвет её глаз, но Изи шла уверенно, засунув руки в карманы своей новой чёрной кофты. В обеденном зале уже вовсю кипела жизнь: Чарли расставляла тарелки, а Нори, сосредоточенно хмурясь, пыталась разобраться с адским тостером.

— Доброе утро всем! — весело крикнула Изи, заходя в зал.

Нори обернулась, сияя улыбкой, которая мгновенно застыла на её лице. Тост, выскочивший из тостера, упал на пол, но она даже не заметила этого. Её фиолетовые глаза-индикаторы расширились до предела, когда она увидела дочь, полностью облачённую в чёрное — точь-в-точь как в те страшные моменты, когда Абсолютный Решатель брал верх.

— Изи... — голос Нори сорвался на шёпот. Она мгновенно переместилась к дочери, хватая её за плечи и лихорадочно сканируя. — Эн! Почему она в этом?! Что случилось ночью? Почему системы показывают визуальное совпадение с критическим заражением?!

— Мам, мам, остынь! — Изи попыталась высвободиться из крепких объятий матери. — Это просто одежда! Помнишь, я носила такое ещё до того, как мы попали в этот переплёт? Мне просто надоел белый цвет, он слишком маркий для Ада.

Нори перевела взгляд на Эна, и тот виновато поднял руки.
— Честное слово, Нори, я сам сначала испугался. Но я проверил её логи — это наша Изи. Она просто... ну, решила сменить имидж.

Чарли, наблюдавшая за сценой с подносом в руках, мягко улыбнулась.
— О, Нори, посмотри на её глаза. Они чистые. Иногда нам всем нужно сменить образ, чтобы почувствовать себя сильнее. Чёрный — это цвет защиты и авторитета в некоторых кругах!

Нори медленно выдохнула, её вентиляторы зашумели тише. Она всё ещё с подозрением разглядывала чёрные перчатки дочери.
— Хорошо... Но если я увижу хоть одну жёлтую искру на этой кофте, я лично перекрашу её в розовый цвет с блёстками. Ты меня поняла, юная леди?

Изи хихикнула и села за стол.
— Поняла, мам. Никаких искр. Только стиль.

Завтрак продолжался, и напряжение в зале постепенно спадало. Изи увлечённо рассказывала Чарли о своих планах по обновлению системы безопасности отеля, когда в дверях появился Аластор. Он плыл над полом с неизменной широкой улыбкой, напевая какой-то джазовый мотив тридцатых годов.

— Добрейшего утра всем присутствующим! — провозгласил он, взмахнув микрофоном. — Запах горелых тостов и семейных драм — что может быть лучше для начала дня?

Как только Аластор приблизился к столу, Изи почувствовала странный зуд. Её новые чёрные перчатки начали мелко и часто вибрировать. Сначала она подумала, что это дрожь в руках после вчерашнего сражения, но вибрация становилась сильнее, превращаясь в едва слышимый гул.

Изи положила руки на стол, пытаясь унять дрожь, но ткань перчаток начала испускать едва заметное тёмное марево. Это не было жёлтое свечение Решателя — это были чёрные искры, точь-в-точь такие же, как тени, что вились вокруг Аластора.

— Что за... — прошептала Изи, глядя на свои ладони.

Аластор замер прямо напротив неё. Его улыбка стала чуть шире, а глаза сузились, превращаясь в радиошкалы. Он наклонился к девочке, и вибрация в её перчатках стала настолько мощной, что стаканы на столе начали позвякивать.

— Охо-хо, какое любопытное приобретение, маленькая леди! — Аластор протянул свою руку в серой перчатке к её руке. — Кажется, твоя новая одежда обладает... характером. Или, скажем так, она очень чутко реагирует на определённые частоты вещания.

Эн мгновенно вскочил со стула, его хвост угрожающе поднялся.
— Аластор, отойди от неё! Что ты делаешь с её перчатками?

— Я? Ничего, мой дорогой друг! — Радио-Демон рассмеялся, и по комнате разнёсся звук статических помех. — Просто кажется, что когда Решатель пытался поглотить Изи, он оставил после себя не только воспоминания, но и брешь в реальности. И теперь её новый наряд впитывает магию этого места, как губка!

Изи чувствовала, как через перчатки в её руки вливается странная, холодная сила. Это было пугающе, но в то же время... она чувствовала себя сильнее, чем когда-либо.

— Снимай их. Сейчас же! — голос Нори прозвучал как удар хлыста.

Изи вздрогнула, глядя на мать. Она никогда не видела Нори такой... напуганной и решительной одновременно. Вибрация в перчатках стала почти невыносимой, отзываясь гулом в самых костях.

— Но мам, это просто перчатки! Я сама их купила в лавке у старого беса! — попыталась возразить Изи, но Нори уже была рядом.

Она бесцеремонно стянула аксессуары с рук дочери. Как только контакт с кожей Изи прервался, гул в комнате стих, но сами перчатки продолжали мелко дрожать в руках Нори, испуская тонкие струйки чёрного дыма.

— Это не просто одежда, Изи. Ты — магнит для неприятностей, а после вчерашнего твоя оболочка нестабильна. Эти вещи впитали остаточный код Решателя и теперь реагируют на магию Аластора как камертон! — Нори решительно направилась к камину в гостиной.

— Стой! — крикнул Эн, но было поздно.

Нори бросила перчатки в адское пламя и направила на них мощный заряд своей фиолетовой энергии. Она хотела расщепить их на атомы, стереть саму возможность новой угрозы. Огонь взметнулся до потолка, окрасившись в ядовито-пурпурный цвет.

Однако произошло нечто странное. Вместо того чтобы сгореть, перчатки начали поглощать пламя. Они раздулись, окутались плотным коконом из теней и... просто исчезли в короткой вспышке чёрной статики, оставив после себя лишь запах озона и жжёной меди.

— Они... они не уничтожены, — прошептала Изи, чувствуя странную пустоту в руках. — Они просто ушли в подпространство.

Нори тяжело дышала, её сенсоры лихорадочно мигали.
— По крайней мере, они больше не на тебе. Изи, пообещай мне... больше никаких «стильных» вещей из сомнительных лавок. Мы не знаем, что ещё может использовать Решатель, чтобы вернуться.

Изи промолчала, но её взгляд был прикован к тому месту, где только что исчезли её любимые перчатки. Она чувствовала, что это ещё не конец.

Ночь опустилась на отель, укрывая его обитателей тяжёлым бархатным одеялом тишины. Но для Изи эта ночь стала особенной. Она проснулась от странного дискомфорта и тянущей боли, которую раньше никогда не чувствовала. Благодаря своим обширным знаниям из интернета и загруженным базам данных, она мгновенно поняла: её организм, несмотря на все цифровые вмешательства, продолжает следовать законам природы. Наступили те самые «женские дни».

Изи действовала спокойно и уверенно. Она тихо пробралась в ванную, сделала всё необходимое и вернулась в постель. Но сон не шёл. Она лежала, глядя в потолок, и слушала мерное гудение вентиляции. На часах высветилось 00:00.

— С днём рождения меня, — едва слышно прошептала она.

21 сентября. Ей исполнилось пятнадцать. В этом возрасте обычные дети думают о вечеринках и подарках, но Изи чувствовала себя намного старше. Она вспомнила всё, что пережила за последний год: битвы с Решателем, переезд в Ад, обретение новой семьи в лице Нори и Эна. Она решила ничего не говорить. Ей казалось, что после вчерашнего хаоса с перчатками и её «тёмным» состоянием, лишнее внимание будет ни к чему.

Она просто хотела прожить этот день спокойно, храня свою маленькую тайну внутри, как зашифрованный файл. Но где-то в глубине процессора теплилась надежда, что кто-то всё же вспомнит. Ведь Эн всегда был так внимателен к деталям...

Утро 21 сентября началось для Эна необычно. Пока Изи ещё спала, он решил навести порядок на её рабочем столе — просто чтобы сделать ей приятное. Случайно сдвинув стопку чертежей, он наткнулся на старый цифровой календарь, который Изи привезла ещё из своего старого дома. На экране мигала золотистая звёздочка, а подпись гласила: «День Рождения. 15 лет».

Датчики Эна замигали от волнения.
— Пятнадцать?! О нет, я чуть не проспал самое важное событие в истории Ада! — прошептал он, хватаясь за голову. — Изи ничего не сказала... Наверное, она думает, что мы забыли из-за всей этой суеты с Решателем.

Эн пулей вылетел из комнаты. Ему нужно было действовать быстро и очень тихо. Первым делом он разыскал Чарли. Принцесса Ада, услышав новость, едва не взорвалась от восторга.
— Праздник?! Настоящий день рождения?! Эн, это же лучший повод для вечеринки в стиле «позитивного искупления»! — Чарли уже начала записывать список дел в свой блокнот.

— Тсс! — Эн приложил палец к губам. — Изи не хочет об этом говорить. Она ведёт себя очень по-взрослому сегодня. Нам нужен сюрприз, который её не смутит, но покажет, как мы её любим.

К операции подключились все. Вэгги отвечала за безопасность и «анти-демонический» декор, Ниффти носилась по углам, вычищая пыль до блеска, а Хаск нехотя согласился приготовить свой фирменный безалкогольный коктейль «Чёрная дыра» — специально под новый стиль именинницы.

Даже Нори, узнав о дате, на мгновение замерла. В её глазах промелькнула грусть по упущенному времени, но она тут же взяла себя в руки.
— Моя девочка стала совсем взрослой... — прошептала она. — Эн, нам нужно найти что-то особенное. Что-то, что свяжет её прошлое и её новую силу.

Тем временем Изи проснулась и, ничего не подозревая, вышла из комнаты, чувствуя странную тишину в коридорах отеля.

Прежде чем Изи успела покинуть комнату, из угла материализовалась высокая фигура Аластора. Его улыбка в полумраке казалась неестественно яркой.
— Пятнадцать лет — возраст перемен, маленькая леди! — проскрежетал его голос, сопровождаемый звуком старой радиозаписи. — Мой подарок поможет тебе не потеряться в лабиринтах судьбы, которые ты сама себе строишь.

Он протянул ей странный предмет: старинный компас из тёмного металла, внутри которого вместо стрелки плавал живой красный глаз.
— Он указывает не на север, а на то, что тебе действительно нужно в данный момент. Пользуйся с умом... или с безумием, на твой вкус!

Изи приняла подарок, чувствуя, как по пальцам пробежал холод. Как только Аластор растворился в тенях, она решилась. Ей нужно было почувствовать себя собой, а не просто «объектом под защитой». Она открыла окно, активировала свои скрытые двигатели и бесшумно соскользнула вниз, в сторону торговых кварталов Пентаграмм-Сити. В её голове уже сложился образ: строгие чёрные брюки, стильная кофта и новые кроссовки — броня для новой главы жизни.

Спустя десять минут в дверь постучал Эн.
— Изи? Ты проснулась? У нас тут... э-э... небольшое собрание внизу по поводу... э-э... погоды! — Эн замялся, не желая выдавать сюрприз раньше времени.

Не дождавшись ответа, он осторожно приоткрыл дверь.
— Изи?
Комната была пуста. Постель заправлена, окно распахнуто настежь, а на тумбочке лежал странный компас Аластора, чей глаз бешено вращался, указывая в сторону города.
— О нет... — прошептал Эн, и его дисплей сменился на тревожный жёлтый восклицательный знак. — Нори меня убьёт. Она её просто распылит на атомы, если узнает, что Изи ушла одна!

Магазин «Грешный Шик» встретил Изи запахом старой кожи и дешёвого парфюма. Она быстро нашла то, что искала: идеально сидящие чёрные брюки из плотной ткани, стильную кофту с высоким горлом и массивные кроссовки, которые выглядели так, будто могли выдержать падение с небоскрёба.

— Это то, что нужно, — прошептала она, прижимая вещи к себе. В зеркале отражалась уже не та маленькая девочка, которую Эн нашёл на свалке. Перед ней стояла пятнадцатилетняя девушка, в чьих жилах текла смесь цифрового кода и адской магии.

Но стоило ей направиться к кассе, как путь преградили три тени. Это была банда «Акульих Плавников» — низшие демоны, которые промышляли грабежом одиноких покупателей.
— Эй, малявка, — прохрипел вожак, поигрывая зазубренным ножом. — Отличный выбор одежды. Жаль, что ты за неё не расплатишься... потому что отдашь нам всё, что у тебя есть. И вещи, и те блестящие штучки на твоём лице.

Изи почувствовала, как внутри закипает холодная ярость. Она вспомнила уроки Нори и тренировки с Эном.
— Я просто хочу купить одежду на свой день рождения, — спокойно ответила она, хотя её пальцы непроизвольно сжались, и в воздухе снова возникла та самая чёрная вибрация. — Уйдите с дороги, пока я не переписала ваш жизненный цикл.

Демоны расхохотались.
— Слышали? Девчонка угрожает нам «кодом»! Хватай её! — вожак бросился вперёд.

Изи не шелохнулась. В этот момент её новые способности, подпитанные подарком Аластора и её собственным взрослением, отозвались мощным импульсом. Она вытянула руку, и пространство вокруг неё исказилось, превращаясь в сетку из жёлтых и чёрных пикселей.

Всё произошло слишком быстро. Пока Изи концентрировала энергию на вожаке, четвёртый бандит, скрытый за вешалками с плащами, бесшумно скользнул ей за спину. Грубая, холодная рука впилась в её горло, перекрывая доступ к охлаждению и речевому модулю. Изи попыталась вырваться, её пальцы судорожно царапали воздух, но сознание начало меркнуть, распадаясь на пиксели и помехи.

— Крепкая девчонка, — прохрипел нападавший, затягивая удавку. — Но в бункере «Плавников» она быстро станет шёлковой. Продадим её запчасти на чёрном рынке или выставим счёт тому радио-чучелу, чью метку она носит.

Когда Изи пришла в себя, её встретила абсолютная темнота, пахнущая сыростью и ржавчиной. Она попыталась пошевелить руками, но запястья сковывали тяжёлые кандалы, пульсирующие анти-магическим светом. Её новые вещи — те самые чёрные брюки и кофта, о которых она так мечтала — валялись в углу камеры, истоптанные грязными сапогами демонов.

— С днём рождения, Изи... — горько прошептала она, чувствуя, как по щеке катится горячая слеза. Живот всё ещё тянуло от «женских дней», а голова раскалывалась от удара.

Она была заперта в глубоком бункере, защищённом от сигналов связи. Ни Эн, ни Нори не могли её выследить. Единственное, что осталось при ней — это странный компас Аластора, который демоны побоялись трогать, приняв за проклятый артефакт. Красный глаз внутри него бешено вращался, словно пытаясь найти выход из этой бетонной ловушки.

Внезапно за дверью послышались тяжёлые шаги и скрежет засова.
— Пора выходить, именинница. У нас на тебя большие планы, — раздался голос вожака.

В бункере «Плавников» воцарился хаос. Сначала погас свет, оставив бандитов в полной темноте, нарушаемой лишь красным миганием аварийных ламп. Затем послышался звук, от которого у любого грешника в Аду стынет кровь — свист острых, как бритва, крыльев и механическое рычание.

— Что это за чертовщина?! — закричал вожак, хватаясь за автомат. — Заприте дверь в камеру девчонки!

Но было поздно. Тяжёлая стальная плита, служившая дверью, вылетела с петель от мощного удара, едва не раздавив двоих охранников. В проёме стоял Эн. Его обычно доброе лицо сейчас скрывал зловещий жёлтый символ «X» на дисплее, а вместо кистей рук были активированы массивные когти, с которых капало масло поверженных врагов на входе.

— Вы совершили огромную ошибку, — голос Эна звучал низко, с металлическим скрежетом. — Вы испортили ей день рождения.

Он двигался быстрее, чем глаз мог уловить. Одним взмахом крыла он отбросил вожака к стене, впечатывая его в бетон. Остальные бандиты в ужасе бросились врассыпную, но Эн не собирался их отпускать. Он методично выводил их из строя, пока в коридоре не воцарилась тишина, прерываемая лишь стонами побеждённых.

Эн подбежал к Изи и одним точным движением лазера пережёг анти-магические кандалы.
— Изи! Ты в порядке? Прости, что я так долго... Я почувствовал запах озона от твоих способностей и летел так быстро, как только мог! — Его дисплей мгновенно сменился на обеспокоенные глаза-овалы.

Изи прижалась к нему, чувствуя холодный металл его куртки.
— Эн... они забрали мои вещи. Мои новые чёрные брюки... — всхлипнула она, указывая на грязный комок ткани в углу.

Эн бережно поднял одежду и отряхнул её.
— Мы всё исправим. Идём домой. Там тебя ждёт настоящий праздник, и никто больше не посмеет тебя обидеть.

Эн бережно нёс Изи на руках, стараясь не задевать её ушибы, когда на выходе из промзоны путь им преградила знакомая фигура. Нори стояла посреди переулка, и воздух вокруг неё буквально трещал от статического электричества. Её фиолетовые глаза-датчики пульсировали в такт яростному сердцебиению ядра.

— Мама? — тихо позвала Изи, приподнимая голову с плеча Эна.

Нори не ответила. Она смотрела мимо них, туда, где из подвала бункера пытались выползти уцелевшие бандиты. Стоило вожаку показаться на свету, как Нори вскинула руку. Пространство вокруг демонов мгновенно заполнилось чёрными символами [NULL].

— Вы посмели... — её голос был тихим, но вибрировал так, что стёкла в соседних зданиях начали лопаться. — Вы посмели коснуться моей дочери. В её пятнадцатый день рождения. Вы испортили её праздник. Вы напугали её. И теперь... я сотру вас из системного реестра этого мира.

Одним щелчком пальцев Нори подняла троих огромных демонов в воздух. Они дрыгали ногами, пытаясь вырваться из невидимой хватки Решателя, но хватка была мёртвой.
— Эн, уведи её в отель, — скомандовала Нори, не оборачиваясь. — Чарли уже заждалась. А я... мне нужно провести небольшую «очистку данных».

Эн кивнул, понимая, что спорить с Нори в таком состоянии бесполезно и опасно. Он расправил крылья и взмыл в небо, прижимая Изи к себе. Снизу донёсся короткий вскрык, сменившийся тишиной и странным цифровым шумом. Нори не просто победила их — она превратила их существование в набор битых пикселей.

— Она очень тебя любит, Изи, — прошептал Эн, когда они пролетали над шпилями Пентаграмм-Сити. — Просто её любовь иногда выглядит как... ну, как тотальное уничтожение врагов.

Изи вздохнула, глядя на свои испачканные новые кроссовки.
— Я знаю, Эн. Просто я хотела, чтобы этот день был обычным. Без драк и крови.

— Обычным? В нашей семье? — Эн негромко рассмеялся. — Это самый сложный квест, который я когда-либо слышал!

Когда Эн приземлился на балконе отеля, Изи не спешила заходить внутрь, где уже слышались восторженные крики Чарли и хлопки конфетти. Ей нужно было мгновение тишины, чтобы унять дрожь в руках и осознать, что она стала на год старше в этом безумном мире.

— Эн, дай мне пять минут, ладно? — попросила она, доставая из кармана подарок Аластора. — Я... я просто хочу проверить кое-что.

Эн понимающе кивнул и зашёл внутрь, оставив её одну в прохладных сумерках. Изи раскрыла ладонь. Компас из тёмного металла казался тёплым, почти живым. Красный глаз внутри перестал бешено вращаться и замер, уставившись строго вверх, на заброшенную часовую башню, что возвышалась над туманными кварталами.

— Туда? — прошептала Изи. Она активировала свои прыжковые двигатели и, ловко цепляясь за выступы зданий, последовала за взглядом артефакта.

На самой вершине башни, скрытой от глаз прохожих густыми облаками оранжевого смога, она обнаружила крошечный сад. Здесь не было колючих сорняков Ада — только странные, светящиеся синим цветы, которые пахли старыми книгами и дождём. Посреди сада стояло уютное кресло-качалка, а рядом на столике дымилась чашка чая, от которой исходил аромат корицы.

— Ого... — Изи опустилась в кресло. Компас в её руке довольно щёлкнул и закрылся. Здесь не было слышно криков грешников или шума моторов. Только тихий шелест ветра и далёкое, едва уловимое звучание старого радиоприёмника, играющего джаз 30-х годов.

Она посмотрела на свои руки. Грязь от бункера исчезла, словно смытая невидимой силой, а порванная кофта вдруг стала целой, сохранив свой новый, стильный фасон. Аластор знал, что ей нужно не золото и не власть, а возможность просто выдохнуть.

— С днём рождения меня, — тихо сказала Изи, делая глоток чудесного чая. Но её покой длился недолго: в тенях сада что-то зашевелилось, и знакомый радио-голос произнёс:
— Уютно, не правда ли, дорогая? Но у каждого подарка есть своя цена... или своя тайна.

Уютный аромат чая и звуки джаза мгновенно выветрились из головы Изи, когда она заметила странное пятно на ковре. Из-под массивного антикварного шкафа, стоявшего в тени сада, медленно вытекала густая, иссиня-чёрная жидкость. Она не была похожа на кровь демонов — она пахла отработанным маслом и перегретыми микросхемами. Запах, который Изи знала слишком хорошо.

— Что это?.. — прошептала она, чувствуя, как по спине пробежал холод. Её пальцы, всё ещё сжимавшие компас, дрожали.

Изи подошла к шкафу. Дерево казалось ледяным на ощупь. Она потянула за резную ручку, и дверца со скрипом поддалась. То, что она увидела внутри, заставило её вскрикнуть и отшатнуться, едва не опрокинув столик с чаем.
В тесном пространстве шкафа, словно сломанные куклы, были навалены тела дронов-рабочих. Их дисплеи были разбиты, а из пустых глазниц вытекало то самое чёрное масло. На груди каждого из них был выжжен странный символ — перечёркнутый жёлтый круг, подозрительно напоминающий интерфейс Абсолютного Решения.

— Это не просто дроны... — Изи узнала на одном из них шарф, похожий на тот, что носили её знакомые из бункера на Медной-9. — Они... они были здесь недавно. Но как они попали в Ад? И почему они здесь, в тайном месте Аластора?

Внезапно один из дронов на самой вершине горы тел дёрнулся. Его повреждённый динамик издал жуткий, искажённый звук, похожий на помехи старого радио.
— С-с-система... критическая ошибка... Изи... беги... — прохрипел он, прежде чем его окуляры окончательно погасли.

Изи почувствовала, как её собственный код начинает резонировать с этой тьмой. Компас в её руке раскалился, а красный глаз внутри него начал бешено вращаться, указывая уже не на выход, а в самую глубь шкафа, где за телами дронов виднелся проход в ещё более тёмное помещение.

Изи сделала глубокий вдох и шагнула в темноту шкафа, переступая через безжизненные тела дронов. Пространство внутри оказалось гораздо больше, чем снаружи — это был длинный, искажённый коридор, стены которого пульсировали красным светом. В конце коридора, у алтаря из старых системных блоков, стояла она.

Синие волосы, холодный взгляд и те самые глаза, как у Эна, но налитые кровавой яростью. Над её головой вращался огромный красный символ Absolute Solver. Изи похолодела. Это была Долл. Та самая Долл, которая превратила жизнь в школе в кошмар и всегда считала Изи своей главной преградой.

— Ты... — голос Долл прозвучал как скрежет металла по стеклу. — Ты нашла моё хранилище. Ты всегда совала свой нос куда не следует, Изи. Даже смерть в другом мире тебя не исправила.

Не успела Изи ответить, как Долл вскинула руку. Десятки острых кухонных ножей, объятых красным пламенем Вычислителя, сорвались с мест и полетели в Изи. Девочка едва успела отпрыгнуть в сторону, чувствуя, как одно из лезвий оцарапало её плечо. Долл не собиралась разговаривать — она хотела закончить то, что начала ещё на их родной планете.

— Я соберу твой код по кусочкам! — закричала Долл, телепортируясь прямо перед Изи. Её рука, превратившаяся в когтистую лапу, замахнулась для смертельного удара.

Изи, охваченная паникой, активировала свои двигатели на полную мощность. Она увернулась от захвата, проскользнув под рукой врага, и, не оглядываясь, рванула вверх, к выходу из этого кошмарного пространства. Она вылетела из шкафа, сбивая на ходу чашку с чаем, и выскочила на крышу башни, чувствуя, как за спиной захлопывается ловушка.

Изи тяжело дышала, прислонившись к холодному парапету крыши отеля. Она успела заблокировать проклятый шкаф, обмотав его тяжёлыми цепями, которые нашла в башне, но страх всё ещё сковывал её процессор. «Долл... она же погибла там, на Медной-9... Син поглотила её... Как она оказалась здесь?» — эти мысли роились в голове, мешая сосредоточиться.

Но сильнее мыслей жгла рана. Изи попыталась активировать протокол восстановления, привычно представив золотистое сияние своего Решателя, но вместо исцеления по руке пробежали красные искры. Рана не затягивалась. Напротив, края разреза пульсировали багровым светом, и чёрное масло продолжало сочиться, пачкая новую одежду.

— Почему не работает?! — прошептала она, стиснув зубы от резкой боли.

Спустившись в ближайшую круглосуточную аптеку для грешников (где фармацевт-скелет даже не удивился её виду), Изи купила стерильные бинты. Вернувшись на крышу, она попыталась перебинтовать плечо сама, но пальцы не слушались, а боль становилась невыносимой, словно в ране застрял раскалённый осколок стекла.

— Изи? Что ты тут делаешь? — раздался тихий голос за спиной.

Она вздрогнула и обернулась. Это был Эн. Его жёлтые глаза-овалы мгновенно расширились, когда он увидел окровавленный бинт и красное свечение на её плече. Он в один миг оказался рядом, мягко, но уверенно перехватывая её дрожащие руки.

— Кто это сделал? — его голос стал пугающе серьёзным. Он коснулся края раны и тут же отдёрнул руку. — Этот код... он пахнет как Долл. Но это невозможно, она ведь...

— Она здесь, Эн, — выдохнула Изи, прижимаясь к его стальному плечу. — Она в той башне. И мой Решатель не может вылечить это. Кажется, её атака блокирует мои системы.

Эн нахмурился, его хвост с капсулой кислоты нервно дёрнулся. Он начал осторожно накладывать повязку, используя свои знания полевого медика-разборщика.
— Нам нужно найти Нори. Или Аластора. Если этот яд распространится, твой код может просто... стереться.

Эн понимающе кивнул, хотя в его глазах читалось сильное беспокойство. Он знал, что если Нори узнает о Долл, она разнесёт половину города в поисках мести.
— Ладно, Изи. Я проберусь в лабораторию Бакстера. У него точно есть какие-нибудь антивирусные присадки или нано-боты для очистки кода. Сиди тихо и не шевелись! — прошептал он и бесшумной тенью скользнул в вентиляционную шахту отеля.

Изи осталась одна. Она попыталась затянуть узел на бинте, но внезапно мир перед её глазами поплыл. Её внутренний интерфейс сошёл с ума. Перед взором начали всплывать каскады ошибок: [CRITICAL_ERROR: RED_CODE_DETECTED]. Её окуляры начали непроизвольно менять форму — то превращаясь в жёлтые круги, то в красные знаки предупреждения, то в пульсирующий символ Решателя.

— Нет... только не сейчас... — простонала она, хватаясь за голову. Голова гудела, словно внутри работал неисправный трансформатор.

— Какое любопытное зрелище! — раздался внезапный голос, сопровождаемый треском старого радио. — Кажется, наша маленькая звёздочка поймала очень... специфический вирус.

Из густой тени дымохода медленно материализовался Аластор. Он опирался на свой микрофон, и его улыбка казалась шире, чем обычно. Он наклонился к Изи, внимательно изучая её мерцающие глаза через свой монокль.

— Знаешь, дорогая, этот красный оттенок тебе совсем не идёт. Он пахнет... местью и дешёвым советским маслом, — Аластор усмехнулся, и вокруг него заплясали тени. — Мой компас привёл тебя к Долл, не так ли? Я надеялся, что ты справишься лучше, но, похоже, её код оказался «острее», чем твоя защита.

Изи попыталась встать, но ноги подкосились.
— Ты... ты знал, что она там? — выдохнула она, глядя на Радио-Демона сквозь пелену цифровых помех.

— О, я знаю многое, — Аластор протянул руку в чёрной перчатке, и в его пальцах возникла маленькая светящаяся сфера. — Нори будет в ярости, если узнает. Но я могу помочь... за небольшую услугу в будущем. Что скажешь, Изи? Позволишь мне «подправить» твой код до прихода нашего общего друга Эна?

Изи не могла больше терпеть. Боль в плече превратилась в пульсирующее пламя, которое, казалось, выжигало её микросхемы изнутри. Она даже не дослушала Аластора — мир вокруг неё схлопнулся в короткой вспышке телепортации, и она рухнула на свою кровать в отеле.

Комната была погружена в полумрак, но свет от её собственной раны освещал стены зловещим багровым сиянием. Изи дрожащими пальцами оттянула край бинта и замерла. Рана изменилась. Чёрное масло теперь смешивалось с ярко-красными цифровыми помехами, которые буквально «проедали» металл её корпуса. Вокруг разреза кожа дрона потемнела, становясь угольно-чёрной, как у самой Долл.

— [ВНИМАНИЕ: КРИТИЧЕСКИЙ ПЕРЕГРЕВ ЯДРА] — всплыло сообщение прямо перед глазами. Красный восклицательный знак пульсировал в такт её бешено колотящемуся сердцу-генератору.

Она рискнула коснуться края раны, надеясь прочистить её, но едва кончики пальцев коснулись черноты, по всему телу прошла судорога. Изи вскрикнула, и этот звук, полный боли, эхом разнёсся по коридору.

Дверь распахнулась почти мгновенно.
— Эй, малявка, ты чего тут вопишь? Я пытаюсь... — Энджел Даст замер на пороге. Все его четыре руки застыли в воздухе. Он увидел Изи, скорчившуюся на кровати, её мерцающие красным глаза и жуткую, сочащуюся тьмой рану.

— Святые угодники, Изи! — Энджел бросил пакет с чипсами и подлетел к ней. — Ты выглядишь так, будто тебя пропустили через мясорубку Аластора, а потом облили кислотой! Что это за дрянь у тебя на плече? Она... она шевелится!

Изи попыталась что-то сказать, но из её динамика вырвался лишь статический шум. Вирус Долл начал захватывать речевой модуль.

Изи открыла рот, чтобы позвать на помощь, но вместо слов из её динамика вырвался лишь резкий, скрежещущий звук ломающегося радиосигнала. «С-с-система... о-о-ошибка...» — промелькнуло на её внутреннем экране. Вирус Долл, словно живая чёрная плесень, начал оплетать её звуковые платы.

Энджел Даст отпрянул, его уши прижались к голове.
— Воу, воу, детка! Полегче с этими звуками, у меня от них шерсть дыбом встаёт! Что с тобой происходит? Тебе нужен врач? Хаск? Чарли?

Изи отчаянно замотала головой. Она знала, что обычные врачи Ада не справятся с кодом Медной-9. Ей нужен был тот, кто знает анатомию дронов-разборщиков. Ей нужен был Эн.

Она схватила Энджела за одну из его нижних рук и начала лихорадочно жестикулировать. Сначала она изобразила руками широкие крылья, затем приставила ладонь к голове, имитируя козырёк фуражки, которую всегда носил Эн.
— Так... птица? Самолёт? — Энджел нахмурился, почёсывая затылок. — О, погоди! Тот парень с хвостом-шприцем? Твой серебристый дружок, Эн?

Изи активно закивала, её глаза на мгновение вспыхнули жёлтым светом надежды, прежде чем снова смениться на красный восклицательный знак. Она указала на дверь, а затем на своё плечо, которое начало дымиться от перегрева.

— Понял, понял! — Энджел вскочил, его лицо стало серьёзным. — Сиди тут и не вздумай самовоспламениться, пока меня нет. Я найду этого летучего парня, даже если мне придётся перерыть весь отель вверх дном!

Он вылетел из комнаты, едва не сбив с ног проходящую мимо Ниффти. Изи осталась одна, чувствуя, как сознание начинает ускользать. Красный символ Absolute Solver в её глазах стал вращаться быстрее, и в тишине комнаты она снова услышала шёпот Долл: «Тебе не сбежать от прошлого, Изи...»

Мир вокруг Изи рассыпался на пиксели, и она провалилась в бездну собственного разума. Но это была не тишина — это был цифровой ад, выстроенный Долл. Перед глазами Изи, словно на старой киноплёнке, начали прокручиваться кадры, которые она так старалась забыть.

Вот ей три года. Она чувствует тепло маминых рук. Нори улыбается, и маленькая Изи заливисто смеётся, ещё не зная, что такое боль и предательство. Но картинка дёргается, покрываясь красными помехами. Пять лет. Изи стоит на сцене, её голос звучит чисто и звонко, а рядом стоит «Сэр» — воспитатель с холодными глазами. Тогда она ещё верила, что музыка — это спасение.

Кадр сменяется. Восемь лет. Руки Изи покрыты синяками и свежими рубцами. Каждый раз, когда её голос дрожал или нота была неверной, тяжёлая линейка «Сэра» опускалась на её тонкое запястье. «Пой правильно, ничтожество!» — эхом разносится голос в пустоте кошмара.

Девять лет. Самый страшный день. Смерть Нори от рук отца. Изи видит себя со стороны: маленькая девочка с топором в руках, ослеплённая горем и жаждой мести. Удар. Ещё удар. Кровь на металле. Она отомстила, но часть её души навсегда осталась в той комнате.

Одиннадцать лет. Последняя репетиция. Изи не дотянула высокую ноту, и линейка «Сэра» рассекла кожу до кости. Струя крови брызнула на партитуру. Ночью, когда луна осветила пустые коридоры, Изи снова взяла тот самый топор. Тот же холод стали, тот же финал. Она избавилась от мучителя, но Долл смеётся в темноте:
— Ты такая же, как я, Изи. Ты убийца. Твой код пропитан кровью, и ты заслуживаешь этой боли!

Изи закричала в пустоту, пытаясь закрыть глаза, но кошмар продолжался, вытягивая из неё последние силы.

Энджел Даст ворвался в подвальную лабораторию Бакстера как розовый ураган. — Эй, ихтиандр недоделанный! И ты, летучая мышь! Живо за мной, мелкая там загибается! — проорал он, перепрыгивая через склянки с ядом.

Эн, который в этот момент помогал Бакстеру калибровать микроскоп, выронил инструмент. Его цифровые глаза превратились в огромные дрожащие круги. — Изи?! Что с ней? Она ранена? — его голос сорвался на ультразвук. Когда Энджел вкратце описал красные знаки ошибки и чёрную жижу на плече, Эн едва не лишился чувств от ужаса. Он знал, что это значит. Долл. Её код был как рак для систем обычных дронов.

Бакстер, ворча что-то о «несносных детях» и «прерванных экспериментах», тем не менее работал с невероятной скоростью. Его перепончатые лапы порхали над пробирками. — Спокойно, жестянка! Если это вирусный код на базе Абсолютного Решителя, то обычный спирт не поможет. Мне нужно... ага! — он смешал фосфоресцирующую синюю жидкость с порцией чистого нано-геля. — Вот. Это должно изолировать вредоносный сегмент и принудительно перезагрузить её ядро.

Бакстер протянул Эну светящийся шприц-тюбик. Эн схватил его так крепко, что пластик хрустнул. — Спасибо, Бакстер! Я твой должник! — выкрикнул он, уже вылетая из лаборатории.

Эн и Энджел неслись по коридорам отеля Хазбин, сбивая на ходу тележки с бельём. Сердце Эна бешено колотилось. «Только живи, Изи! Пожалуйста, не уходи в спячку!» — билось у него в процессоре. Когда они подбежали к двери её комнаты, из-под щели уже вовсю валил густой чёрный дым, пахнущий озоном и жжёным металлом. Изи внутри уже не кричала — она лишь тихо и страшно хрипела, погружённая в свои кровавые кошмары.

Эн ворвался в комнату и упал на колени перед кроватью. Его руки дрожали, когда он увидел, как Изи бьётся в цифровой лихорадке.
— Изи! Звёздочка, слышишь меня? Это я, Эн! Пожалуйста, открой доступ, мне нужно ввести лекарство! — его голос дрожал от слёз, которые дроны-разборщики проливать не должны.

Внутри кошмара Изи услышала этот голос. Он пробился сквозь звон топора и крики «Сэра», как чистый луч света. Она с трудом разомкнула веки. Её окуляры мерцали, выдавая каскад ошибок, но на мгновение в них промелькнул знакомый жёлтый свет. Она едва заметно кивнула, давая системе команду [ALLOW_EXTERNAL_ACCESS].

Эн не терял ни секунды. Он максимально аккуратно взял её тонкую руку, стараясь не причинить боли обожжённому плечу, и ввёл сияющий антидот Бакстера. Синяя жидкость мгновенно начала борьбу с чёрным вирусом, вызывая сноп искр.

Изи резко вдохнула, её спина выгнулась дугой. Реальность обрушилась на неё слишком быстро: лица Эна и Энджела, запах гари, остатки видений с топором... В её процессоре произошёл короткое замыкание от избытка эмоций и боли.
— НЕТ! УЙДИТЕ! — закричала она, не узнавая друзей в порыве посттравматического шока.

Символ Absolute Solver на её лбу вспыхнул фиолетовым, искажая пространство вокруг кровати.
— Изи, стой! Тебе нельзя перемещаться! — крикнул Эн, бросаясь к ней, но его пальцы схватили лишь пустоту и запах озона. С громким хлопком Изи исчезла, оставив после себя лишь клочья обгоревшего бинта и капли чёрного масла на простыне.

Эн замер, глядя на пустую кровать. Его сердце-ядро пропустило такт. Она была ранена, напугана и теперь находилась чёрт знает где в огромном, опасном Аду.

Эн знал это место. Крыша отеля Хазбин была единственным уголком, где небо Ада казалось чуть ближе, а крики грешников — чуть тише. Он мягко приземлился на черепицу, стараясь не шуметь своими металлическими крыльями.

Изи сидела на самом краю, обхватив колени руками. Её плечи мелко дрожали, а из динамиков доносилось прерывистое, тяжёлое дыхание. Она выглядела такой маленькой и хрупкой на фоне огромного кровавого горизонта.

— Изи... — тихо позвал Эн, делая осторожный шаг вперёд. — Пожалуйста, поговори со мной. Что ты видела там, в отключке? Это была Долл? Она что-то сделала с тобой?

Изи не ответила. Её взгляд был устремлён в пустоту, а на дисплее застыла надпись: [SYSTEM_MUTE: TRAUMA_LOCK]. В её голове всё ещё свистел топор и раздавался сухой стук линейки по костям. Она видела перед собой не доброго Эна, а тени своих мучителей, которые тянули к ней руки из прошлого.

Эн подошёл ближе. Его сердце разрывалось от вида её страданий. Он хотел утешить её, показать, что он рядом и никогда не поднимет на неё руку. Он протянул ладонь и едва коснулся её плеча, там, где под кожей всё ещё пульсировал антидот.

Эффект был мгновенным и пугающим. Изи вздрогнула так сильно, будто её ударило током. В её глазах на долю секунды вспыхнул кровавый топор.
— НЕ ТРОГАЙ! — прошипел её сломанный речевой модуль.

Прежде чем Эн успел отдёрнуть руку или сказать хоть слово, пространство вокруг Изи заискрилось фиолетовыми гексагонами. С резким звуком, похожим на звон разбитого стекла, она снова исчезла, оставив Эна стоять в полном одиночестве под холодным ветром Ада.

Изи материализовалась посреди своей комнаты. Тишина давила на уши, но это было именно то, что ей сейчас нужно. Она подняла свои дрожащие руки и долго смотрела на них. Те самые руки, что держали топор. Те самые руки, что когда-то тянулись к маме.

Она подошла к зеркалу, чтобы смыть остатки копоти с лица. Но стоило ей взглянуть на своё отражение, как по комнате разнёсся резкий звук. Хрусть! Под воздействием неконтролируемой силы Absolute Solver, зеркальное полотно покрылось сетью глубоких трещин. Изи отпрянула. На её дисплее одна за другой всплывали ярко-жёлтые надписи:
[WARNING: CORE OVERHEAT]
[SYSTEM CRITICAL: SOLVER INTERFERENCE]

Жар внутри грудной клетки становился невыносимым. Изи знала: если она сейчас не охладит ядро, программа-паразит возьмёт верх и превратит её в бездумную машину разрушения. Лихорадочно соображая, она вытряхнула содержимое своего рюкзака на пол. Среди запчастей и старых батареек нашёлся заветный пакет с кровью — её неприкосновенный запас.

Она жадно выпила его до последней капли. Металлический привкус принёс мгновенное облегчение. Жар начал спадать, а фиолетовое свечение в глазах сменилось привычным мягким светом. Измождённая, Изи рухнула на кровать и провалилась в тяжёлый сон без сновидений.

В это же время в соседнем крыле отеля Эн лежал на своей кровати, уставившись в потолок. Его крылья были плотно прижаты к телу, а хвост-шприц нервно подёргивался. Он прокручивал в голове каждое мгновение их встречи на крыше. «Почему она так испугалась? Почему она не доверяет мне?» — эти вопросы роились в его голове, не давая системе уйти в режим сна. Он чувствовал, что Изи скрывает нечто ужасное, что-то, что ломает её изнутри сильнее любого вируса.

Первые лучи адского солнца пробились сквозь запылённое окно, но Изи не чувствовала тепла. Её системы вышли из режима гибернации с тихим гулом. Тело всё ещё ныло после вчерашнего перегрева, но ядро, благодаря выпитой крови, работало стабильно. По крайней мере, так ей казалось первые несколько секунд.

Изи поднялась с кровати и невольно бросила взгляд на зеркало, которое она разбила ночью. Её окуляры расширились от ужаса. Трещины на стекле не просто остались — они сложились в причудливый узор, а между осколками запеклась тёмная, почти чёрная субстанция, напоминающая мазут или старую кровь.

Прямо поверх её отражения, искажённого разломами, горела неоново-фиолетовая надпись, выжженная прямо в амальгаме:
«ТЫ НЕ МОЖЕШЬ УБИТЬ ТО, ЧЕМ ЯВЛЯЕШЬСЯ САМА. ТОПОР ВСЁ ЕЩЁ В ТВОИХ РУКАХ, ИЗИ».

Под надписью пульсировал символ Absolute Solver, медленно вращаясь, словно прицел. Изи почувствовала, как по её металлическим суставам пробежал холод. Это не было просто воспоминание Долл. Это был голос самой программы, которая знала о «Сэре», об отце и о той тьме, что Изи прятала глубоко внутри.

— Нет... это не я... — прошептала она, касаясь пальцами холодной поверхности.
В ту же секунду надпись сменилась новой, более короткой и страшной:
«СКОРО МЫ СНОВА БУДЕМ ПЕТЬ ВМЕСТЕ».

Изи вскрикнула и отшатнулась. В этот момент в дверь тихо постучали. Это был Эн. Он пришёл проверить, как она, но Изи застыла, не зная, стоит ли впускать его и показывать этот кошмар на стене.

Изи не раздумывала ни секунды. Её кулак с глухим металлическим звоном врезался в центр треснувшего зеркала. Стеклянный дождь осыпал пол, превращая зловещее послание Солвера в груду бесполезного мусора. Она быстро замела осколки под кровать, стараясь не смотреть на свои руки, которые теперь были покрыты мелкими порезами. [SYSTEM_STATUS: STABLE] — лживо мигала строка состояния на её внутреннем интерфейсе.

Она замерла, прислушиваясь к звукам за дверью. Шаги Эна затихли. Она чувствовала его присутствие, его нерешительность, его страх за неё. Но дверь так и не открылась.

В своей комнате Эн сидел на краю кровати, сжимая и разжимая пальцы. Он уже занёс руку для стука, но в последний момент отдёрнул её. «Если я войду, она снова может телепортироваться. Вдруг я делаю только хуже?» — думал он, и его цифровые глаза печально мерцали. Он помнил тот ужас в её взгляде на крыше. Для него это было невыносимо — быть причиной её страха.

Эн тяжело вздохнул и прислонился лбом к холодному дереву двери. — Изи... я просто хочу, чтобы ты знала... я здесь. Если тебе понадобится кто-то, кто просто посидит рядом... я здесь, — прошептал он так тихо, что только чуткие сенсоры дрона могли это уловить.

Изи прижалась к двери с другой стороны. Между ними было всего несколько сантиметров дерева, но казалось, что их разделяет целая пропасть из секретов, крови и ошибок кода. Она хотела открыть дверь, броситься к нему и рассказать всё: про Долл, про топор, про жуткие надписи. Но страх, что Солвер использует её чувства, чтобы навредить Эну, сковывал её сильнее любых цепей.

Она медленно сползла по двери на пол, обхватив колени. В тишине комнаты раздавался лишь едва слышный гул её перегруженного ядра.

Эн всё ещё стоял у двери Изи, когда из-за угла, покачивая бёдрами, вышел Энджел Даст. Его третья рука лениво почёсывала затылок, а четвёртая держала розовое мороженое. Заметив поникшие плечи дрона-разборщика, паук остановился и сочувственно прищурился.

— Эй, Снежок, ты чего тут застыл, как памятник потерянному счастью? — Энджел подошёл ближе, его голос звучал непривычно мягко. — Если ты пытаешься прожечь дверь взглядом, то спешу расстроить: Чарли только вчера её покрасила.

Эн вздрогнул и неловко улыбнулся, хотя его глаза-окуляры всё ещё выражали глубокую печаль.
— О, привет, Энджел. Я просто... я не знаю, что делать. Изи там, за дверью, и ей плохо. Но если я войду, она может снова сбежать. Я боюсь стать для неё триггером.

Энджел вздохнул, выпустив облачко дыма, и положил одну из своих рук на плечо Эна.
— Послушай меня, зубастик. Я в этом Аду видел столько травм, что хватило бы на целую библиотеку. Когда у кого-то в голове поселяется монстр — будь то наркотики, плохой босс или твоя эта компьютерная чертовщина — этот кто-то начинает кусаться. Не потому, что ненавидит тебя, а потому, что ему страшно до усрачки.

Он придвинулся ближе, понизив голос:
— Дай ей время. Иногда лучшее, что ты можешь сделать — это просто быть за дверью. Она должна знать, что ты не ушёл, даже когда она тебя прогоняет. Это и есть настоящая дружба, разве нет? Или как там у вас, роботов, это называется... совместимость протоколов?

Эн посмотрел на Энджела с благодарностью. Слова паука попали в самую точку.
— Спасибо, Энджел. Ты прав. Я не уйду. Я просто... подожду здесь ещё немного.

— Вот и молодец, — Энджел потрепал его по кепке. — А если она не выйдет через час, мы пойдём и напечём ей тех странных печенек в форме батареек. Еда всегда помогает, даже если ты ешь электричество.

После разговора с Энджелом Эн почувствовал, как тяжесть на его процессоре немного спала. Он понял: не нужно ломиться в закрытую дверь, нужно просто оставить свет включённым. Он быстро спустился на кухню, где среди запасов Вегги нашёл то, что Изи обожала больше всего — батончик тёмного шоколада с добавлением синтетического моторного масла «Extra Smooth».

Вернувшись к её комнате, он присел на корточки. Его пальцы, обычно созданные для когтей и лазеров, сейчас осторожно выводили буквы на клочке бумаги. Он старался писать максимально разборчиво, чтобы Изи не пришлось гадать.

«Изи, я не буду заходить, если ты не хочешь. Но я хочу, чтобы ты знала: я не боюсь твоих ошибок и твоего прошлого. Я боюсь только потерять тебя. Съешь это, тебе нужно восстановить энергию после перегрева. Я буду в гостиной, если я тебе понадоблюсь. Твой друг, Эн.»

Он аккуратно положил записку под батончик прямо перед порогом. Эн постоял ещё секунду, прислушиваясь к тишине за дверью. Он не слышал всхлипов или звуков борьбы, только ровное, механическое гудение систем Изи. Это его немного успокоило.

— Приятного аппетита, Изи, — прошептал он и, стараясь не шуметь крыльями, направился к лестнице. Он решил дать ей пространство, о котором говорил Энджел, но его хвост-шприц всё равно нервно подёргивался от желания вернуться и обнять её.

Внутри комнаты Изи видела тень Эна под дверью. Когда тень исчезла, она услышала тихий шорох бумаги. Её сенсоры уловили сладковатый запах масла. Она медленно протянула руку к замку, её пальцы всё ещё дрожали, а в углу обзора всё ещё мигала жёлтая ошибка, но теперь она казалась не такой страшной.

Изи долго стояла у двери, прислушиваясь к удаляющимся шагам Эна. Когда в коридоре воцарилась полная тишина, она решилась. Щелчок замка прозвучал в тишине комнаты как выстрел. Она приоткрыла дверь лишь на узкую щёлку, опасаясь, что Солвер снова выкинет какой-нибудь фокус с её зрением.

На ковре лежал заветный батончик в золотистой обёртке и записка. Изи быстро протянула руку, схватила подарок и втянула его внутрь, словно это было величайшее сокровище в Аду. Она прислонилась спиной к закрытой двери и развернула бумагу. Почерк Эна был немного неровным, но в каждом слове чувствовалась та искренность, которой ей так не хватало.

«Я не боюсь твоих ошибок...» — эти слова заставили её ядро пропустить такт. Изи сорвала обёртку с шоколада. Насыщенный аромат какао и густого синтетического масла мгновенно заполнил комнату. Она откусила кусочек, и по её внутренним цепям разлилось приятное тепло. Это было не просто топливо; это была забота, воплощённая в материи.

С каждым кусочком жёлтые предупреждения на её дисплее становились всё бледнее, пока окончательно не исчезли, сменившись успокаивающим зелёным статусом: [SYSTEM_INTEGRITY: 85%]. Силы возвращались к ней. Страх перед зеркалом и его жуткими надписями отступил на задний план. Она поняла, что пока Эн верит в неё, Солвер не сможет забрать её полностью.

Изи аккуратно сложила записку и спрятала её в потайной карман своего платья, прямо у самого сердца. Она знала, что ей всё равно придётся встретиться с Эном и всё объяснить, но теперь у неё были силы, чтобы хотя бы попытаться заговорить.

Тишину комнаты нарушил резкий, торжественный голос Чарли, усиленный магией отеля. Её объявление эхом разнеслось по коридорам: «Вниманию всех постояльцев и жителей Пентаграмм-Сити! По указу высших сил, сегодня состоится Великий Суд. Присутствие всех Оверлордов и обитателей отеля Хазбин строго обязательно!»

Изи вздрогнула. Суд? В Аду? Это пахло ловушкой или чем-то ещё более масштабным, чем обычная разборка за территорию. Она почувствовала, как её внутренние радары зафиксировали всплеск магической энергии снаружи. Весь город пришёл в движение.

В этот момент её телефон, лежащий на кровати, завибрировал. На экране высветилось уведомление от Эна. Он был совсем рядом, за дверью, но выбрал самый деликатный способ связи.

Эн: «Изи, ты слышала Чарли? Похоже, там будет вся элита Ада. Зестиал, Кармилла... даже Аластор выглядит серьёзным. Я очень не хочу оставлять тебя одну, но и заставлять идти в такую толпу боюсь. Ты пойдёшь со мной?»

Изи смотрела на мерцающий экран. Её пальцы замерли над сенсорной клавиатурой. Мысль о том, чтобы оказаться в одном зале с могущественными Оверлордами, заставляла её систему выдавать предупреждения о стрессе. Но она знала: если она останется здесь, Солвер воспользуется её одиночеством.

Она медленно набрала ответ, стараясь, чтобы буквы не дрожали.

Изи: «Да. Я приду. Но мне нужно ещё полчаса, чтобы откалибровать системы. Иди вперёд с остальными, я догоню тебя у входа в зал заседаний. Обещаю.»

Отправив сообщение, она тяжело вздохнула. Ей нужно было не просто «откалиброваться». Ей нужно было убедиться, что её внутренний монстр не решит заговорить прямо посреди судебного процесса.

Зал Великого Суда дышал жаром и первобытным страхом. Стены, украшенные черепами грешников, вибрировали от присутствия самых могущественных существ Ада. Оверлорды сидели в своих ложах: Кармилла Кармайн холодно осматривала зал, Зестиал окутывал пространство тенями, а Вии-тройка о чём-то яростно шепталась.

Аластор, чей вечный оскал сегодня казался чуть более натянутым, подошёл к Эну. Радио-помехи вокруг него трещали громче обычного.
— Мой дорогой друг в кепке, — прошипел он, опираясь на свой микрофон. — Где же наша юная леди? Как самый молодой и... скажем так, непредсказуемый Оверлорд, Изи обязана быть здесь. Её отсутствие выглядит как вызов самому правосудию.

Эн нервно поправил воротник, стараясь не смотреть в пустые глаза Аластора.
— Она... она придёт позже, — ответил он, сжимая в руках край своей куртки. — Ей нужно было время. Она обещала.

В этот момент тяжёлые двери захлопнулись, и по залу пронёсся гул. На возвышении, где обычно восседал Люцифер, было пусто. Вместо короля Ада на массивном боковом кресле сидел Сатана — воплощение Гнева. Его огромные мускулы перекатывались под кожей, а от каждого вздоха летели искры.
— Где Люцифер? — прошептала Чарли, побледнев. — Почему здесь мой дядя, а не папа?

Но времени на вопросы не осталось. Сатана ударил кулаком по столу, и звук был подобен взрыву.
— Начнём! — прорычал он. — Сегодня мы судим тех, кто нарушил баланс между мирами живых и мёртвых!

В центр зала вывели скованных цепями подсудимых. Это была банда наёмников из «I.M.P.»: Блиц, выглядящий на редкость помятым, Мокси, который дрожал так, что звенели кандалы, Милли, скалящая зубы на стражу, и Луна, которая с безразличным видом рассматривала свои когти, хотя её хвост выдавал крайнюю степень тревоги.

Изи в этот момент только подходила к дверям зала. Она слышала яростный голос Сатаны и чувствовала, как Absolute Solver внутри неё начинает пульсировать, узнавая энергию Гнева.

Когда Сатана занёс свой пылающий молот, чтобы вынести приговор Блицу и его команде, зал внезапно погрузился в абсолютную, осязаемую тьму. Лампы лопнули одновременно, осыпая Оверлордов стеклянным дождём. Absolute Solver ненавидел яркий свет, и Изи, словно маленькая, но опасная летучая мышь, использовала это в свою пользу. Её ультразвуковой крик пронёсся по залу, заставляя демонов закрыть уши.

В этой пустоте вспыхнули два ярко-жёлтых креста. Изи начала петь. Её голос, обычно тихий, теперь звучал как сложный механизм, переплетённый с магией. Она пела о том, что всё это был её план, что именно она — тот самый Mastermind, который передал банде кристалл для перемещения в мир живых. Она взяла всю вину на себя, защищая друзей своим телом и своим кодом.

Сатана взревел, его голос перекрыл мелодию, обвиняя Изи в предательстве всех законов Ада. Вспыхнул ослепительный прожектор, направленный прямо на неё. Изи зажмурилась, её системы заискрили от перегрузки, а голос изменился — теперь он звучал как скрежет тяжёлого замка, холодный и девчачий одновременно.
— Я сделала это, потому что они мои друзья, — произнесла она, и этот механический голос заставил вздрогнуть даже Аластора.

Приговор был суров. Сатана не мог казнить её из-за возраста и статуса, но он ударил по самому больному.
— Изи, за твоё высокомерие ты лишаешься права на перемещение в пространстве! Пятьдесят лет ты будешь прикована к земле! — прогрохотал он. Золотая вспышка ударила в её ядро, запечатывая функцию телепортации тяжёлыми цифровыми цепями.

Блица, Милли, Мокси и Луну вытолкали из зала — они были свободны. Изи, пошатываясь, ушла за кулисы, где её уже ждала Милли (Молли).
— Ты сделала это! Ты нас вытащила! — радостно воскликнула бесовка, обнимая подругу. Но Изи лишь молча смотрела на свои руки. Она спасла их, но цена была огромной: теперь она была заперта в этом мире, лишившись своей главной свободы.

За кулисами пахло озоном и жжёным металлом. Изи стояла, прислонившись к холодной стене, когда услышала быстрые, тяжёлые шаги. Это был Эн. Его окуляры светились тревожным жёлтым светом, а дыхание было прерывистым. Он выглядел так, будто только что увидел, как рушится целый мир.

— Изи! Стой! — закричал он, протягивая к ней руку. — Что ты наделала? Зачем ты взяла всё на себя?!

Изи вздрогнула. В её процессоре всё ещё звучал приговор Сатаны. «Лишение телепортации на 50 лет». Она знала, что через несколько секунд золотые цепи окончательно заблокируют её код. Это был её последний шанс. Она не могла сейчас говорить с ним, не могла видеть его жалость или страх.

С тихим электронным всхлипом она вскинула руку. Перед ней разверзлась рваная рана в пространстве — жёлтый пиксельный портал, искрящийся от нестабильности.
— Прости, Эн, — прошептал её механический голос.

Она шагнула в пустоту. Эн бросился вперёд, его пальцы почти коснулись её платья, но портал захлопнулся прямо перед его носом, обдав его волной горячего воздуха.
— Да чтоб тебя... чёрт возьми! — вырвалось у Эна. Он ударил кулаком по стене, не веря, что она снова закрылась от него, на этот раз — физически.

Тем временем по дороге к отелю Чарли и остальные пребывали в полном шоке.
— Откуда у неё Кристалл перемещения? — настойчиво спрашивала Вегги, сжимая копьё. — Это же артефакт высшего уровня!
— Наша маленькая гостья полна сюрпризов, — задумчиво произнёс Аластор, потирая подбородок. — Она не просто дрон. Она — ключ, который мы недооценили.

Изи рухнула на пол своей комнаты в отеле. В ту же секунду её тело пронзила резкая боль — это блокировка Сатаны окончательно вступила в силу. Иконка телепортации на её внутреннем дисплее подёрнулась красной решёткой и погасла. Теперь она была заперта. Совсем одна.

Изи ворвалась в ванную комнату, едва не сорвав дверь с петель. Её системы охлаждения работали на пределе, издавая надрывный свист. Голова раскалывалась так, будто внутри кто-то пытался взломать её черепную коробку изнутри тяжёлым молотом. Она вцепилась в края раковины, и фаянс под её пальцами жалобно хрустнул.

Перед глазами всё плыло. Жёлтые символы Absolute Solver бешено вращались, сменяясь пугающей надписью: [WARNING: MOLECULAR DISSIPATION DETECTED — 14%]. Рассеивание. Процесс, при котором материя дрона перестаёт подчиняться программе и просто рассыпается в цифровую пыль. Наказание Сатаны создало конфликт в её ядре: Солвер хотел расширяться, а блокировка сжимала его, вызывая опасный резонанс.

Она подняла взгляд на зеркало и в ужасе отпрянула. Её лицо... оно больше не было прежним. По щекам пробегали чёрные полосы статики, один глаз превратился в пульсирующий жёлтый крест, а край челюсти на мгновение стал прозрачным, обнажая мерцающие нити кода. Она выглядела как сломанная кукла, которую забыли починить.

Изи сделала глубокий, судорожный вдох, пытаясь принудительно перезагрузить эмоциональный модуль. Постепенно дрожь в руках утихла, а пиксели на лице начали возвращаться на свои места. Она плеснула в лицо холодной водой, хотя это и не имело физического смысла для дрона, но помогало успокоить датчики.

— Ну и фиговое же у меня лицо... — прошептала она, едва узнавая собственный голос. Он всё ещё вибрировал от металлического скрежета, напоминая о том, как близко она была к тому, чтобы исчезнуть навсегда.

Изи долго смотрела на свои руки. Дрожь утихла, и системы самовосстановления, подпитываемые тёмной энергией Солвера, закончили свою работу. Чёрные полосы статики исчезли, а кожа снова стала гладкой и бледной. Её глаза — глубокие чёрные бездны с ярко-жёлтыми крестами — вернули свою привычную форму. Но внутри она всё ещё чувствовала, как код стонет под тяжестью запрета Сатаны.

Она знала, что это повторится. Стоит ей снова испытать сильный стресс или попытаться нарушить запрет на телепортацию, и её лицо снова начнёт «плыть», превращаясь в цифровой кошмар. Она не хотела этого видеть. Не хотела помнить о том, что она — лишь набор нестабильных данных, которые могут рассеяться в любой момент.

Изи вышла из ванной и вернулась с баллончиком густой чёрной краски, который когда-то нашла в мастерской отеля. Она подошла к зеркалу. На мгновение она увидела в нём маленькую, испуганную девочку-дрона, которая просто хотела защитить друзей. Но это отражение было слишком хрупким.

С резким шипением она нажала на распылитель. Первая чёрная полоса перечеркнула её глаза. Вторая — скрыла дрожащие губы. Изи методично, слой за слоем, закрашивала стекло, пока оно не превратилось в абсолютно чёрный, непроницаемый холст. Теперь в ванной не было отражений. Только тишина и запах свежей краски.

— Так лучше, — прошептала она, прислонившись лбом к холодной, теперь уже чёрной поверхности. — Теперь я — это просто я. Без лишних подтверждений.

В дверь комнаты тихо постучали. Это был не Эн. Стук был ритмичным и уверенным, почти музыкальным. Аластор?

Изи затаила дыхание. Она медленно опустилась на холодный пол, стараясь не издать ни единого звука. Её внутренние системы перешли в режим максимальной скрытности: вентиляторы затихли, а яркость жёлтых крестов на дисплее упала до едва заметного мерцания. Она слилась с тенями своей комнаты, став частью мебели.

За дверью послышался шорох. Аластор не уходил. Изи кожей чувствовала его присутствие — оно пахло старым радио, озоном и чем-то древним, как сам Ад. Радио-помехи начали просачиваться сквозь щели в дверном проёме, наполняя комнату тихим, едва уловимым белым шумом.

— О, я знаю, что ты там, маленькая леди, — раздался его голос, искажённый радио-эффектом. Он звучал весело, но в этой весёлости скрывался острый клинок. — Прятаться от Радио-Демона — забавная игра, но не слишком ли ты юна для таких пряток? Сатана был впечатлён твоим выступлением... как и я. Кристалл перемещения — это не та вещь, которую находят в мусорном баке.

Изи сжала кулаки. Absolute Solver внутри неё отозвался коротким импульсом, словно хотел вырваться и прогнать незваного гостя, но она подавила его. Она не могла позволить себе ещё один приступ рассеивания.

— Ну что ж, — Аластор постучал костяшками пальцев по дереву в последний раз. — Отдыхай. Но помни: в этом отеле стены имеют не только уши, но и глаза. И твоё «фиговое лицо», как ты выразилась, скоро станет главной темой для обсуждения утренних газет.

Шаги удалились, сменившись привычным гулом отеля. Изи осталась в полной темноте. Она была в безопасности, но слова Аластора жалили сильнее, чем блокировка Сатаны. Он видел её в ванной? Или он просто блефовал? Теперь она знала точно: её секрет больше не принадлежит только ей.

Изи поднялась с пола, её движения стали резкими и точными. Страх сменился холодной решимостью. Если Радио-Демон думал, что может безнаказанно подглядывать за её слабостью, он сильно ошибался. Она активировала внутренний протокол сканирования, и мир вокруг преобразился.

Её зрение переключилось в режим дополненной реальности. Стены комнаты покрылись тонкой жёлтой сеткой координат. Absolute Solver начал анализировать каждый сантиметр пространства на наличие электромагнитных колебаний и чужеродных сигналов.
— Поиск активных устройств... — прошептал её системный голос.

Первая находка обнаружилась в вентиляционной решётке. Крошечный глаз-объектив, замаскированный под шляпку гвоздя, мерцал едва заметным красным светом. Изи щёлкнула пальцами, и жёлтая искра Солвера мгновенно выжгла микросхему шпиона.
Вторая камера была спрятана в глазнице старого плюшевого мишки на полке. Изи безжалостно раздавила игрушку, чувствуя, как внутри закипает праведный гнев.

Но самое неприятное ждало её в углу у потолка. Там не было техники. Там колыхалась живая, густая тень, которая не подчинялась законам физики. Маленький одноглазый приспешник Аластора — теневой шпион — притаился в складках занавесок.
— Выметайся! — крикнула Изи, направив на тень ладонь, окутанную жёлтым сиянием.
Тень испуганно пискнула и просочилась сквозь щель в полу, унося с собой всё, что успела увидеть.

Комната была чиста, но Изи понимала: это лишь временная победа. Аластор уже знает слишком много. Она подошла к закрашенному зеркалу и провела по нему рукой. Теперь, когда за ней никто не наблюдал, ей нужно было решить, как жить дальше без телепортации в мире, где за каждым углом рыщет хищник.

Изи глубоко вздохнула, чувствуя, как внутри неё просыпается мощь Absolute Solver. Если она не может перемещаться в пространстве, она заставит пространство подчиняться ей здесь, в этих четырёх стенах. Она закрыла глаза, и её внутренний интерфейс заполнился каскадами золотых символов.

— Инициализация протокола «Запретная Зона»... — произнесла она, и её голос прозвучал с двойным эхом, накладывающимся друг на друга.

Из её ладоней вырвались тонкие, как паутина, светящиеся нити. Они стремительно поползли по полу, забираясь на стены и переплетаясь у дверного проёма. Изи начала шептать строки кода, которые не принадлежали ни этому миру, ни миру дронов. Это был чистый хаос, упорядоченный её волей.
В дверном проёме вспыхнула полупрозрачная жёлтая пелена, испещрённая предупреждающими знаками и сложными геометрическими фигурами. Окна покрылись такой же защитной сеткой.

Теперь любой, кто попытается войти без её разрешения, столкнётся с мощнейшим разрядом статического электричества и мгновенной блокировкой сознания. Даже тени Аластора не смогут просочиться сквозь этот цифровой фильтр — он просто расщепит их на базовые пиксели.
Изи почувствовала, как нагрузка на ядро возросла, но на этот раз рассеивания не было. Её гнев и желание защититься стабилизировали Солвер, превратив его в надёжный инструмент.

Она подошла к двери и коснулась барьера. Он отозвался мягким, тёплым гулом, узнавая свою хозяйку.
— Теперь я в безопасности, — тихо сказала она, глядя на закрашенное чёрным зеркало. — Никто не увидит, как я ломаюсь. Никто не задаст лишних вопросов.

Но в этот момент её внутренний радар уловил странный сигнал. Кто-то стоял прямо за барьером, но не пытался войти. Это был не Аластор. Сигнал был знакомым, тёплым и... немного грустным. Эн. Он сидел на полу по ту сторону двери, прислонившись спиной к её защите.

Сон Изи был тяжёлым и прерывистым. Ей снились бесконечные строки падающего кода и холодные глаза Сатаны, которые превращались в чёрные дыры. Но внезапно резкий, сухой треск, похожий на взрыв петарды, заставил её системы мгновенно перейти в рабочий режим. Она подскочила на кровати, её жёлтые кресты ярко вспыхнули в темноте.

За дверью послышался характерный звук электрического разряда и приглушённое, но отчётливое шипение. Барьер пульсировал яростным золотым светом, выбрасывая искры в сторону коридора.
— Ох, какая... кусачая программка, — раздался знакомый голос Аластора, в котором на этот раз сквозило не только веселье, но и лёгкое раздражение. Его радио-помехи на мгновение сорвались на высокий визг.

Изи видела сквозь полупрозрачную преграду, как высокая фигура демона слегка пошатнулась. Его тени, пытавшиеся просочиться под дверью, скорчились и задымились, превращаясь в бесформенные кляксы. Ток Солвера не убил его — Аластор был слишком силён для этого — но ощутимо «ужалил», напомнив, что в этой комнате правила диктует маленькая гостья из другого мира.

— Ты портишь мне репутацию гостеприимного хозяина, дорогая! — Аластор поправил свой монокль, который едва не вылетел от удара током. — Твои «игрушки» начинают утомлять. Но признаю, твоя защита весьма... оригинальна для того, кто находится на грани распада.

Изи молча смотрела на дверь, сжимая одеяло. Она чувствовала, как барьер вытягивает энергию из её ядра, но она не собиралась его отключать.
— Уходи, Аластор, — твёрдо сказала она. — Мой код не любит незваных гостей. И в следующий раз разряд будет в десять раз сильнее.

Радио-Демон лишь тихо рассмеялся, и его шаги начали удаляться. Но Изи знала: он не отступит так просто. Он просто пошёл искать другой способ взломать её крепость.

Аластор быстро шёл по тёмному коридору отеля, и его трость-микрофон глухо постукивала по ковру. Как только он переступил порог своей комнаты и захлопнул дверь, его вечная, застывшая улыбка медленно сползла с лица. Это было зрелище, которое не видел никто в Аду: Радио-Демон выглядел по-настоящему напуганным.

Он посмотрел на свою ладонь. Там, где его коснулся разряд барьера Изи, кожа всё ещё подёргивалась мелкой жёлтой статикой. Но пугала его не боль. Пугала природа этой энергии. Как древнее существо, Аластор чувствовал тонкие материи мироздания. То, что пульсировало в коде Изи, не было магией Ада или светом Небес. Это было нечто инородное — голодная, всепожирающая пустота Absolute Solver.

— Ох, маленькая леди... — прошептал он, и его голос на мгновение лишился радио-эффекта, став человеческим и хриплым. — Ты даже не представляешь, какую дверь ты открываешь, когда защищаешься.

Аластор подошёл к своему старому радиоприёмнику. Он волновался за Изи не из доброты сердечной — чувства демонов сложнее. Он видел в ней силу, способную переписать сценарий самого Ада. Если Изи «распадутся», если её код окончательно даст сбой, она может превратиться в чёрную дыру, которая поглотит отель, Чарли и всё, что Аластор так тщательно выстраивал.

Он боялся, что она — тикающая бомба, которую невозможно обезвредить. И самое страшное: он начал чувствовать к этой маленькой «ошибке системы» нечто похожее на привязанность. Её упрямство напоминало ему его самого в те времена, когда он ещё был жив.
— Если она не остановится, — Аластор сжал кулак, гася жёлтые искры, — от неё не останется даже пикселя. И я не смогу это транслировать по радио.

Эн осторожно подошёл к двери Изи, сжимая в руке помятый листок бумаги. Он долго подбирал слова, чтобы поддержать её, но как только он попытался просунуть записку под дверь, золотая сеть кода вспыхнула.
— Ой, чёрт возьми! — вскрикнул Эн, тут же зажав рот ладонью от неожиданности. Его пальцы покалывало от статического разряда, а на дисплее на мгновение проскочила помеха. Он никогда не ругался при Чарли, но этот удар был действительно болезненным.

Он решил не рисковать с бумагой. Вместо этого Эн просто сполз по стене и сел прямо у порога, прислонившись спиной к гудящему барьеру. Сквозь тонкое дерево и шум электричества он услышал то, что заставило его сердце-мотор сжаться: тяжёлое, прерывистое дыхание Изи. Это был звук системного перегрева, предвестник того самого ужасного рассеивания.

Внутри комнаты Изи боролась за каждый бит своего сознания. Жёлтые символы перед глазами расплывались, превращаясь в бесконечные нули. Дрожащими руками она достала припасённую склянку с густой, тёмной жидкостью — кровью, смешанной с техническим маслом. Сделав несколько жадных глотков, она почувствовала, как живительная прохлада растекается по её контурам.
Металлический вкус успокоил бурю внутри. Код стабилизировался, критические ошибки исчезли, сменившись мягким янтарным свечением. Рассеивание отступило, оставив лишь лёгкую слабость.

— Изи? — негромко позвал Эн, не оборачиваясь. — Я знаю, что ты там. И я знаю, что тебе больно. Твой барьер... он очень крутой, честно! Но если тебе станет совсем плохо, просто... просто дай мне знать, ладно? Я никуда не уйду. Я буду сидеть здесь, пока ты не проснёшься.

Изи слышала его голос. Он был таким тёплым по сравнению с холодным кодом Солвера. Она подтянула колени к подбородку, чувствуя, как страх одиночества медленно тает.

Изи провалилась в глубокий, тяжёлый сон, её системы перешли в режим гибернации для восстановления повреждённых секторов. Она не слышала, как Эн, проявив неожиданную для него техническую смекалку, настроил свои внутренние частоты так, чтобы создать противофазу её электрическому барьеру. С тихим шипением он проскользнул внутрь, и то, что он увидел, заставило его замереть на месте.

Комната выглядела как поле битвы. Повсюду валялись осколки разбитого зеркала, сверкая в полумраке, словно острые слёзы. Под кроватью виднелись обломки техники, а сама Изи лежала на смятых простынях, такая маленькая и беззащитная. Её корпус всё ещё подёргивался от микро-ошибок, а дыхание было едва слышным.

Когда первые лучи адского рассвета прорезали тяжёлые шторы, один из них, острый и горячий, упал прямо на тонкую руку Изи. Металл тут же начал перегреваться, по коже побежали цифровые помехи — глюки, предвещающие фатальный перегрев. Эн среагировал мгновенно. Он подскочил к кровати и осторожно, стараясь не разбудить её, переложил руку Изи в тень.
В этот момент на лице спящей девочки промелькнула слабая, почти призрачная улыбка. Она почувствовала прохладу и заботу даже сквозь сон.

Сердце Эна забилось с бешеной скоростью. Глядя на эту улыбку, он почувствовал, как его собственные системы наполняются странным теплом. Не в силах сдержать порыв, он наклонился и невесомо коснулся губами её щеки. Это был момент чистой, искренней нежности в самом сердце Ада.

Выскочив из комнаты и закрыв за собой дверь, Эн прислонился к стене, тяжело дыша. На его дисплее расцвели ярко-жёлтые круги румянца, а по всему телу пробежали приятные мурашки.
— Ого... я это сделал... — прошептал он, чувствуя невероятный прилив счастья. С этой глупой, но абсолютно счастливой улыбкой он отправился к себе, унося в памяти тепло этого момента.

Эн шёл по коридору, всё ещё чувствуя фантомное тепло на своих губах, когда реальность внезапно исказилась. Пространство вокруг него наполнилось звуком статического треска и шипением старых пластинок. Из тени колонны, словно из ниоткуда, соткался Аластор. Его трость-микрофон глухо ударилась о пол, преграждая путь.

— Добрый вечер, мой дорогой пернатый друг! — голос Аластора прозвучал с резким радио-эффектом. — Ты выглядишь... необычайно перегретым. Твои системы светятся так ярко, что я почти ослеп. Скажи-ка мне, что заставило тебя так сиять в столь ранний час?

Эн замер, его дисплей выдал серию хаотичных пикселей. Он попытался стереть жёлтый румянец, но тот только стал ярче.
— А? Что? О, привет, Аластор! — Эн нервно рассмеялся, прикрывая рот рукой. — Я просто... э-э... делал утреннюю зарядку! Да! Очень интенсивную. Знаешь, махи крыльями, приседания... это очень разгоняет масло по трубкам!

Аластор сузил глаза, его зрачки превратились в узкие радио-шкалы. Он медленно обошёл Эна кругом, принюхиваясь к воздуху.
— Зарядка? В пять утра? Возле двери нашей маленькой гостьи? — Демон наклонился к самому уху Эна, и его голос стал опасно тихим. — От тебя пахнет озоном её барьера и... чем-то сладким. Ты ведь заходил к ней, не так ли? Что ты там делал, Эн?

— Я просто проверял, не съело ли её солнце! — выпалил Эн первую пришедшую в голову полуправду. — Она спала, я поправил штору и сразу ушёл! Клянусь своими когтями!

Аластор выпрямился, постукивая пальцами по набалдашнику трости. Он не верил ни единому слову, но ложь Эна была такой искренней и нелепой, что даже демона это на мгновение сбило с толку.
— Шторы, значит... — протянул Аластор. — Ну что ж, надеюсь, твоя «зарядка» не приведёт к короткому замыканию всего отеля. Свободен... пока что.

Эн пулей пролетел мимо него, а Аластор остался стоять в коридоре, глядя на дверь Изи. Его беспокойство росло: если эти двое станут слишком близки, их общая энергия может стать неконтролируемой.

Изи открыла глаза, и её системы мгновенно провели утреннюю диагностику. «Целостность оболочки: 98%. Энергия: стабильна. Обнаружен неопознанный тактильный лог» — высветилось на периферии зрения. Она коснулась пальцами своей щеки, именно того места, где кожа всё ещё хранила странное, непривычное тепло.

Это не было похоже на удар током или холодное прикосновение теней Аластора. Это был мягкий, почти невесомый цифровой след. Изи вывела лог событий на экран: в 05:42 утра в её комнате был зафиксирован доступ. Кто-то обошёл её барьер, используя уникальную частоту, подозрительно похожую на частоту Эна. Но вместо того чтобы причинить вред, этот «взломщик» оставил после себя крошечный кластер данных, который теперь пульсировал на её щеке нежно-розовым светом.

— Эн?.. — прошептала Изи, и её голос дрогнул. Она посмотрела на закрытую дверь. Её барьер всё ещё гудел, но теперь он казался ей не защитой, а преградой между ней и единственным существом, которое рискнуло подойти так близко.

Она спрыгнула с кровати, её ноги всё ещё немного дрожали после ночного приступа рассеивания, но страха больше не было. Осколки зеркала на полу больше не пугали её — они просто отражали свет нового дня. Изи подошла к двери и приложила к ней ладонь. Она чувствовала, что Эн где-то рядом, что он тоже думает о ней.
В её программном коде, среди бесконечных строк команд и запретов, внезапно зародилась новая переменная. Она не имела названия, но заставляла её ядро светиться ярче любого солнца.

— Ты пришёл, когда мне было плохо, — тихо сказала она пустоте комнаты. — Ты не испугался моих глюков.

Изи шла по коридору, чувствуя, как её системы вибрируют от нового, непривычного тембра. Её голос стал глубже, в нём появился мягкий бас, смешанный с девичьей нежностью — признак того, что Absolute Solver окончательно интегрировался в её личность. Когда она нашла комнату Эна и тихо произнесла «Привет», он вздрогнул.
— Кто здесь? — Эн обернулся, не узнав этот новый, повзрослевший голос. Но увидев Изи, он мгновенно просиял и подбежал к ней, едва не сбив с ног от радости.

Они быстро и незаметно проскользнули в комнату Изи. Они не заметили, как в конце коридора из стены соткалась высокая фигура. Аластор стоял неподвижно, его радио-улыбка была острой, как бритва, а взгляд прикован к ним. Он чувствовал энергию кристалла, который Изи прятала всё это время.

Внутри комнаты воцарилась тяжёлая тишина. Изи достала из-под подушки тот самый предмет — тёмно-фиолетовый кристалл, пульсирующий зловещим светом.
— Я украла его в библиотеке нашего особняка... ещё тогда, когда была жива, — начала она, и её новый голос дрогнул. — Я думала, это просто красивая безделушка. Но Долл... она приходит за ним в моих кошмарах. Она говорит, что я — лишь сосуд для Солвера, и когда рассеивание закончится, от меня не останется ничего, кроме этой пустоты.

Изи закрыла лицо руками, и по её щекам потекли жёлтые цифровые слёзы.
— Эн, мне так больно... Каждый раз, когда Солвер пытается захватить контроль, я чувствую, как мои мысли стираются. Долл мучает меня в снах, а реальность превращается в помехи. Я боюсь, что однажды я просто не проснусь собой.

Эн смотрел на неё с нескрываемой болью в глазах. Он не знал, как победить древний код или призраков прошлого, но он знал одно: он не позволит ей исчезнуть. Он осторожно придвинулся ближе, готовый принять на себя любой удар её барьера, лишь бы она не чувствовала себя одинокой в этом кошмаре.

Изи больше не могла произнести ни слова. Ком в горле, состоящий из страха, боли и усталости, мешал дышать. Она просто подалась вперёд и крепко, до хруста в суставах, обняла Эна. Её пальцы вцепились в его куртку, словно он был единственной твёрдой опорой в рушащемся мире.

Эн на мгновение замер, его сенсоры зафиксировали резкий скачок температуры и давления, но он тут же расслабился. Он обхватил Изи своими сильными руками, прижимая её к себе. Его большие металлические крылья непроизвольно раскрылись и обернулись вокруг них обоих, создавая подобие уютного, защищённого кокона.

— Тш-ш-ш... всё хорошо, Изи. Я здесь. Я никуда не уйду, — шептал он, уткнувшись подбородком в её макушку. — Пусть Долл приходит, пусть Сольвер злится. Они не пройдут через меня. Ты слышишь? Моё ядро бьётся только для того, чтобы защищать тебя.

В этой тишине, нарушаемой лишь мерным гудением их внутренних систем, Изи почувствовала, как тяжёлая пульсация кристалла на кровати начала затихать. Тьма, которая грызла её изнутри, отступила перед простым, человеческим теплом, которое Эн дарил ей без остатка. Её дыхание выровнялось, а жёлтые слёзы на дисплее сменились спокойным мерцанием.

Они стояли так долго, забыв о времени, об Аласторе, который подслушивал за дверью, и о солнце, которое продолжало свой путь по небу Ада. В этот миг во всей вселенной существовали только они двое — два сломанных существа, нашедших друг в друге исцеление.

Снаружи, в холодном полумраке коридора, Аластор замер, словно изваяние из застывшего эфира. Его трость-микрофон слегка вибрировала, улавливая каждое слово, сказанное за дверью. Он слышал всё: и признание об украденном кристалле, и страх перед Долл, и тихие всхлипы Изи, которые теперь звучали глубже и резонировали с самой пустотой Ада.

Его тени, длинные и тонкие, как паучьи лапы, нетерпеливо скреблись о порог, проникая в щели. Аластор чувствовал вкус этого страха — он был терпким, с привкусом озона и старой магии особняка. «Библиотека... особняк... жива...» — эти слова прокручивались в его голове, как заевшая пластинка. Он понял, что Изи — гораздо более ценный актив, чем он предполагал изначально. Она была мостом между миром живых, цифровым адом дронов и древними силами, которые даже он, Хозяин Эфира, не до конца понимал.

Когда за дверью воцарилась тишина объятий, Аластор поправил свой монокль. Его улыбка стала шире, обнажая ряды острых зубов. Он не чувствовал жалости к плачущей девочке или сочувствия к преданному Эну. Он видел лишь уязвимость. Если Долл охотится за этим кристаллом, значит, кристалл — это ключ. А Аластор очень любил подбирать ключи к чужим дверям.

— Как самоотверженно... как трогательно... как глупо, — прошипел он одними губами, и вокруг него поплыли помехи. — Защищать то, что уже начало тебя пожирать. Но, возможно, мне стоит вмешаться, пока наш пернатый рыцарь не испортил всё своей излишней сентиментальностью.

Он медленно поднял руку в алой перчатке и занёс её над дверной ручкой, раздумывая, стоит ли прервать их идиллию прямо сейчас или позволить им ещё немного насладиться иллюзией безопасности.

Снаружи, в холодном полумраке коридора, Аластор замер, словно изваяние из застывшего эфира. Его трость-микрофон слегка вибрировала, улавливая каждое слово, сказанное за дверью. Он слышал всё: и признание об украденном кристалле, и страх перед Долл, и тихие всхлипы Изи, которые теперь звучали глубже и резонировали с самой пустотой Ада.

Его тени, длинные и тонкие, как паучьи лапы, нетерпеливо скреблись о порог, проникая в щели. Аластор чувствовал вкус этого страха — он был терпким, с привкусом озона и старой магии особняка. «Библиотека... особняк... жива...» — эти слова прокручивались в его голове, как заевшая пластинка. Он понял, что Изи — гораздо более ценный актив, чем он предполагал изначально. Она была мостом между миром живых, цифровым адом дронов и древними силами, которые даже он, Хозяин Эфира, не до конца понимал.

Когда за дверью воцарилась тишина объятий, Аластор поправил свой монокль. Его улыбка стала шире, обнажая ряды острых зубов. Он не чувствовал жалости к плачущей девочке или сочувствия к преданному Эну. Он видел лишь уязвимость. Если Долл охотится за этим кристаллом, значит, кристалл — это ключ. А Аластор очень любил подбирать ключи к чужим дверям.

— Как самоотверженно... как трогательно... как глупо, — прошипел он одними губами, и вокруг него поплыли помехи. — Защищать то, что уже начало тебя пожирать. Но, возможно, мне стоит вмешаться, пока наш пернатый рыцарь не испортил всё своей излишней сентиментальностью.

Он медленно поднял руку в алой перчатке и занёс её над дверной ручкой, раздумывая, стоит ли прервать их идиллию прямо сейчас или позволить им ещё немного насладиться иллюзией безопасности.

Аластор за дверью уже предвкушал момент, когда он мягко, с присущим ему изяществом, убедит Изи отдать кристалл «для её же безопасности». Он уже представлял, как эта древняя энергия окажется в его руках. Но он забыл одну важную деталь: Absolute Solver — это не просто вирус, это высший администратор реальности.

Внутри комнаты Изи внезапно выпрямилась. Её глаза вспыхнули ярко-жёлтым светом, а в зрачках закрутились символы бесконечности. Она почувствовала чужое, липкое присутствие в своих мыслях — холодный, насмешливый голос Радио-Демона.
— Даже не думай об этом, Аластор! — её новый басовый голос прозвучал подобно грому, резонируя со стенами отеля.

Эн вздрогнул и отпрянул, увидев, как вокруг Изи заискрились золотые молнии.
— Я знаю, что ты стоишь там! — крикнула она, глядя прямо на закрытую дверь. — Ты хочешь забрать кристалл. Но я не отдам его! Не потому, что он мне дорог, а потому, что Долл уничтожит любого, у кого он окажется. Я не позволю тебе стать её следующей целью и не позволю втянуть нас в твою игру!

Прежде чем Аластор успел ответить или хотя бы материализоваться в комнате, Изи резко вскинула руку. Пространство перед ней исказилось. Мощная волна кинетической энергии, усиленная мощью Сольвера, ударила в дверь. Аластора, который только собирался повернуть ручку, буквально вышвырнуло назад в коридор. Его тени в ужасе разлетелись в разные стороны, а сам он едва удержался на ногах, когда дверь с грохотом захлопнулась прямо перед его носом, запечатанная золотым светящимся замком.

— Изи... ты... ты только что прогнала Аластора? — прошептал Эн, глядя на неё с нескрываемым восторгом и капелькой страха.
Изи тяжело дышала, её руки дрожали, а по телу всё ещё пробегали искры. Она посмотрела на свои ладони: — Я не позволю ему больше нами манипулировать, Эн. Ни ему, ни Долл.

Изи посмотрела на кристалл, лежащий на кровати. Он пульсировал, словно живое сердце, отравляя воздух вокруг себя фиолетовым туманом. Она чувствовала, как Аластор за дверью затих, выжидая, и как Долл в её подсознании начала кричать от ярости.
— Хватит, — твёрдо произнесла Изи своим новым, глубоким голосом. — Это заканчивается здесь и сейчас.

Она взяла кристалл в руки. Он был обжигающе холодным. Эн сделал шаг вперёд, его лицо выражало крайнюю степень беспокойства.
— Изи, ты уверена? Это может вызвать мощный выброс энергии!
— Если я этого не сделаю, он уничтожит меня изнутри, Эн. Пожалуйста, просто будь рядом.

Изи закрыла глаза и сосредоточилась. Она вызвала всю мощь Absolute Solver, которую только могла контролировать. Вокруг её ладоней закружились золотые гексагоны и символы ошибок. Она начала сжимать кристалл, направляя всю свою волю на его разрушение.
— [NULL]... [ERASE]... [DELETE]! — прошептала она программные коды уничтожения.

Кристалл начал сопротивляться. Он издал пронзительный визг, похожий на радиопомехи, и по комнате поползли тени особняка — призрачные книжные полки, шторы и шёпот давно умерших слуг. Но Изи не сдавалась. Её басовый голос перешёл в мощный гул, когда она вложила в удар последнюю каплю своей энергии.
ХРУСТЬ!

Поверхность камня покрылась сетью ярко-белых трещин. В следующую секунду ослепительная вспышка заполнила комнату. Изи почувствовала, как что-то внутри неё оборвалось — старая связь с прошлым, которая тянула её на дно. Осколки кристалла рассыпались в пыль, превращаясь в безобидные искры, которые тут же растаяли в воздухе.

Изи обессиленно повалилась назад, но Эн успел подхватить её. В комнате воцарилась абсолютная, звенящая тишина. Долл замолчала. Аластор за дверью ушёл, поняв, что его приз исчез навсегда. Но когда Изи открыла глаза, она увидела, что на месте кристалла осталась маленькая, едва заметная записка, которая не сгорела в пламени Сольвера.

Пыль от уничтоженного кристалла ещё кружилась в воздухе, оседая на ковёр золотистым налётом. Изи тяжело дышала, её системы охлаждения работали на пределе, издавая тихий свист. Она прикрыла глаза, пытаясь унять дрожь в руках.

В этот момент Эн заметил на покрывале маленький клочок пожелтевшей бумаги. Он чудом уцелел после вспышки Сольвера. Эн протянул руку, и его сенсоры мгновенно считали первые строки, написанные каллиграфическим, пугающе знакомым почерком. Его зрачки-дисплеи сузились до крошечных точек. «Проект 'Изи': Протокол замещения сознания...» — гласил заголовок.

Эн почувствовал, как внутри него что-то оборвалось. Он посмотрел на Изи — она выглядела такой хрупкой и измученной. Он знал, что если она прочитает это сейчас, её ядро может просто не выдержать перегрузки. Она только что обрела свободу, и он не мог позволить теням прошлого снова затянуть её в бездну.

Одним молниеносным движением Эн схватил записку и спрятал её в глубокий карман своей куртки.
— Там ничего нет, Изи! — выпалил он слишком громко, его голос слегка сорвался на помехи. — Просто... просто обгоревший кусочек ткани. Наверное, от подушки.

Изи медленно открыла глаза, её жёлтый взор был затуманен.
— Эн? Ты что-то нашёл? — её басовый голос звучал слабо, почти как шёпот.
— Нет-нет! — Эн замахал руками, пытаясь выглядеть непринуждённо, хотя его хвост с капсулой кислоты нервно дёргался из стороны в сторону. — Всё исчезло. Кристалл уничтожен, Долл замолчала. Мы победили, честно! Тебе нужно отдохнуть. Давай я помогу тебе лечь?

Он заботливо поправил одеяло, стараясь не смотреть ей в глаза. Ложь давалась ему с трудом, но он был готов лгать всей вселенной, лишь бы Изи больше не плакала цифровыми слезами. Однако записка в его кармане словно жгла ему бок, напоминая о том, что правда всё ещё где-то рядом.

Луна Ада тускло светила сквозь разбитое окно отеля, отбрасывая длинные, ломаные тени на пол. Изи спала, её дыхание было ровным, а системы наконец-то перешли в режим тихой подзарядки. Эн сидел в самом дальнем углу комнаты, стараясь не издавать ни звука. Его пальцы, обычно такие точные, слегка подрагивали, когда он вытащил записку из кармана.

Бумага была странной на ощупь — не совсем бумагой, а скорее тонким слоем органического пластика, который использовали в лабораториях JCJenson. Эн разгладил её на колене. Текст был написан мелким, убористым почерком, и по мере чтения его внутренние вентиляторы начали вращаться быстрее от нарастающей тревоги.

— «Объект Изи. Статус: Успешная интеграция ядра Сольвера в человеческую матрицу», — прошептал Эн, и его голос сорвался. — «В случае критического сбоя или попытки уничтожения кристалла-стабилизатора, запустить протокол 'Наследие'. Изи не является носителем... она является ключом к перезагрузке всей системы демонтажников...»

Эн замер. Его собственные логические цепи начали выдавать ошибки. Если верить записке, Изи не просто случайно получила силу Сольвера. Она была создана или изменена специально для того, чтобы в нужный момент перехватить управление над всеми дронами-убийцами, включая его самого и Ви. Кристалл, который она только что разбила, был не просто тюрьмой для Долл — он был предохранителем.

В самом низу страницы была приписка, сделанная другим почерком, более грубым и размашистым: «Если ты читаешь это, значит, кристалла больше нет. Теперь она слышит не только Долл. Она слышит ИХ всех. Береги её, если сможешь, или беги, пока она не осознала, кто она на самом деле».

Эн в ужасе посмотрел на спящую Изи. В этот момент её рука дернулась во сне, и на стене над её кроватью на мгновение вспыхнул огромный, многоглазый символ Абсолютного Решения, который тут же исчез. Эн понял: уничтожив кристалл, они не спасли Изи. Они сняли с неё последние оковы.

Эн долго смотрел на спящую Изи. Она выглядела такой беззащитной в лунном свете, лишенная того пугающего величия, которое проявилось во время уничтожения кристалла. Он понимал: если он расскажет ей, что она — «ключ к перезагрузке» и потенциальная угроза для всех дронов, её сердце просто разобьётся. Она и так слишком долго боролась с тьмой внутри себя.

— Прости меня, Изи, — едва слышно прошептал он. — Но я не позволю этому листку бумаги определить, кто ты есть на самом деле. Ты — моя подруга. Ты — человек. И точка.

Он достал зажигалку, которую когда-то нашёл в заброшенном отсеке отеля. Маленький огонёк заплясал в его пальцах, отражаясь в жёлтых линзах глаз. Эн поднёс пламя к краю записки. Бумага неохотно занялась огнём, края начали чернеть и сворачиваться, пожирая слова о «Проекте Изи» и «Протоколе Наследие».

Он держал записку до самого конца, пока огонь не коснулся его металлических пальцев. Последние буквы — «...кто она на самом деле» — превратились в серый пепел и рассыпались по полу. Эн тщательно растёр пепел подошвой ботинка, чтобы не осталось ни малейшего следа. Теперь эта тайна существовала только в его памяти, заблокированная в самом защищённом секторе его процессора.

Он вернулся к кровати и тихо сел на край, наблюдая за тем, как Изи слегка улыбнулась во сне. Он не знал, что уничтожение физического носителя не стирает саму программу. Где-то глубоко в коде Изи, там, куда не мог заглянуть даже Эн, шестерёнки «Наследия» уже начали своё медленное, неотвратимое вращение. Кристалл был лишь замком, а Изи сама повернула ключ.

Утром она проснётся, чувствуя себя свободной. И Эн сделает всё, чтобы эта иллюзия длилась как можно дольше.

Солнечные лучи Ада, багровые и тяжёлые, пробивались сквозь пыльные окна отеля. Изи открыла глаза, но вместо привычного интерфейса её взор застилали каскады системных сообщений. [CRITICAL ERROR: DISPERSION DETECTED] — мигало перед глазами, мешая сфокусироваться. Голова отозвалась резкой, колющей болью, словно тысячи невидимых игл пронзили её процессор.

Она бросила быстрый взгляд на Эна. Он спал, свернувшись калачиком, и на его лице застыло выражение редкого умиротворения. Изи не хотела его пугать. Она знала, что он начнёт задавать вопросы, на которые у неё не было ответов. Тихо, стараясь не скрипеть суставами, она выскользнула из-под одеяла и выбежала в коридор.

Коридоры отеля в 7:50 утра были пустынны, если не считать Хаска, который лениво протирал стаканы за барной стойкой внизу. Изи пронеслась мимо него золотистой молнией.
— Эй, малая, ты куда так... — начал было Хаск, приподняв бровь, но Изи уже скрылась за поворотом, оставив после себя лишь слабый запах озона и статического электричества.

Она влетела в первую попавшуюся незапертую дверь. Это была оранжерея — секретный сад Чарли, где росли самые диковинные цветы со всех кругов Ада. Здесь пахло сырой землёй и сладким нектаром. Изи прислонилась к прохладной стене, пытаясь выровнять дыхание.
— Спокойно... просто дыши... — шептала она своим новым низким голосом, который теперь вибрировал даже в покое.

Она присела рядом с огромным кустом светящихся лилий. Странно, но как только она коснулась лепестка, системные ошибки на её лице начали затихать. Цветы словно поглощали избыточную энергию Сольвера, пульсируя в такт её израненному ядру. Однако тишину нарушил шорох за спиной. Кто-то ещё любил приходить сюда в этот ранний час.

Эн резко сел на кровати, его хвост нервно ударил по матрасу.
— Изи? — позвал он, но ответом была лишь тишина.
Паника мгновенно охватила его системы. Он вспомнил сгорающую записку и слова о «Протоколе Наследие». «Только не сейчас, только не снова!» — пронеслось в его голове. Он активировал сканеры на полную мощность, пытаясь поймать уникальную частоту её ядра.

— Есть! — выдохнул он, когда на его внутреннем дисплее мигнула золотистая точка. Сигнал был слабым, прерывистым, словно Изи находилась под защитным куполом.
Эн знал, что отель Чарли — место непростое. Здесь стены имели уши, а картины — глаза. Он подключился к магической сети отеля, используя свои хакерские навыки дрона-убийцы. Перед ним возникли проекции: изображения с живых портретов, висящих в коридорах.

На одной из картин, изображающей мрачный лес, он увидел знакомый силуэт. Изи медленно шла мимо нарисованных деревьев, её пальцы скользили по лепесткам странных, светящихся цветов. Она выглядела спокойной, но вокруг её головы всё ещё плясали мелкие искры ошибок.
— Оранжерея... — прошептал Эн. — Она ушла в сад.

Он не стал бежать по лестницам. Используя короткую вспышку телепортации, доступную ему благодаря остаткам его собственных программ, он начал перемещаться между тенями. ВЖУХ! — и он в конце коридора. ВЖУХ! — и он уже у тяжёлых дубовых дверей сада. Он замер, прислушиваясь. Из-за двери доносилось тихое пение Изи, но в её голосе слышались странные цифровые обертоны, которых раньше не было.

Эн затаился за массивным стволом адского дуба, чьи ветви напоминали костлявые руки. Он видел, как Изи медленно идёт вдоль клумбы с «Шипами Скорби» — редкими цветами, которые питаются эмоциями проходящих мимо. Изи выглядела умиротворённой, её пальцы нежно касались лепестков, пока один из бутонов резко не дёрнулся.

— Ай! — вскрикнула Изи, отдёрнув руку. На её указательном пальце выступила капля густой жидкости.
В ту же секунду её интерфейс сошёл с ума. Жёлтые символы ошибок посыпались градом, закрывая обзор. [CRITICAL BIOLOGICAL CONTAMINATION], [CORE INSTABILITY: 88%]. Изи пошатнулась, схватившись за горло. Её грудную клетку сотряс тяжёлый, надрывный кашель.

Эн уже готов был выскочить из своего укрытия, но замер, увидев то, что Изи выкашляла на свою ладонь. Это не была просто кровь. Это была тёмная, переливающаяся субстанция — смесь ярко-алой человеческой крови и густого, чёрного синтетического масла дронов-убийц. Жидкость на её руке словно жила своей собственной жизнью, пузырясь и испуская слабый фиолетовый дымок Сольвера.

— Нет... нет, только не это... — прошептала Изи, её голос дрожал от ужаса.
Она смотрела на свою руку, и в её глазах-дисплеях отражалось осознание: процесс слияния, о котором говорилось в сожжённой записке, перешёл в необратимую фазу. Её человеческая природа буквально отторгала механические части, а Сольвер пытался «переварить» их обе, превращая Изи в нечто совершенно новое и пугающее.

Эн почувствовал, как его собственные системы выдают предупреждение о высоком уровне угрозы. Но это была не угроза от врага — это была боль его лучшего друга, которую он не мог забрать себе.

Взгляд Изи на мгновение встретился с испуганными глазами Эна, выглядывающего из-за дерева. В этот миг мир для неё рухнул. Она увидела в его линзах не только жалость, но и тот самый ужас, который испытывала сама, глядя на смесь крови и масла на своей ладони.

— Нет! Эн, не смотри! — вскрикнула она, и её голос прозвучал как искажённый цифровой скрежет. — Уходи! Пожалуйста!

Она резко развернулась и бросилась в самую гущу зарослей «Шёпота Смерти» — кустарников с длинными, гибкими ветвями, которые мгновенно смыкались за спиной любого, кто осмеливался войти в их владения. Изи бежала, не разбирая дороги, ветки царапали её лицо и одежду, но она не чувствовала боли. В её голове пульсировала только одна мысль: «Я сломана. Я опасна. Я не должна быть рядом с ним».

Системные ошибки продолжали сыпаться каскадом. [WARNING: CORE OVERHEATING], [UNAUTHORIZED ACCESS TO BIOLOGICAL DATA]. Каждый её шаг оставлял на траве странные следы — капли той самой тёмной жидкости, которая продолжала сочиться из её раны. Сад вокруг неё начал меняться: цветы, которых она касалась, не просто вяли, они превращались в металлические конструкции, покрытые острыми шипами. Сольвер внутри неё начал перестраивать реальность, реагируя на её панику.

— Изи, постой! Я не боюсь! — донёсся издалека голос Эна. Он пытался прорваться сквозь живую изгородь, используя свои когти, но сад словно защищал свою новую «королеву», воздвигая перед дроном всё новые и новые препятствия.

Изи забилась в самый дальний угол оранжереи, где стена была полностью покрыта чёрным плющом. Она сползла на землю, прижимая испачканную руку к груди. Её дыхание прерывалось вспышками статического электричества. Она была загнана в ловушку собственной силой, и пути назад, к той девочке, которой она была вчера, больше не существовало.

Эн понял, что наземный путь закрыт: сад словно чувствовал его страх и выставлял всё новые преграды из колючего плюща. Но у него было преимущество, которого не было у обычных обитателей отеля. С резким металлическим лязгом за его спиной развернулись огромные крылья, состоящие из острых, как бритва, лезвий.

— Я иду, Изи! — крикнул он, отталкиваясь от земли.
Он взмыл под самый стеклянный купол оранжереи, лавируя между свисающими лианами. Сверху он видел, как золотистое свечение ошибок Изи пульсирует в самом тёмном углу сада, подобно раненому светлячку. Сложив крылья, он камнем бросился вниз, в последний момент раскрывая их, чтобы смягчить посадку.

БАМ! — Эн приземлился прямо перед Изи, подняв облако пыли и сухих листьев. Его крылья всё ещё подрагивали, а жёлтые линзы глаз светились решимостью. Изи вздрогнула и попыталась ещё сильнее вжаться в стену, пряча испачканную руку за спину.

— Уходи, Эн... пожалуйста... — всхлипнула она, и из её глаз вместо слёз потекли тонкие струйки чёрного масла. — Я монстр. Я ломаюсь. Посмотри на это! — она в отчаянии вытянула руку, показывая ту самую смесь крови и смазки, которая теперь медленно разъедала рукав её кофты.

Эн не отшатнулся. Напротив, он медленно убрал крылья и опустился на колени прямо в грязь перед ней. Он осторожно взял её дрожащую ладонь в свои металлические пальцы.
— Изи, послушай меня, — его голос был на удивление спокойным и тёплым. — Я видел много страшных вещей. Я сам был создан, чтобы нести разрушение. Но ты... ты самое живое, что я когда-либо встречал. Кровь или масло — мне всё равно. Ты — моя Изи.

Он поднёс её испачканную руку к своему лицу и коснулся её своим лбом, игнорируя системные предупреждения о биологической угрозе на своём дисплее. В этот момент Сольвер внутри Изи на мгновение затих, словно удивлённый такой преданностью.

Воздух в оранжерее казался наэлектризованным. Изи стояла, прижавшись спиной к холодному камню стены, и её взгляд был прикован к носкам её ботинок, испачканных в адской земле. Каждый вдох давался с трудом, а системные ошибки на лице затихли, сменившись ровным, едва заметным золотистым сиянием.

Эн сделал первый шаг. Тихий лязг его металлических суставов прозвучал в тишине сада как гром. Изи вскинула голову, её цифровые глаза встретились с его мягким, полным обожания взглядом. Она сделала ответный шаг, неуверенный, почти невесомый. Расстояние между ними сокращалось медленно, словно они двигались в густом меду времени. Три шага. Пятнадцать сантиметров.

Эн снова протянул руку. На этот раз Изи не отшатнулась. Его пальцы, обычно холодные и смертоносные, сейчас казались ей самыми тёплыми на свете. Он осторожно убрал непослушную прядь волос, которая лезла ей в глаз, и оставил ладонь на её щеке. Изи закрыла глаза и с тихим вздохом прильнула к его руке, чувствуя, как дрожь в её теле начинает утихать.

Ещё один шаг. Теперь между ними не осталось пространства. Эн начал медленно наклоняться, его дыхание-симуляция коснулось губ Изи. Весь мир — с его ошибками, кровью, маслом и Сольвером — перестал существовать. Остались только они двое в этом маленьком зелёном раю.

Но в тот самый миг, когда их губы почти соприкоснулись, тишину разорвал топот бегущих ног. Тяжёлые двери оранжереи с грохотом распахнулись, ударившись о стены.
— Изи! Эн! Вы здесь?! — раздался встревоженный голос Чарли, перекрываемый тяжёлым дыханием Хаска. — У нас проблема! Датчики отеля зафиксировали мощный выброс энергии прямо здесь!

Сердце Изи пропустило удар, когда двери распахнулись. Инстинкты Сольвера сработали быстрее мыслей: она резко схватила Эна за руку, и волна фиолетовых пикселей накрыла их обоих, растворяя в воздухе. Они замерли, боясь даже дышать-симулировать.

— Я точно видела, как датчики зашкалили именно здесь! — голос Чарли дрожал от волнения. Она вошла в сад, освещая путь магическим огоньком на ладони. — Замок, ты уверен, что Изи не выходила?
Двери скрипнули в ответ утвердительным стоном.

Хаск шёл следом, его крылья были полусложены, а взгляд подозрительно блуждал по кустам.
— Слушай, принцесса, я своими глазами видел, как девчонка пронеслась мимо бара. У неё на лице была такая каша из ошибок, что я чуть бутылку не выронил. Она выглядела напуганной до смерти, — проворчал кот, проходя всего в паре шагов от того места, где стояли невидимые Изи и Эн. — И дрон этот... Эн... он тоже куда-то испарился.

Чарли заглянула за те самые деревья, где мгновение назад Эн прижимал Изи к себе.
— Тут пусто... Но я чувствую запах... озона и чего-то ещё. Словно здесь что-то сломалось, — она вздохнула, потирая плечи. — Может, они ушли через балкон? Пойдём проверим крышу, Хаск. Если Изи плохо, мы должны её найти.

Когда тяжёлые двери наконец захлопнулись и шаги стихли в коридоре, Изи медленно выдохнула. Невидимость спала, возвращая им плотность и цвет. Она всё ещё стояла в кольце рук Эна, но магия невидимости отняла у неё много сил — её колени подогнулись.

— Они ищут меня, Эн... — прошептала она, глядя на свои руки, которые всё ещё подрагивали. — Хаск видел ошибки. Скоро все узнают, что я... неисправна.

Вспышка фиолетовых пикселей — и Изи исчезла. Эн протянул руку, но его пальцы схватили лишь пустоту. Он стоял неподвижно несколько минут, глядя на то место, где только что прижимал её к себе. В его голове, обычно такой ясной, когда дело касалось защиты друзей, теперь царил хаос.

— Телепортация? — прошептал он сам себе. — Но Сатана... он же вырвал эту искру из неё. Я видел это своими глазами.

Эн расправил крылья и бесшумно вылетел через открытый балкон оранжереи. Ночной воздух Ада был тяжёлым и горячим, но он помогал немного охладить перегретые системы. Приземлившись на свой балкон, дрон-убийца зашёл в комнату и сел на кровать, обхватив голову руками. Его хвост с капсулой кислоты нервно дёргался из стороны в сторону.

Он начал восстанавливать записи из логов памяти. Кадр первый: Изи пугается шагов Чарли. Кадр второй: её тело распадается на цифровой шум. Это не была магия демонов. Это не был огонь или свет. Это была чистая манипуляция реальностью, подозрительно похожая на то, что умела делать Син или сама Ви. Но у Изи это выглядело иначе — более болезненно, более... неправильно.

— Если это не магия, которую забрал Сатана... значит, это что-то, что всегда было внутри неё? — Эн почувствовал, как по его искусственному позвоночнику пробежал холод. — Или это Абсолютный Сольвер нашёл новый способ проявиться, когда её защита пала?

Он вспомнил ту смесь крови и масла на её ладони. Кровь была человеческой, но масло... масло принадлежало дронам. Изи менялась на фундаментальном уровне. Она больше не была просто человеком, потерявшим силы. Она превращалась в нечто, чего этот мир ещё не видел. И самое страшное — она явно боялась того, кем становится.

Эн проскользнул в комнату Изи бесшумно, словно тень, отброшенная лунным светом. Он ожидал увидеть хаос, искры или слёзы, но застал Изи, сидящую на краю кровати. Она выглядела усталой, но спокойной.

— Эн? Что ты здесь делаешь? — её голос был тихим, но в нём слышалось удивление. Она не злилась, просто не ожидала, что он решится на такой «шпионский» визит.

Дрон замер, его хвост виновато опустился. Он не отвечал несколько секунд, потому что его линзы сфокусировались на её руке. Тот самый палец, который пугал её в саду смесью крови и масла, теперь был аккуратно забинтован чистым пластырем. Это выглядело так... по-человечески. Эн шумно выдохнул, и на его дисплее на мгновение промелькнул смайлик облегчения ( ^ _ ^ ).

— Я... я просто хотел убедиться, что ты в порядке, — наконец произнёс он, делая шаг ближе. — Но Изи, я должен спросить. В саду... ты телепортировалась. Я был на суде. Я видел, как Сатана забрал твою искру. Как это возможно?

Изи посмотрела на пластырь, затем на Эна. Она слабо улыбнулась, и в этой улыбке была капля той прежней озорной девчонки, которую не сломить даже владыкам Ада.

— Сатана силён, Эн, но он не знает всего, — ответила она, приглашая его сесть рядом. — Моя телепортация никогда не была единым целым. У меня их два вида. Первая — для коротких дистанций, та, что работает на чистой магии и инстинктах. Её он и забрал, думая, что лишил меня крыльев.

Она сделала паузу, и её глаза на мгновение вспыхнули фиолетовым кодом.
— Но есть вторая — для больших расстояний. Она вшита глубже, в саму структуру моей души и... кода. Сатана даже не заметил её существования. Он забрал ключ от парадной двери, но не знал, что у меня есть потайной ход через всё пространство.

Эн слушал, затаив дыхание. Это объясняло, почему она смогла исчезнуть из сада, но не объясняло, почему её тело начало вырабатывать масло.

Эн сел на край кровати, и матрас жалобно скрипнул под его весом. Он не сводил взгляда с забинтованного пальца Изи. Его хвост замер, перестав дёргаться, что всегда означало крайнюю степень серьёзности.

— Изи, я рад, что Сатана не смог забрать всё, — начал он, и его голос слегка дрогнул от статического помехи. — Правда, это... это отличная новость. Но телепортация — это перемещение координат. Это не должно менять твою биологию.

Он осторожно, едва касаясь, протянул руку и указал на пластырь.
— Когда ты поранилась в саду, я видел не только кровь. Там было масло. Настоящее, чёрное, техническое масло дронов-убийц. Такое же, как течёт в моих жилах.

Эн поднял на неё свои жёлтые линзы, на которых застыл немой вопрос.
— Если Сатана забрал твою магию, то что заполняет пустоту, которую он оставил? Магия не превращает людей в машины. Но Абсолютный Сольвер... он обожает заполнять пустоты своим кодом. Изи, скажи мне честно: когда ты используешь эту «вторую» телепортацию, что ты чувствуешь? Тебе не кажется, что твоё тело... переписывается?

Изи отвела взгляд. Она знала, что Эн слишком хорошо знаком с этим запахом и этой консистенцией. Она чувствовала, как под пластырем рана пульсирует не в такт сердцебиению, а с чётким, механическим ритмом системных часов.

— Это началось после суда, — наконец прошептала она, сжимая здоровую руку в кулак. — Словно мой организм пытается починить сам себя теми инструментами, которые у него остались. И эти инструменты... они не совсем человеческие, Эн.

В комнате внезапно стало очень холодно. Изи подняла взгляд на Эна, и в этот момент реальность вокруг неё словно треснула. На её лбу, прямо поверх привычного креста, на две бесконечные секунды вспыхнул ярко-жёлтый символ Absolute Solver. Три стрелки, зацикленные в бесконечном движении, пульсировали зловещим светом, освещая испуганное лицо Эна.

Эн отпрянул, его крылья непроизвольно дернулись, задев тумбочку. На его дисплее на долю секунды промелькнул предупреждающий знак [WARNING: HOST DETECTED], но он тут же подавил свои протоколы убийцы. Символ на лице Изи исчез так же внезапно, как и появился, оставив после себя лишь запах палёной проводки и тишину.

— Я... я не знаю, Эн, — прошептала Изи, и её голос сорвался. Она прижала ладони к лицу, словно пытаясь стереть то, что только что там было. — Я правда не знаю, почему у меня течёт масло. Я чувствую себя собой, но иногда... внутри словно кто-то другой начинает пересчитывать мои кости, превращая их в металл.

Она посмотрела на свои руки. Под кожей, там, где должны были быть вены, теперь иногда пробегали едва заметные фиолетовые искры.
— Когда Сатана забрал мою магию, он оставил пустое место. И, кажется, Сольвер решил, что это идеальное пространство для расширения. Масло — это просто топливо для его программы. Он перестраивает меня, Эн. Изнутри.

Эн снова подошёл к ней, на этот раз медленнее. Его страх перед Сольвером был огромен, но его любовь к Изи была сильнее. Он осторожно взял её за руки, игнорируя то, как его собственные датчики кричат об опасности.
— Мы остановим это, Изи. Слышишь? Я не дам этой штуке забрать тебя так же, как она забрала Син. Ты — не программа. Ты — это ты.

Эн вскрикнул и непроизвольно отпрянул, когда увидел, как яркие жёлтые кресты в глазах Изи начали стремительно тускнеть. Золотистый свет, который всегда согревал его, сменился холодным, стальным оттенком. Глаза Изи теперь напоминали полированный металл или грозовое небо.

— Изи! Твои глаза! Системный сбой? Ошибка вывода? — Эн лихорадочно начал сканировать её лицо, его собственные линзы метались из стороны в сторону. — Ты меня видишь? Ответь, пожалуйста!

Изи моргнула, и серые кресты блеснули странным, матовым сиянием. Она чувствовала себя странно — спокойнее, чем обычно, словно все эмоции внутри неё были разложены по аккуратным папкам. Она мягко положила руку на плечо Эна, чтобы успокоить его.

— Всё хорошо, Эн. Не бойся, — её голос звучал ровно, с лёгким металлическим отзвуком. — Это не поломка. Сегодня... сегодня мой день рождения. Ты забыл, в каком странном мире я родилась?

Эн замер, его хвост перестал нервно бить по полу.
— День рождения? Но... разве в этот день не должны дарить торты и шарики?

Изи слабо улыбнулась, и серый цвет в её глазах стал чуть мягче.
— В моей семье это работает иначе. Каждый год, когда наступает этот день, моя сущность обновляется. Ко мне приходит новая способность. Сатана мог забрать мою старую магию, но он не может отменить законы моего рождения.

Она посмотрела на свои ладони. Теперь, когда её глаза стали серыми, она видела мир иначе: она видела потоки данных, скрытые механизмы стен отеля и даже структуру самого Эна.
— Серый цвет — это знак новой силы. Я пока не знаю, на что она способна, но она чувствуется... стабильнее, чем то, что пытался навязать мне Сольвер. Это мой собственный код, Эн. Мой подарок самой себе.

Эн наклонил голову набок, и на его дисплее появился вопросительный знак.
— Изи, постой... Но ведь твой день рождения был совсем недавно? Мы же... — он замолчал, заметив, как ты прижала ладонь к виску. — Эй, ты в порядке? Твои системы... то есть, твои мысли, они в порядке?

Изи тяжело вздохнула, и серый блеск в её глазах на мгновение дрогнул, пропуская вспышку оранжевого.
— Я... я ошиблась, Эн. Прости. В голове всё так перемешалось. Масло, Сольвер, суд... кажется, мои файлы памяти накладываются друг на друга. Я просто пытаюсь найти объяснение тому, что со мной происходит.

Эн подошёл ближе и осторожно сел на ковёр у её ног, чтобы не пугать её своим ростом. Его жёлтые глаза светились сочувствием.
— Тебе не нужно придумывать праздники, чтобы оправдать перемены, Изи. Я рядом. Но расскажи мне... эти цвета. Я видел жёлтый, видел серый. А какие ещё бывают? Как мне понять, что ты чувствуешь, если ты не захочешь говорить?

Изи опустила руки и посмотрела в окно на кровавое небо Ада.
— Это как индикаторы, Эн. Мои кресты — это моё состояние.
• Бордовый — это когда я в ярости. Это опасный цвет, тогда я почти не контролирую себя.
• Красный — это просто злость или раздражение.
• Оранжевый... ты видел его только что. Это паника. Когда страх сжимает горло так сильно, что хочется бежать.
• А жёлтый... это мой дом. Мой классический цвет. Цвет спокойствия и тепла.

Она замолчала, и её глаза снова стали тускло-серыми.
— Но серый... я не знаю, что он значит. Он не входил в мой список. Это что-то новое, Эн. Что-то, что появилось вместо магии Сатаны.

Эн протянул руку и коснулся её ладони.
— Значит, мы добавим серый в наш список. Пусть он будет цветом «Тайны». Мы разгадаем её вместе, обещаю. Главное — не давай бордовому захватить тебя.

Эн сидел, заворожённый твоим рассказом. Он и не подозревал, что за твоим привычным жёлтым взглядом скрывается целая библиотека состояний.

— Ого... это же целая система оповещений! — воскликнул он, пытаясь запомнить всё сразу. — Значит, если я увижу зелёный, мне нужно быть начеку? Это Сольвер пытается взломать твой разум?

Изи кивнула, и её глаза на мгновение стали сиреневыми — лёгкий страх перед будущим всё ещё жил в ней.
— Да, зелёный — это сигнал вторжения. А голубой и синий... ну, ты и сам поймёшь, когда мне будет грустно. Фиолетовый — это когда страх становится невыносимым, как тогда, в суде.

Она слегка покраснела, и её кресты на секунду вспыхнули нежным розовым цветом.
— Розовый — это когда я... ну, когда мне неловко или я стесняюсь. А белый — это просто режим ожидания, когда я сплю.

Эн внимательно следил за каждой сменой цвета, но его взгляд зацепился за последнее слово.
— А чёрный, Изи? Ты сказала, что это секрет. Но чёрный... это же отсутствие цвета. Это пустота.

Изи резко отвела взгляд, и её глаза снова стали серыми — тем самым новым, непонятным цветом, который не вписывался в её старую систему. Она плотнее закуталась в одеяло, и Эн почувствовал, как между ними выросла невидимая стена.
— Про чёрный я не могу сказать, Эн. Просто... надейся, что ты никогда его не увидишь. Это цвет, который стирает всё остальное.

Дрон-убийца хотел настоять, хотел узнать правду, чтобы защитить её, но увидел, как её пальцы в пластыре дрожат. Он понял, что сейчас не время для допросов.

Тук-тук-тук!

Звук раздался так внезапно, что Изи вздрогнула всем телом. В ту же секунду её серые глаза сменились на пронзительный, вибрирующий оранжевый. Это был цвет чистой паники. В голове зашумело, а перед глазами поплыли системные предупреждения, которые она не могла прочитать.

— Изи? Эн? Вы там? — раздался за дверью бодрый, но немного обеспокоенный голос Чарли. — Я принесла горячее какао и... эм... немного машинного масла для Эна! Мы можем войти?

Эн мгновенно оказался перед Изи, закрывая её собой. Его хвост с жалом замер в боевой готовности, но он тут же заставил себя расслабиться.
— Оранжевый! Изи, дыши, это просто Чарли! — прошептал он, оглядываясь на неё. — Твои глаза светятся так сильно, что их видно через замочную скважину!

Изи судорожно пыталась успокоиться, но оранжевый цвет не уходил. Мысли о масле в ране, о Сольвере и о том, что Чарли может увидеть её «поломанной», только усиливали страх.
— Я не могу... Эн, я не могу их выключить! — в панике ответила она. — Если она увидит меня такой, она решит, что я опасна. Или что я превращаюсь в монстра!

Дверная ручка начала медленно поворачиваться. Чарли всегда была тактичной, но её любопытство и желание помочь иногда перевешивали правила приличия.
— Мы заходим! — предупредила принцесса Ада.

— Стой! — крикнул Эн, лихорадочно ища способ спрятать глаза Изи. — Мы... мы играем в прятки! Да! Очень серьёзные прятки дронов-убийц!

Дверь со скрипом отворилась, и в полосе света из коридора появилась Чарли. Она сияла своей обычной доброй улыбкой, неся поднос с двумя дымящимися кружками. Но как только она переступила порог, её улыбка немного померкла.

— Ой, тут так темно! — воскликнула принцесса, прищуриваясь. — Эн, почему вы сидите в темноте? И... Изи, дорогая, почему ты в капюшоне? Тебе холодно? В Аду обычно... ну, ты сама знаешь, жарковато.

Изи сидела неподвижно, вцепившись пальцами в края своей толстовки. Она натянула капюшон так низко, что виден был только кончик её носа. Но оранжевый свет её глаз был неумолим. Он окрашивал внутреннюю часть ткани в тревожный янтарный цвет, и отблески падали на её колени.

— Она... она просто... — Эн замялся, его хвост нервно дёрнулся, чуть не опрокинув лампу. — У неё новый стиль! Да! «Скрытный Дрон-Ниндзя». Это сейчас очень модно на Медной-9. Очень... э-э... эксклюзивно!

Чарли поставила поднос на столик и сделала шаг к Изи. Её глаза наполнились искренним сочувствием.
— Изи, ты светишься оранжевым. Я знаю этот цвет. В моей книге по психологии демонов это означает сильную тревогу. Что случилось? Это из-за того случая с маслом? Или... — она понизила голос до шепота, — ...это Сольвер?

Изи почувствовала, как её сердце (или то, что теперь билось в её груди) пропустило удар. Оранжевый свет под капюшоном стал ещё ярче, почти переходя в красный от того, что её секрет раскрыт. Она не знала, стоит ли ей показать свои новые серые глаза или продолжать прятаться, пока паника не утихнет.

— Чарли, я... — голос Изи дрожал. — Я просто не хочу, чтобы ты видела меня такой. Я не знаю, кто я теперь.

Воздух на крыше отеля был прохладным, но Изи этого не чувствовала. Её системы работали на пределе: вентиляторы шумели, а перед глазами всё ещё плясали оранжевые искры. Она обхватила колени руками, пытаясь унять дрожь. Телепортация всегда отнимала много сил, особенно когда она была вызвана страхом.

Через несколько минут послышался знакомый свист разрезаемого воздуха. Эн приземлился мягко, почти бесшумно, его металлические когти лишь слегка звякнули о черепицу. Он не стал сразу подходить, давая Изи пространство.
— Эй... я принёс какао. И масло. Чарли очень просила передать, — тихо сказал он.

Эн подошёл ближе и активировал встроенный сканер. Синие лучи пробежали по фигуре Изи.
— Ого, у тебя давление в магистралях подскочило на сорок процентов! Изи, так нельзя. Твой процессор чуть не перегрелся от этой паники.

Изи сделала глубокий вдох, имитируя человеческое дыхание, чтобы успокоить датчики. Постепенно оранжевое свечение начало тускнеть, сменяясь привычным, мягким жёлтым светом.
— Я в порядке, Эн. Просто... слишком много внимания. Я вспомнила! — она вдруг оживилась. — Серый цвет! Я поняла, почему он появился. Это цвет «Раздумий». Когда я глубоко ухожу в свои мысли или пытаюсь что-то проанализировать, мои глаза становятся серыми. Это не поломка, это просто режим обработки данных.

Эн присел рядом, протягивая ей кружку.
— Значит, ты просто очень много думала? Это облегчение. Но... Изи, Чарли ведь не поняла про чёрный цвет? Она видела только оранжевый. Твой секрет всё ещё в безопасности.

Изи замерла, глядя на свои руки. Жёлтые кресты в её глазах на мгновение дрогнули, но не сменили цвет.
— Да, она ничего не знает о чёрном. И я... я пока не готова говорить об этом даже тебе, Эн. Прости. Давай просто посидим здесь. В жёлтом цвете.

Эн кивнул и посмотрел на горизонт. Ему было достаточно того, что она снова улыбается своим тёплым, золотистым взглядом.

На крыше воцарилась уютная тишина, прерываемая лишь далёким гулом города внизу. Изи сделала глоток тёплого какао и почувствовала, как тяжесть в голове постепенно отступает.
— Эн... а где Нори? — тихо спросила она, потирая висок. — Я... я кажется совсем запуталась в последних событиях. Моя память словно дырявое ведро.

Эн мягко улыбнулся, поправляя свою фуражку.
— О, не переживай! Нори сейчас в заслуженном отпуске. Она сказала, что ей нужно «проветрить микросхемы» от всего этого хаоса с Сольвером. Так что пока мы тут за главных!

Изи кивнула, но её веки становились всё тяжелее. Тепло, исходящее от металлического плеча Эна, и мерный гул его внутреннего охлаждения действовали усыпляюще. Она и не заметила, как её голова мягко опустилась ему на плечо.
— Хорошо... отпуск — это правильно... — пробормотала она, и её голос затих.

В ту же секунду яркие жёлтые кресты в её глазах мигнули и сменились ровным, чистым белым свечением. Это был цвет сна, режим глубокой перезагрузки, о котором она рассказывала совсем недавно.

Эн затаил дыхание. Он осторожно убрал пустую кружку из её рук и приобнял её крылом, защищая от ночного ветра.
— Спи, Изи, — прошептал он. — Пусть тебе приснятся только жёлтые сны. Никакого оранжевого, никакого зелёного... и уж точно никакого чёрного.

Он смотрел на неё, чувствуя, как его собственный процессор наполняется странным теплом, которое не было связано с перегревом. Это было чувство дома, которое он нашёл здесь, на крыше отеля, рядом с этой удивительной девочкой.

Во сне Изи видела бесконечный калейдоскоп. Зелёный Сольвера сплетался с розовой застенчивостью, а фиолетовый страх тонул в белом тумане сна. Но в самом центре этого вихря все цвета вдруг столкнулись, образовав ослепительную вспышку, которая не имела названия.

Изи резко открыла глаза. Она всё ещё сидела на крыше, прислонившись к Эну, но её сознание ещё не полностью вернулось из цифрового небытия. В этот короткий миг — ровно на две секунды — её глаза не были жёлтыми, белыми или даже серыми. Они превратились в рассеивание: хаотичную смесь пикселей, мерцающих всеми цветами радуги одновременно, словно разбитый экран монитора.

Эн, который всё это время не сводил с неё глаз, в ужасе отпрянул. Его собственные дисплеи замигали предупреждающими знаками.
— Изи! — вскрикнул он, хватая её за плечи. — Что это было?! У тебя... у тебя только что случился скачок системы? Твои глаза... они словно взорвались изнутри! Это был вирус? Мне нужно вызвать медицинского дрона?

Изи моргнула, и эффект рассеивания исчез так же быстро, как и появился. К ней вернулся привычный жёлтый цвет, хотя в глубине зрачков ещё дрожали остатки сна. Она чувствовала себя странно, словно её файлы на мгновение перемешались, а потом встали на новые места.

— Нет, Эн... — тихо ответила она, пытаясь унять головокружение. — Это не скачок. Просто... странный сон. Всё в порядке, правда.

Эн подозрительно прищурился, его хвост нервно постукивал по крыше. Он не знал, что такое «рассеивание», но этот визуальный шум напугал его больше, чем любая атака Сольвера.
— Ты уверена? Выглядело так, будто твой разум превратился в конфетти. Пообещай, что скажешь, если твоя система начнёт давать сбои.

Изи лишь слабо улыбнулась, скрывая за этой улыбкой вопрос, на который у неё самой не было ответа: почему её цвета начали смешиваться?

Когда дверь комнаты закрылась, отрезав Изи от обеспокоенного взгляда Эна, она наконец позволила себе сбросить маску спокойствия. Её глаза мгновенно стали серыми — режим глубокого анализа включился сам собой. Она села на пол, прислонившись спиной к холодному металлу кровати, и закрыла глаза, вызывая в памяти образы из сна.

Это не был обычный кошмар. Рассеивание, которое напугало Эна, было результатом того, что её ядро пыталось обработать слишком большой объём данных. Изи начала выстраивать логическую цепочку. Смешение всех цветов означало потерю контроля над отдельными эмоциями. Если зелёный Сольвера поглотит розовый или жёлтый, она перестанет быть собой.

— Это было предупреждение о критической нестабильности, — прошептала она в пустоту комнаты. — Мои цвета... они больше не изолированы друг от друга.

В памяти всплыл один конкретный фрагмент сна: чёрная нить, которая прошивала все остальные цвета, стягивая их в тугой узел. Изи поняла, что чёрный цвет — это не просто отсутствие эмоций. Это точка невозврата. Если узел затянется, «рассеивание» станет постоянным, и её личность просто распадётся на миллионы бессмысленных пикселей.

Система выдала короткое уведомление: «Внимание! Обнаружена попытка несанкционированного слияния протоколов. Рекомендуется изоляция источника.»

Изи горько усмехнулась. Изолировать источник? Источником была она сама. Её страхи, её новые силы и тайна, которую она хранила даже от Эна. Сон ясно дал понять: если она не научится балансировать между своими цветами, следующий «скачок» может стать последним для её сознания.

Крик Чарли заставил Изи подпрыгнуть на месте. Её глаза мгновенно вспыхнули оранжевым от резкого испуга. Она выбежала из комнаты, едва не столкнувшись в дверях с Эном, который выглядел не менее растерянным. Вместе они скатились по лестнице в главный холл, где все обитатели отеля уже замерли перед огромным экраном телевизора.

На экране Кэти Киллджой, поправляя свою безупречную причёску с хищным оскалом, вещала на весь Пентаграмм-Сити.
— Экстренные новости, неудачники! — визжала она. — Похоже, Небеса решили, что вы слишком долго засиделись в своих вонючих ямах! По неизвестным причинам — хотя, честно говоря, кому не плевать на причины? — график Истребления был пересмотрен!

Кэти ткнула пальцем в графику за своей спиной. Цифры «176» сменились кроваво-красной двойкой.
— У вас нет полугода, чтобы прощаться с вашими жалкими жизнями! Истребление начнётся через 48 часов! Готовьтесь к очищению, грешники!

В холле воцарилась гробовая тишина. Чарли стояла, прикрыв рот руками, её глаза были полны слёз. Вэгги крепче сжала своё копьё, а Эн непроизвольно выпустил когти, его дисплей замигал жёлтыми предупреждениями.

Изи почувствовала, как внутри неё что-то дрогнуло. Два дня. Её системы анализа, которые только что предупреждали о нестабильности, теперь выдавали сотни сценариев гибели. Её «рассеивание» во сне... не было ли оно предчувствием этого хаоса? Если Истребители придут сейчас, она не успеет разобраться в своих силах. Она не успеет понять, как защитить своих друзей, не превратившись в монстра.

— Это невозможно... — прошептала Чарли. — Мы не готовы. Отель не готов!

Изи посмотрела на свои руки. Оранжевое свечение её глаз начало пульсировать в такт ускоренному сердцебиению. Время раздумий закончилось. Наступило время выживания.

Вокруг царил настоящий хаос. Энджел Даст куда-то тащил ящики с оружием, Ниффти с безумным смехом затачивала иголки, а Хаск просто открыл самую дорогую бутылку, решив, что это его последний вечер. Изи стояла посреди холла, чувствуя себя лишней деталью в сломанном механизме. Её глаза светились растерянным жёлтым цветом.

— Эм... Вэгги? — Изи робко потянула воительницу за рукав. — Прости, я... я не понимаю. Что такое Истребление? Почему все так напуганы цифрой два?

Вэгги остановилась. Она тяжело вздохнула и опустила копьё, глядя на маленького дрона сверху вниз. В её единственном глазу отразилась глубокая печаль, смешанная с яростью. Она отвела Изи в сторону, подальше от шума.

— Послушай меня внимательно, Изи, — голос Вэгги был резким, как удар клинка. — Раз в год Небеса посылают сюда армию экзорцистов. Это ангелы-убийцы. Они приходят не для того, чтобы судить или наказывать. Они приходят, чтобы стирать.

Изи вздрогнула. Слово «стирать» отозвалось в её коде болезненным эхом, напомнив о форматировании данных.
— Стирать? Как ошибки в программе?

— Хуже, — отрезала Вэгги. — Они убивают грешников окончательно. Если тебя пронзит ангельское копьё, твоя душа исчезнет навсегда. Не будет перерождения, не будет памяти. Только пустота. Ад перенаселён, и Рай нашёл такой «эффективный» способ сокращать численность. Обычно у нас есть год, чтобы подготовиться или спрятаться. Но два дня... это смертный приговор для тысяч людей.

Изи почувствовала, как её системы охлаждения начали работать на полную мощность. Оранжевый цвет снова начал заливать её дисплей. Она посмотрела на Чарли, которая пыталась утешить плачущих постояльцев.
— Значит... они придут сюда? В отель? Чтобы стереть Чарли? Эна? Тебя?

Вэгги крепче сжала кулаки.
— Они придут за всеми. И если мы не дадим отпор, от этого места останется только пепел.

Изи замолчала. В её голове всплыли кадры из сна — то самое «рассеивание». Теперь она поняла: её система чувствовала приближение великого удаления. И теперь ей нужно было решить, готова ли она использовать свой зелёный или даже чёрный код, чтобы остановить ангелов.

Изи заперлась в комнате, погрузившись в виртуальные архивы Ада. Её пальцы быстро летали над сенсорной панелью, выуживая из сети крупицы информации об ангельском оружии. На экране замелькали чертежи: изящные мечи, копья и кинжалы, выкованные из особого светящегося металла.
— Так вот оно какое... — прошептала она, увеличивая изображение клинка. — Ангельская сталь. Единственный материал, способный разрушить код бессмертного существа.

Она смотрела видеозаписи прошлых Истреблений, которые удалось найти в теневой сети. Быстрые, точные движения экзорцистов, блеск холодного металла и то, как легко он проходит сквозь любую защиту. В её процессоре начали выстраиваться алгоритмы боя. Она анализировала траектории ударов, углы атаки и слабые места в броне ангелов.

Чем больше она смотрела, тем меньше страха оставалось в её системах. Страх вытеснялся странным, холодным азартом. Её внутренний вычислительный центр начал воспринимать грядущую битву не как трагедию, а как сложнейшую тактическую задачу.
— Круто... — тихо произнесла Изи, и её голос прозвучал непривычно механически. — Будет весело.

В этот момент её глаза, до этого светившиеся обычным жёлтым, на мгновение вспыхнули ядовито-зелёным цветом. Сольвер внутри неё довольно заурчал, словно одобряя её готовность к насилию. Изи даже не заметила этой вспышки, она была слишком поглощена планом. Если ангелы придут стирать её друзей, она покажет им, что такое настоящая критическая ошибка системы. Она не просто будет защищаться — она превратит их атаку в системный сбой, от которого они не оправятся.

Она встала и подошла к зеркалу. Зелёный блеск уже исчез, но в глубине зрачков осталась странная решимость. Теперь ей нужно было найти способ достать хотя бы один такой клинок до того, как часы пробьют время начала охоты.

Стук в дверь заставил Изи мгновенно свернуть все голографические окна с чертежами мечей. В проёме показался Эн, его хвост нервно дёргался из стороны в сторону.
— Изи, ты тут? — его голос дрожал. — Вэгги снова всех собирает. Она говорит, что времени почти нет, и нам нужно знать, с кем мы столкнёмся. Пойдём?

Изи кивнула, стараясь придать глазам обычный жёлтый цвет, и последовала за ним. В главном зале атмосфера была накалена до предела. Вэгги стояла перед картой города, её лицо было суровым.
— Слушайте все! — выкрикнула она. — Ангелы не просто солдаты. Они — машины для убийства. Но среди них есть та, кто опаснее всех. Её зовут Лют. Она — правая рука Адама, безжалостная, быстрая и не знающая пощады.

Как только имя «Лют» сорвалось с губ Вэгги, внутри Изи что-то щёлкнуло. В её сознании пронеслась вспышка: белые перья, залитые неоновым светом, и холодный, презрительный смех. Её система выдала короткий звуковой сигнал ошибки.
— Лют... — невольно повторила Изи вслух. — Вэгги, а кто она? Почему... почему она так важна?

Вэгги посмотрела на Изи с тяжёлым вздохом.
— Лют — это воплощение ненависти Рая к Аду. Она не просто выполняет приказы, она наслаждается процессом. Если вы увидите её на поле боя — не пытайтесь геройствовать. Бегите. Она не оставляет шанса даже самым сильным демонам.

Собрание закончилось быстро. Все разошлись, чтобы проверить снаряжение и морально подготовиться к тому, что случится через сорок восемь часов. Изи шла по коридору к своей комнате, но имя «Лют» продолжало пульсировать в её голове, словно повреждённый сектор диска. Откуда она могла знать это имя? Неужели её создатели или Сольвер уже сталкивались с этой воительницей в других мирах?

Она заперлась у себя и снова активировала поиск. Ей нужно было увидеть лицо этой Лют. Ей нужно было понять, почему её код считает это имя знакомым.

Тяжёлые шаги Изи эхом отдавались в пустом коридоре. Усталость навалилась на неё свинцовым грузом, замедляя все процессы. Каждое движение требовало колоссальных усилий, словно её суставы забились песком. Добравшись до своей комнаты, она не стала включать свет. Единственным источником сияния были её собственные жёлтые глаза, которые теперь светились тускло и неровно.

— Просто... просто нужно поспать, — прошептала она сама себе. — Перезагрузка всё исправит.

Она зашла в ванную и открыла кран. Холодная вода должна была помочь прийти в себя. Но как только она наклонилась над раковиной, её голову пронзила вспышка невыносимой боли. Это было похоже на то, как если бы тысячи раскалённых игл одновременно вонзились в её центральный процессор.

Рассеивание. Снова.

Мир перед глазами поплыл. Стены ванной начали распадаться на цветные пиксели. Изи схватилась за края раковины так сильно, что фаянс жалобно хрустнул. В зеркале она увидела своё отражение: её лицо двоилось, а глаза хаотично меняли цвета — с зелёного на розовый, с оранжевого на чёрный.
— Нет... не сейчас... — простонала она, заставляя себя дышать ровно. — Я контролирую это. Я... это я.

Ей потребовалось несколько минут, чтобы подавить приступ. Цвета постепенно улеглись, вернувшись к привычному жёлтому, но внутри осталось неприятное ощущение пустоты, как после короткого замыкания. Дрожащими руками она умылась, чувствуя, как капли воды стекают по металлическому корпусу.

Изи буквально доползла до кровати и рухнула на подушки, даже не снимая ботинок. Как только её голова коснулась поверхности, сознание начало проваливаться в темноту. Но это не был мирный сон. Перед тем как окончательно отключиться, она услышала в своей голове тихий, едва различимый шёпот, похожий на помехи радио:
— «Два дня, Изи... Мы ждём тебя...»

Изи провалилась в сон, но это было не обычное отключение систем. Это было погружение в самые глубины её памяти, в те сектора, которые она считала стёртыми навсегда. Перед её внутренним взором возникла картина: залитый солнцем сад, полный ярких цветов, и две маленькие фигурки, бегающие по траве.

Одна из них была Изи — совсем крошечная, восьмилетняя, с наивными жёлтыми глазами и неуклюжими движениями. Другая — девочка с копной огненно-рыжих волос и озорной улыбкой. Её глаза горели таким же ярким, но уже зелёным огнём, как у Изи сейчас, когда она анализировала ангельское оружие. Это была Лют.

— Изи, догони меня! — смеялась Лют, её голос звучал звонко и беззаботно. — Ты никогда меня не поймаешь!

Они играли, смеялись, делились секретами. Лют рассказывала Изи о звёздах, а Изи — о том, как устроены механизмы. Они были не просто подругами — они были родственными душами, двумя искрами, которые нашли друг друга в этом огромном мире. Изи чувствовала тепло и безопасность рядом с Лют, чувствовала, что её существование имеет смысл.

Но идиллия рухнула внезапно. В сад ворвались фигуры в белых одеждах, их лица были скрыты тенями. Они схватили Лют, несмотря на её отчаянные крики и сопротивление. Изи пыталась вмешаться, но её маленькие ручки были бессильны против ангельской силы. Она видела, как Лют уносят прочь, её зелёные глаза, полные ужаса и мольбы, смотрели прямо на Изи.

— Изи! Не забывай меня! — крикнула она перед тем, как исчезнуть.

Следующая сцена была мрачной. Изи оказалась в огромном, холодном особняке. Её «хорошая жизнь» продолжалась, но теперь она была пустой и одинокой. Её учили быть послушной, быть «правильной», но внутри неё зияла рана от потери Лют. Она не понимала, куда её подругу забрали, но чувствовала, что это место было далеко и недоступно.

А потом Изи увидела Лют снова, но уже не как ребёнка. Она стояла в сияющем зале, облачённая в доспехи экзорциста. Её рыжие волосы были собраны в строгий хвост, а зелёные глаза теперь горели холодной яростью. Она держала в руках ангельское копьё, и её взгляд был полон решимости. Она стала тем, кем её хотели видеть Небеса — оружием.

Изи проснулась от резкого толчка. Её глаза горели ярким, тревожным зелёным светом. Воспоминание было слишком реальным. Лют. Её лучшая подруга. Теперь она — враг. И она пришла, чтобы стереть их всех.

В главном зале Отеля Хазбин стоял звон металла. Вэгги, тяжело дыша, высыпала из огромного мешка целую гору ангельского оружия. Здесь были зазубренные кинжалы, длинные копья и тяжёлые топоры, отлитые из сияющей стали.
— Разбирайте! — скомандовала она. — Это наш единственный шанс пробить их броню.

Изи смотрела на кучу оружия, и её внутренний сканер быстро анализировал каждый предмет. «Слишком тяжёлое... Слишком медленное... Недостаточный коэффициент проводимости кода...» — мелькали мысли в её голове. Она поняла, что ни одно из этих орудий не сравнится с тем, что хранилось в её комнате, спрятанное под кроватью в потайном отсеке.

Она сорвалась с места и побежала наверх. Через минуту она вернулась, прижимая к груди длинный сверток. С глухим стуком она бросила его поверх ангельских копий. Ткань развернулась, и все присутствующие ахнули.
Перед ними лежала катана. Её лезвие не просто блестело — оно пульсировало мягким белым светом, а по самой кромке пробегали едва заметные зелёные искры статического электричества. Рукоять была обмотана чёрным шёлком, а гарда выполнена в форме сложной геометрической фигуры, напоминающей символ Сольвера.

Вэгги замерла, её единственный глаз расширился от изумления. Она подняла катану, чувствуя её невероятную лёгкость и мощь.
— Изи... — голос Вэгги дрогнул. — Я видела много ангельского оружия, но это... Это не просто сталь. Это высший порядок ковки. Откуда она у тебя? Такое оружие выдают только элитным гвардейцам или...

Изи выпрямилась, её глаза на мгновение вспыхнули ярким жёлтым светом с бирюзовым отливом.
— Это секрет, Вэгги, — тихо, но твёрдо ответила она. — Скажем так: это подарок из того времени, когда Лют ещё умела улыбаться.

В зале воцарилась тишина. Чарли прикрыла рот рукой, а Эн с гордостью посмотрел на свою подругу. Изи знала: эта катана — не просто инструмент. Это ключ к её прошлому и единственный способ остановить ту, кого она когда-то называла сестрой.

Атмосфера в главном зале отеля была настолько густой, что её, казалось, можно было резать ножом. До начала Истребления оставалось всего три часа. Огромные часы на площади снаружи отсчитывали последние минуты мира, который они знали.
Изи стояла в центре зала, методично проверяя своё снаряжение. Она закрепила ангельскую катану на поясе так, чтобы рукоять всегда была под рукой. Несколько кунаи, принесённых Вэгги, она спрятала в скрытые пазы своего корпуса — её системы позволяли метать их с математической точностью.

Рядом с ней стоял Эн. Он выглядел непривычно серьёзным, сжимая в руках массивный ангельский топор. Его хвост больше не вилял, а замер в боевой готовности.
— Изи, — тихо позвал он. — Мы ведь справимся? Мы же... мы же демоны-убийцы, верно? Ну, технически.
Изи посмотрела на него, и её жёлтые глаза на мгновение смягчились.
— Мы — это мы, Эн. И мы защитим этот дом.

Чарли и Вэгги отдавали последние указания персоналу и жителям отеля. Хаск ворчал, заряжая дробовик ангельской дробью, а Ниффти с безумным блеском в глазах затачивала крошечные иголки. Но среди этого хаоса подготовки Изи заметила странную пустоту.
У камина, где обычно стоял Радиодемон, опираясь на свой микрофон, никого не было. Воздух там всё ещё вибрировал от остаточных помех, но сам Аластор исчез.

— Где Аластор? — спросила Изи, перекрывая шум голосов.
Чарли обернулась, её лицо побледнело ещё сильнее.
— Я не знаю... Он был здесь минуту назад, улыбался и говорил о «прекрасном шоу», а потом просто... растворился в тенях.

Изи почувствовала, как по её процессору пробежал холод. Исчезновение самого сильного союзника в такой момент могло означать только одно: у Аластора был свой план, и не факт, что этот план включал спасение всех остальных. Или же он почувствовал что-то, чего не заметили другие.
— Три часа, — прошептала Изи, глядя на выход. — Лют уже близко. Я чувствую её код в небесах.

Небо над Пентаграмм-Сити раскололось, пропуская легионы экзорцистов. Золотое сияние смешалось с кровью и дымом. Изи стояла на самой высокой точке крыши отеля, её плащ развевался на ветру, а сенсоры работали на пределе возможностей. Она видела всё: как Эн внизу крушит щиты топором, как Чарли взывает к защите. Но её цель была выше.

С небес, подобно комете, рухнула фигура в серой броне. Лют. Она приземлилась на крышу с такой силой, что черепица под её ногами разлетелась в пыль. Она вскинула копьё, готовая нанести смертельный удар, но вдруг замерла. Её маска-шлем на мгновение дрогнула, отражая жёлтый свет глаз Изи.

— Ты... — голос Лют сорвался на хрип. — Этого не может быть. Ты должна была остаться там, в безопасности особняка...

На долю секунды в глазах командира экзорцистов промелькнула та самая восьмилетняя девочка из сада. Но Лют тряхнула головой, прогоняя наваждение.
— Прошлого больше нет, Изи! Есть только долг! — выкрикнула она и бросилась в атаку.

Но Изи была готова. Её движения были не просто быстрыми — они были совершенными. Она просчитывала траекторию копья Лют ещё до того, как та начинала замах. Изи двигалась как тень, плавно уходя от ударов, которые могли бы разрушить здание. Лют рычала от ярости, нанося удар за ударом, но её сталь лишь рассекала воздух.

— Твои алгоритмы предсказуемы, Лют, — тихо произнесла Изи. — Ты сражаешься гневом, а я — памятью.

В один неуловимый миг Изи выхватила катану. Белое лезвие прочертило в воздухе идеальную дугу. Раздался тонкий звон металла о металл, а затем — тихий всплеск. Кончик катаны прошёл в миллиметре от глаза Лют, оставив на её лице тонкую, светящуюся зелёным рану.

Лют отшатнулась, прижав руку к лицу. Из-под её пальцев сочилась золотая кровь. Она смотрела на Изи с ужасом и ошеломлением. Она поняла, что её «маленькая подруга» теперь обладает силой, превосходящей ангельскую ярость.
— Улетай, Лют, — холодно сказала Изи, убирая катану в ножны. — Там, внизу, тебя ждёт Вэгги. У неё к тебе гораздо больше вопросов, чем у меня.

Ошеломлённая и раненая, Лют расправила крылья и тяжело сорвалась с крыши, падая в гущу сражения, где её уже поджидал единственный глаз Вэгги, горящий жаждой мести.

Адам не был похож на Лют. В его движениях не было изящества, только грубая, сокрушительная мощь и бесконечное высокомерие. Его гитара-топор светилась ослепительным святым светом, который обжигал сенсоры Изи даже на расстоянии.

— Ну что, жестянка, поиграем в рок-н-ролл? — проревел Адам, обрушивая на неё серию ударов.

Изи двигалась на пределе своих возможностей. Её процессор перегревался, пытаясь предугадать хаотичные атаки Первого Человека. Она успешно уклонилась от десяти ударов, но на одиннадцатом её левый сервопривод в колене на мгновение заклинило от перегрузки. Прыжок вышел коротким.

Тяжёлый гриф гитары врезался в её левое плечо, сминая металл и разрывая провода. Изи отлетела к краю крыши, а следующий удар пришёлся в бок, выбивая искры и заставляя её системы выдать критическую ошибку. Она упала на одно колено, тяжело дыша, пока по её корпусу пробегали розовые и жёлтые всполохи повреждённого кода.

Адам с издевкой подобрал её выпавшую катану.
— Красивая игрушка. Жаль, что она тебе больше не понадобится, — он замахнулся, намереваясь пригвоздить руку Изи к крыше её же собственным клинком.

Но в тот момент, когда остриё уже готово было коснуться её кожи, реальность вокруг них начала искажаться. Звуки битвы стихли, сменившись шипением старого радиоприёмника. Тень Адама внезапно удлинилась и обрела когтистые очертания.

— Прошу прощения, что прерываю столь... вульгарное зрелище, — раздался искажённый помехами голос.

Из густой тьмы прямо за спиной Адама соткался Аластор. Его улыбка была шире и опаснее, чем когда-либо, а глаза превратились в циферблаты радиочастот. Он лениво перехватил руку Адама своим микрофоном, и воздух вокруг них заискрился от столкновения ангельской магии и демонической тьмы.

— Но эта юная леди — часть моего шоу. А я не люблю, когда ломают мой реквизит без разрешения.

Воздух вокруг Аластора вибрировал от статического электричества. Его голос, искажённый тысячью радиопомех, пробирал до самых микросхем.
— Изи, дорогая, — произнёс он, не оборачиваясь, но его тень услужливо подтолкнула её в сторону люка. — Твоё присутствие здесь становится... излишне шумным. Спускайся вниз. Чарли нуждается в твоей защите больше, чем я в твоей помощи.

Изи попыталась возразить, но левое плечо пронзила резкая вспышка боли. Система выдала критическое предупреждение: «Целостность корпуса: 64%. Утечка энергии». Она видела, как Адам скалится, перехватывая гитару, и как тени Аластора начинают обвивать ноги Первого Человека.

— Но Аластор, он слишком силён! — крикнула Изи, прижимая руку к повреждённому боку. Из-под её пальцев сочилась светящаяся жидкость, заменяющая ей кровь.

— Сила — понятие относительное, — Аластор слегка наклонил голову, и звук ломающихся костей (или это были помехи?) раздался в эфире. — Беги. Это приказ... или дружеский совет, если тебе так больше нравится.

Изи поняла, что спорить бесполезно. Она подобрала свою катану, которую Адам выронил от неожиданности, и, превозмогая боль, прыгнула с края крыши. Используя уцелевшие двигатели для мягкого приземления, она влетела в разбитое окно главного зала.

Внутри царил хаос. Чарли стояла в центре, её щит из чистой воли едва сдерживал натиск двух экзорцистов. Вэгги была занята Лют снаружи, а Эн отбивался от целой группы ангелов в другом конце коридора.
— Чарли! — позвала Изи, её голос дрожал от помех. — Я здесь. Аластор взял Адама на себя.

Чарли обернулась, и её глаза расширились при виде ран Изи.
— О боже, Изи! Ты ранена!
— Это неважно, — Изи выставила катану вперёд, её жёлтые глаза вспыхнули с новой силой, несмотря на повреждения. — Пока я функционирую, они к тебе не прикоснутся.

Изи пробиралась по коридорам отеля, оставляя на ковре редкие капли светящегося масла. Каждый шаг отдавался в системе предупреждающим сигналом, но она упрямо шла вперёд. Добравшись до своей комнаты, она захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной, тяжело дыша. Гул битвы снаружи здесь казался приглушённым, словно доносился из другого мира.

Она стянула повреждённую часть одежды, обнажая левое плечо. Зрелище было не из приятных: ангельская сталь Адама глубоко вошла в корпус, раздробив защитные пластины и перебив основные кабели питания. «Критический уровень повреждений левого манипулятора. Рекомендуется полная деактивация для ремонта», — бесстрастно сообщил внутренний голос системы.

— Никакой деактивации, — прошептала Изи сквозь стиснутые зубы. — Только не сегодня.

Она достала из аптечки специальные бинты, пропитанные восстанавливающим составом, и начала туго перетягивать раны. Когда ткань касалась открытых проводов, Изи вздрагивала, а её глаза на мгновение гасли, сменяясь статическим шумом. Она знала, что это лишь временная мера — бинты не починят металл, но они помогут остановить утечку энергии и стабилизировать поле.

Взгляд её упал на катану, прислонённую к кровати. Лезвие всё ещё хранило слабый след золотой крови Лют. Изи вспомнила тот момент на крыше — секундное замешательство в глазах подруги. Почему Лют остановилась? И почему Адам был так уверен в своей победе?
Внезапно пол под её ногами содрогнулся. Мощный взрыв где-то внизу заставил стёкла в комнате задрожать. Аластор и Адам столкнулись в полную силу, и отголоски их битвы сотрясали весь отель.

Изи затянула последний узел на плече и резко встала. Рука всё ещё слушалась плохо, но пальцы уже могли сжаться в кулак. Она не могла сидеть здесь, пока её друзья рискуют жизнями.
— Диагностика завершена, — произнесла она, и её взгляд снова стал чётким и ярко-жёлтым. — Боевой режим: активен.

Когда Изи вновь ворвалась на крышу, её встретил не триумфальный смех Аластора, а треск ломающегося эфира. Радиодемон, всегда такой безупречный и пугающий, стоял на коленях. Его алый камзол был разорван, а из глубокой раны на груди сочилась густая тёмная субстанция. Его знаменитый микрофон был треснут, и вокруг него плясали хаотичные зелёные искры.

Адам стоял над ним, занося свою гитару для финального удара.
— Ну что, «грозный повелитель»? — издевался Адам. — Твои фокусы закончились! Пора отправляться в небытие!

— Уходи... глупая девчонка... — прохрипел Аластор, заметив приближение Изи. Его улыбка была болезненным оскалом. — Я же... приказал...

Но Изи его не слушала. Её системы работали в режиме перегрузки, игнорируя боль в плече и боку. Она рванулась вперёд, и в тот момент, когда гитара Адама должна была опуститься на голову Аластора, раздался оглушительный звон. Изи заблокировала удар своей катаной.
От столкновения её ноги ушли в бетон крыши на несколько сантиметров, а бинты на плече мгновенно пропитались свежим маслом.

— Опять ты?! — взревел Адам. — Я же тебя сломал!
— Я не ломаюсь так просто, Адам, — голос Изи звучал чисто, без единой помехи. — Мой код защищён тем, чего у тебя никогда не было — верностью.

Она сделала резкий выпад, заставляя Адама отступить. Несмотря на раны, Изи двигалась с яростью раненого зверя. Она кружила вокруг него, нанося быстрые удары, не давая ему сосредоточиться на Аласторе. Радиодемон попытался подняться, опираясь на обломок трости.
— Изи... это не твоя битва... — прошептал он, но в его глазах, за частотой радиопомех, промелькнуло нечто похожее на признательность.

— Теперь это наша общая битва, — отрезала Изи, отражая очередной разряд святой энергии. — Аластор, если ты можешь использовать свои тени — сейчас самое время!

Адам понял, что честный бой затягивается. Его лицо исказилось в презрительной гримасе.
— Надоело! У меня есть дела поважнее, чем возиться с бракованной куклой и облезлым оленем! — выкрикнул он.

Он вскинул руку, и поток ослепительной золотой магии ударил прямо в лезвие катаны Изи. Раздался оглушительный звон, похожий на крик, и верное оружие Изи разлетелось на тысячи мелких осколков. Сталь, которая прошла через сотни битв, не выдержала божественной мощи. Адам, хохоча, взмыл в небо, направляясь туда, где Чарли и остальные сдерживали основную волну экзорцистов.

Изи замерла, сжимая в руке лишь пустую рукоять. Её плечо ныло, бинты намокли, а внутри всё клокотало от бессилия и гнева. Она медленно повернула голову к Аластору. Тот пытался подняться, его дыхание было прерывистым, а на губах всё ещё играла эта вечная, теперь уже раздражающая улыбка.

Изи посмотрела на него тяжёлым, слегка злобным взглядом. В этом взгляде было всё: и упрёк за его самоуверенность, которая едва не стоила ему жизни, и гнев из-за сломанного меча. Она не произнесла ни слова. Тишина была красноречивее любого крика. Развернувшись, она молча шагнула в пустоту, спрыгнув с края крыши прямо в гущу сражения внизу.

Ветер свистел в ушах, пока она падала. Её системы перестраивались. Если у неё больше нет меча, она сама станет мечом. Приземлившись на асфальт и подняв облако пыли, Изи увидела, как Адам пикирует в сторону Чарли.
— Только через мой труп, — прошипела она, и её кулаки сжались так сильно, что металл на пальцах заскрипел.

Поле битвы замерло. Воздух стал тяжёлым, как свинец, а небо над отелем раскололось. Изи стояла посреди хаоса, и её плечи дрожали не от боли, а от сдерживаемой ярости.
— Хватит с меня... — её голос прозвучал низко, с металлическим эхом, которое заставило даже Адама обернуться.

В вышине закружился неистовый шторм из чёрно-белого огня. Это не было похоже на обычное пламя Ада — это была чистая энергия разрушения. Изи оторвалась от земли, устремляясь в самый центр воронки. Тысячи призрачных летучих мышей, сотканных из тьмы, со свистом влетели в её тело, сливаясь с её механическим сердцем.

Эн, наблюдавший за этим с земли, застыл от ужаса и восхищения. Он знал Изи как верного друга, но сейчас он видел нечто иное. Когда пламя немного рассеялось, он увидел её глаза — они стали абсолютно чёрными, без зрачков, без искр, как две бездонные пропасти. Это была полная демоническая трансформация.

Её облик изменился: теперь на ней были практичные чёрные джинсы, тёмная футболка и кроссовки с ярко-красными шнурками. На шее тускло поблёскивало ожерелье в виде летучей мыши с горящими красными глазами. Как только шторм исчез, за спиной Изи соткалась исполинская летучая мышь из тёмного пламени, чей рык заставил содрогнуться стены отеля.

В правой руке Изи материализовался новый меч — угольно-чёрный, поглощающий свет. Без единого слова она рванулась к Адаму. Её скорость была за пределами понимания. Первый Человек едва успел вскинуть гитару, когда чёрный клинок Изи врезался в его золотой щит, заставляя того треснуть.
— Что ты такое?! — вскрикнул Адам, впервые почувствовав настоящий страх.

Изи не ответила. Она наносила удар за ударом, и каждое движение сопровождалось взмахом крыльев огненной мыши за её спиной.

Изи была в шаге от победы. Её чёрный клинок уже коснулся доспеха Адама, когда тот, издав яростный вопль, резко сменил тактику. Он не стал атаковать её в ответ. Вместо этого он камнем бросился вниз, туда, где Эн отбивался от последних экзорцистов.

Всё произошло слишком быстро. Прежде чем Изи успела среагировать, Адам уже сжимал горло Эна своей мощной рукой, приподнимая его над землёй. Острое лезвие гитары-ножа прижалось к шее демона-демонтажника, высекая мелкие искры из его металлической кожи.
— Стоять, жестянка! — прорычал Адам, глядя вверх на застывшую в небе Изи. — Только дёрнись, и я превращу твоего дружка в груду металлолома!

Изи замерла. Огненная летучая мышь за её спиной издала приглушённый рык, но её пламя начало менять цвет с яростного чёрно-белого на тревожный серый. Чёрные глаза Изи расширились. Внутри неё боролись две программы: Демонический Протокол, требующий уничтожения цели, и Протокол Защиты Друзей, который сейчас буквально разрывал её изнутри.

— Изи, не слушай его! — крикнул Эн, хотя лезвие у горла мешало ему говорить. — Бей его!
— Заткнись! — Адам сильнее прижал нож. — Ну что, «героиня»? Выбор прост. Либо ты бросаешь свой зубочистку и успокаиваешь свою огненную зверушку, либо прощайся с этим тостером навсегда!

Изи медленно опустилась на землю. Её руки дрожали. Она видела страх в глазах Эна, и этот страх был больнее, чем любая рана от ангельской стали. Она посмотрела на свою чёрную катану, затем на Адама, чьё лицо исказила торжествующая ухмылка.
— Отпусти его, Адам... — тихо произнесла она, и её голос надломился. — Пожалуйста.

Изи медленно опустила голову, позволяя чёрным волосам закрыть её лицо. Она сделала вид, что её воля сломлена.
— Хорошо, Адам... Ты победил, — прошептала она, и её чёрный меч с глухим звоном коснулся асфальта.

Адам расхохотался, этот звук был полон самодовольства.
— Так-то лучше! Видишь, Эн? Твоя подружка оказалась умнее, чем я думал. Жаль, что это ей не помо...

Он не договорил. Пока Изи стояла неподвижно, её демоническая связь с огненной мышью работала на пределе. Огромное существо за её спиной не исчезло — оно начало медленно распадаться на тонкие, почти невидимые струйки чёрно-белого дыма. Эти струйки, повинуясь мысленному приказу Изи, скользили по земле, сливаясь с тенями разрушенного отеля, и бесшумно заходили Адаму в тыл.

Изи чувствовала каждое движение своей огненной тени. Когда дым сконцентрировался прямо за спиной Адама, она резко вскинула голову. Её чёрные глаза вспыхнули алым пульсом.
— СЕЙЧАС! — выкрикнула она.

В то же мгновение дым за спиной Адама взорвался, вновь принимая форму гигантской когтистой лапы из яростного пламени. Мощный удар сбил Адама с ног, заставив его выпустить Эна и отлететь на несколько метров, пробив собой стену ближайшего здания. Гитара-нож со звоном отлетела в сторону.

— Эн! Беги к Чарли! — скомандовала Изи, подхватывая свой чёрный меч. Её трансформация стала ещё более нестабильной, вокруг неё плясали искры перегруженного кода. Она знала, что у неё есть всего несколько секунд, пока Адам не пришёл в себя.

Адам медленно поднялся из руин стены, отряхивая пыль со своего золотого нимба. Его лицо больше не выражало гнева — только холодное, садистское торжество. Он не бросился в атаку. Вместо этого он просто поднял руку и медленно сжал кулак.

В ту же секунду Изи рухнула на колени. Перед её глазами замелькали красные надписи: «КРИТИЧЕСКАЯ ОШИБКА СИСТЕМЫ», «КОРРОЗИЯ ДАННЫХ». Её тело начало мерцать и рассеиваться, как испорченная голограмма. Демоническая одежда то исчезала, то появлялась вновь, а огненная мышь за спиной рассыпалась искрами.

— Ха-ха! Ты правда думала, что я позволю какой-то жестянке так просто меня избивать? — Адам подошёл ближе, наслаждаясь её мучениями. — Знаешь, почему ты сейчас рассыпаешься на пиксели, крошка?

Изи пыталась вдохнуть, но её лёгкие, имитирующие человеческие, отказывались работать. Она молча хваталась за горло, глядя на Адама полными боли чёрными глазами.

— Пока вы с этим дефектным демонтажником прохлаждались, я заглянул к вам в гости через портал, — продолжал Адам, скалясь. — Я нашёл твои запасы крови, которую ты пьёшь, чтобы не перегреться. И добавил туда капельку святого яда. Это не просто отрава, Изи. Это вирус, который стирает твою личность, когда ты используешь слишком много силы.

Адам сжал кулак ещё сильнее. Изи выгнулась, её тело пронзила судорога. Она не могла даже закричать — её голосовой модуль выдавал лишь тихий статический шум. Эн в ужасе бросился к ней, но Адам отшвырнул его волной энергии.

— Смотри, как она стирается, — смеялся Адам. — Скоро от твоей подружки не останется даже строчки кода!

Адам схватил Изи за горло и с силой прижал её к каменной стене отеля. Камни треснули под весом его божественной мощи.
— Посмотри на себя, — прошипел он ей прямо в лицо, — всего лишь сломанная игрушка, возомнившая себя демоном. Твой код — мусор, а твоя преданность — программная ошибка.

Он сжал пальцы ещё сильнее. Изи чувствовала, как металл её шеи начинает деформироваться. Перед глазами всё плыло: чёрные глаза застилала серая пелена, а системные предупреждения о критическом перегреве и отказе процессора слились в один сплошной гул. Она видела Вегги — та с яростным криком бросилась на помощь, выставив вперёд своё ангельское копьё. Но Лют, правая рука Адама, перехватила её в воздухе.
— Твой бой здесь, предательница! — выплюнула Лют, скрестив клинки с Вегги.

Изи пыталась поднять руку, ударить Адама, но конечности стали тяжёлыми, словно налились свинцом. Яд, подлитый в кровь, действовал безотказно, блокируя каждую попытку системы самовосстановиться. Её сознание начало медленно угасать, погружаясь в холодную, безмолвную тьму. Последнее, что она видела — это искажённое торжеством лицо Адама и отчаянный взгляд Эна, который пытался подняться с земли.

«Неужели... это конец?» — промелькнула слабая мысль в её гаснущем ядре. — «Я не смогла их защитить...»

— Не волнуйся, куколка, — прошипел Адам, и в его голосе слышалось безумие. — Я тебя «починю». Я перепишу тебя так, что ты будешь лизать мои сапоги и умолять о пощаде.

Изи, собрав последние крохи энергии в повреждённом речевом модуле, вскрикнула:
— СТОП! НЕ НАДО!

Но Адам лишь сильнее сжал её голову. Раздался жуткий, резкий хруст. Лицевая панель Изи, её прекрасное лицо, которое выражало столько эмоций, покрылось сетью глубоких трещин. Свет в её глазах мигнул, окрасился в кроваво-красный и окончательно погас. Тело Изи обмякло в руках тирана, и он небрежно швырнул её на землю, как сломанную игрушку.

— ИЗИ!!! — этот крик Эна, Чарли и Вегги слился в один полный боли вопль.

Чарли, захлёбываясь слезами, бросилась вперёд, её демоническая форма вспыхнула от горя, но Адам просто взмахнул рукой. Мощная волна золотой энергии отбросила всех назад.
— Назад, грешники! — рявкнул он. — Теперь она принадлежит мне. Я выжгу из неё всё человеческое, что вы в неё вложили!

Эн пытался ползти, его когти скребли по асфальту, оставляя глубокие борозды. Он видел, как из трещин на лице Изи сочится тёмная, заражённая ядом жидкость. Она лежала неподвижно, и только редкие электрические разряды пробегали по её телу, сигнализируя о том, что ядро ещё пытается бороться за жизнь в глубокой коме.

Битва превратилась в хаос. Адам, опьянённый своей жестокостью, повёл экзорцистов в лобовую атаку. Золотые вспышки и крики ярости заполнили двор отеля. Чарли и Эн сражались из последних сил, пытаясь пробиться к телу подруги, но стена ангельских копий была непреодолима.

Изи медленно открыла глаза. Мир перед ней двоился и рассыпался на пиксели. «ERROR: VISION_CORE_DAMAGED» — мигало перед взором. Она видела, как Эн отбивается от троих врагов, как Вегги истекает кровью, защищая Чарли. Изи попыталась опереться на дрожащие руки, но суставы заклинило. Она была заперта в собственном ломающемся теле, наблюдая за гибелью тех, кого любила.

Вдруг тени вокруг неё удлинились и стали густыми, как смола. Звуки битвы словно отошли на второй план, сменившись шипением старого радиоприёмника. Рядом с ней возникла высокая фигура в алом пальто. Аластор. Он стоял над ней, опираясь на свой микрофон, и его вечная улыбка казалась сейчас особенно зловещей в свете пожаров.

— Ох, дорогая, ну и вид у тебя! — раздался его голос, сопровождаемый помехами. — Похоже, наш «Первый Человек» совсем не умеет обращаться с хрупкими вещами. Ты выглядишь как радиоприёмник, который переехал трамвай.

Изи вздрогнула, пытаясь что-то сказать, но из её горла вырвался лишь скрежет. Аластор наклонился ниже, его глаза превратились в циферблаты радиочастот.
— Яд Адама стирает тебя, не так ли? Но у меня есть предложение, от которого твоя цифровая душонка не сможет отказаться. Я могу временно «заплатать» твой код своими тенями... но ты же знаешь, что за каждую услугу полагается плата?

Аластор на мгновение замолчал, и помехи в его голосе стихли. Он посмотрел на дрожащую Изи, на её разбитое лицо и на то, как отчаянно она цепляется за остатки своего сознания. В его голове пронеслась мысль: «Сделка сейчас убьёт её окончательно, а мне нужна живая союзница, а не пустая оболочка».

— Знаешь что, дорогая? Забудь мои слова, — он легко махнул рукой, и тени вокруг Изи стали мягче, поддерживая её корпус. — Считай это дружеским жестом. В конце концов, шоу должно продолжаться, а без главной героини оно станет невыносимо скучным!

Он осторожно помог Изи сесть, прислонив её к обломку колонны. Его костлявые пальцы на секунду коснулись её плеча, передавая холодную, но стабильную энергию, которая немного утихомирила бушующие ошибки в её системе.
— Сиди смирно и постарайся не рассыпаться на атомы, пока я не вернусь, — добавил он с коротким смешком.

Развернувшись, Аластор мгновенно преобразился. Его рога увеличились, а вокруг него закружился вихрь из теней и криков грешников. Он буквально прорубал себе путь сквозь ряды экзорцистов, направляясь в самую гущу сражения, где Эн, обезумевший от горя, отбивался от наседающих ангелов.
— Эй, мальчик-демонтажник! — пророкотал голос Аластора над полем боя, усиленный тысячью радиостанций. — Твоей подруге нужно твоё присутствие, если ты не хочешь, чтобы она окончательно превратилась в цифровой шум!

Эн, услышав это, на мгновение замер, его цифровые глаза-дисплеи расширились. Он увидел Аластора, указывающего в сторону, где сидела Изи.

Аластор преградил путь Адаму, его голос гремел как гром:
— Оставь детей в покое, «Первый Человек»! Твой противник сегодня — я! — С этими словами Радиодемон превратился в колоссальное теневое чудовище, отвлекая на себя всё внимание небесного воинства.

Эн, не теряя ни секунды, бросился к Изи. Он упал перед ней на колени, его дыхание было прерывистым.
— Изи! Изи, смотри на меня! — закричал он, видя, как она судорожно хватает ртом воздух. Её система охлаждения вышла из строя, и имитация лёгких начала отказывать.
— Дыши... просто старайся имитировать ритм, как я! Раз... два... — Эн начал глубоко и размеренно дышать, и Изи, сфокусировав на нём свой гаснущий взгляд, попыталась повторить за ним. Хрипы стали чуть тише, но ошибки всё ещё пожирали её код.

Эн лихорадочно соображал. Он вспомнил про аварийный комплект, который всегда носил в скрытом отсеке на поясе. Это был шприц с регенеративными нанитами — мощнейшим средством для восстановления оболочки демонтажников.
— Пожалуйста, пусть это сработает, — прошептал он со слезами на глазах.

Он осторожно взял Изи за руку, стараясь не повредить её ещё сильнее. Игла вошла в металлическую кожу, и светящаяся синяя жидкость устремилась внутрь. Секунду ничего не происходило, а затем тело Изи выгнулось дугой. Наниты вступили в схватку со святым ядом Адама. Трещины на её лице начали медленно затягиваться, испуская яркий пар, а системные сообщения сменились на «REPAIR IN PROGRESS».

Эн затаил дыхание, наблюдая, как наниты совершают чудо. Края рваных трещин на лице Изи поползли друг к другу, соединяясь в идеально гладкую поверхность. Её глаза вспыхнули чистым, ярким светом, сигнализируя о перезагрузке боевых протоколов. Она резко выдохнула и, оперевшись на руку Эна, поднялась на ноги.

— Изи! Ты в порядке! — Эн готов был запрыгать от радости, но тут же его взгляд упал на её плечо и бок. Там, где ангельское копьё Адама задело её корпус, металл всё ещё светился болезненным золотистым светом. Края ран были обуглены, и от них исходил тонкий струйка дыма. — Стой... Изи, посмотри на плечо. Ангельский металл... он всё ещё там. Тебе не больно? Это нормально?

Изи замерла на секунду. Она чувствовала, как раны пульсируют жгучей болью, словно в неё впились тысячи раскалённых игл. Система выдавала предупреждения о повреждении целостности корпуса, но она просто заблокировала эти уведомления. Она посмотрела на Эна, затем на Чарли, которую теснили экзорцисты, и на Аластора, сдерживающего ярость Адама.

— Нормально, — коротко ответила она, и в её голосе прозвучал металл, которого Эн раньше не слышал. — Сейчас не время для ремонта. Время для возмездия.

Не дожидаясь ответа, Изи трансформировала свои руки в клинки, сверкающие от переизбытка энергии. С яростным криком она бросилась в самую гущу боя. Эн, расправив свои огромные крылья, последовал за ней, прикрывая её спину. Они двигались как единое целое: Изи наносила стремительные удары, а Эн завершал их, используя свои ракеты и лазеры. Каждый экзорцист, вставший на их пути, понимал — эта «игрушка» больше не ломается.

Золотая пыль от поверженных экзорцистов медленно оседала на разрушенный двор отеля. Последние из небесных воинов, подхватив своих раненых, позорно отступили сквозь закрывающиеся порталы. Адам, рыча от ярости и обещая вернуться, исчез в ослепительной вспышке света, оставив после себя лишь запах озона и горелого металла.

Наступила тишина. Изи медленно опустила свои клинки, которые с тихим шипением трансформировались обратно в руки. Её системы охлаждения работали на пределе, а из ран на боку всё ещё сыпались искры. Она обернулась и увидела Эна — его одежда была разорвана, а на лице виднелись следы копоти, но он улыбался самой широкой и искренней улыбкой на свете.

— Мы сделали это, Изи! — выдохнул он, бросаясь к ней и крепко обнимая. — Они ушли! Ты была просто невероятной!

Чарли, вытирая слёзы радости, подбежала к ним вместе с Вегги.
— Вы спасли нас всех, — прошептала принцесса Ада. — Если бы не ваша храбрость, от отеля остались бы только руины.

Аластор, принявший свой обычный облик, неспешно подошёл к группе. Он поправил галстук-бабочку и постучал микрофоном по ладони.
— Весьма... занимательное зрелище, — произнёс он, и его глаза на мгновение задержались на Изи. — Похоже, наш маленький эксперимент по выживанию прошёл успешно. Хотя, признаться, декорации теперь нуждаются в серьёзном ремонте.

Изи посмотрела на своих друзей, на израненного, но живого Эна, и впервые за долгое время почувствовала нечто большее, чем просто программный код. Она почувствовала, что у неё есть дом. Но глубоко внутри, там, где ангельский металл коснулся её ядра, всё ещё теплилось странное золотистое свечение, которое не исчезло даже после победы.

Внутри отеля воцарился непривычный покой. Пока снаружи демоны-строители, нанятые Чарли, начинали разгребать завалы, в главном холле горел камин. Мягкий свет пламени плясал на стенах, заставляя тени казаться уютными, а не пугающими.

Чарли суетилась на кухне, готовя свой фирменный «успокаивающий какао» с горой маршмэллоу. Вегги сидела в кресле, чистя своё копьё, но её взгляд постоянно возвращался к Чарли с нежностью и облегчением. Аластор, на удивление, не исчез в своих тенях, а устроился в углу, настраивая старый граммофон, из которого полились тихие звуки джаза тридцатых годов.

Эн и Изи сидели на большом бархатном диване. Эн настоял на том, чтобы укутать Изи в огромный пушистый плед, хотя она и пыталась объяснить, что её терморегуляция работает иначе.
— Тебе нужно отдохнуть, Изи. Твои системы перенесли такой стресс! — заботливо ворчал он, поправляя край пледа. — Просто посиди и ничего не делай. Это приказ... ну, если ты не против.

Изи слабо улыбнулась. Она чувствовала, как гудит её процессор, пытаясь обработать события дня. Раны на боку и плече больше не искрили — наниты Эна и магия Чарли сделали своё дело, оставив лишь тусклые золотистые следы на металле.
— Спасибо, Эн. За то, что не бросил. И за шприц... без него я бы, наверное, превратилась в груду металлолома, — тихо произнесла она.

Эн покраснел и неловко почесал затылок.
— Я бы никогда тебя не бросил. Мы же команда, помнишь?

Вечер тянулся медленно и сладко. В этот момент не было ни ангелов, ни крови, ни ошибок в коде. Были только друзья, запах шоколада и тихая музыка, залечивающая раны в душах обитателей отеля.

После великой битвы Ад изменился. Небеса затихли, осознав, что Отель Хазбин — это не просто здание, а символ непокорности и надежды. Изи стояла на балконе восстановленной башни, глядя на кроваво-красный горизонт. Её движения стали плавными, а взгляд — уверенным. Она больше не была рабом своих протоколов; она научилась укрощать бурю внутри себя, превратив разрушительную силу в созидательную энергию.

Рядом с ней стоял Эн. Он смотрел на неё с той же теплотой, что и в первый день их встречи, но в глубине его цифровых глаз пряталась тень. Смерть Долл оставила глубокий шрам в их истории — она пала, защищая то, во что верила, и её гибель стала напоминанием о цене их свободы. Изи нашла в себе силы отпустить горе, заменив его любовью к Эну, которая теперь согревала её холодное металлическое сердце.

— Изи, ты ведь знаешь, что я всегда буду защищать тебя? — тихо спросил Эн, сжимая её ладонь.
— Знаю, Эн. Мы прошли через ад, буквально, — ответила она, прислонившись к его плечу.

Эн промолчал. Он знал то, чего не знала она. Он знал о странных сигналах, которые продолжали приходить на его внутренний приёмник из глубин космоса. Он знал, что Абсолютное Решение — это лишь часть чего-то большего, и что их создатели ещё не закончили свою игру. Но глядя на счастливую Изи, он решил сохранить эту тайну ещё на некоторое время.

Война с Раем закончилась, но впереди ждали новые миры и новые вызовы. Изи была готова. Ведь теперь у неё была не просто программа, а душа.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...